Вскоре показался долгожданный Стронгэлс. Чтобы не создавать лишних трудностей и не пугать альвов, варвар остановил армию примерно в лиге от Стронгэлса. Так будет спокойнее для всех. Барады опередили Конана примерно на сутки. Издали заметив мощную фигуру наемника к нему навстречу вышли Менхол, Торгрим, Уфтин, Ролин и еще около десятка альвов, которых киммериец не знал. Без сомнения, это было наивысшим проявлением уважения.
– Мы рады, что твой поход завершился столь удачно, – вымолвил главный жрец. – Хвала Гранфасу, он смилостивился над нами! Теперь у Валвила появляется надежда на спасение. Признаться честно, я не очень верил в то, что вам удастся снять заклинание колдуньи. Расскажешь. Как все случилось на самом деле?
– Есть тайны, которые я не вправе открыть, – ответил северянин.
– Понимаю, – кивнул головой старец.
– Что сейчас происходит в ваших лесах и Фессалии? – взволнованно спросил варвар.
– Пока перемен к лучшему слишком мало, – ответил вождь крусов. – Бафирцы прорвали нашу оборону и двигаются к Глэтароту. В центральной части страны уцелело всего девять городов. Если бы вы не остановили торгрийцев, мы бы потеряли и их.
– Меня интересует Хусорт! – нетерпеливо сказал Конан.
– Замок еще держится, – произнес Менхол. – Но надо торопиться. Ксатлин готовится к решающему штурму. Королева и ее солдаты сражаются отчаянно, однако их силы не беспредельны. Наши разведчики сообщают об огромных жертвах с обеих сторон.
– Значит, замок пока не взят, – с облегчением выдохнул киммериец. – Я боялся худшего.
Только сейчас северянин заметил на голове Уфтина окровавленную повязку, левая рука вождя лежала на перевязи. Значит, бои с захватчиками часто заканчивались рукопашной. В смелости валвилцам не откажешь – в сражении у Трунсома они не отступили даже под натиском тяжелой кавалерии данвилцев.
– Какова численность бафирцев? – поинтересовался киммериец.
– Около десяти тысяч, – проговорил Крус. – Наступают двумя армиями.
– Превосходно! – усмехнулся северянин. – Разобьете их по частям. Удара с фланга противник не ожидает. Захватчики не сомневаются, что победа у них в руках. Предлагаю вот что: я дам вам четыре тысячи гномов, еще три подойдут через день. Мне же нужны две тысячи лучников.
– Ты хочешь сразу уйти в Фессалию? – уточнил вождь.
– У меня нет выбора, – вымолвил варвар. – В моем распоряжении осталось восемь дней.
– С тобой пойдут барады, адасы и силиды, – решительно сказал Уфтин. – Они как раз находятся возле Стронгэлса.
– Почту за честь сопровождать великого рыцаря Конана, – радостно воскликнул Ролин. – Мы сможем выступить немедленно.
– В таком случае, двигайтесь к Миссини, – приказал Конан, – будем переправляться возле форта Райген. Начинайте строить плоты. Главная ваша задача – охранять лес на противоположном берегу. Об армии торгрийцев не должна знать ни живая душа. Сначала мы разгромим гатвэйцев, а затем атакуем Ксатлина.
– О плотах можешь не беспокоиться, – вставил главный жрец. – Их уже делают. Я сразу отправил туда лучших плотников. Долг платежом красен.
– Благодарю, – произнес киммериец. – Теперь нам нужны проводники до реки. Задерживаться здесь я не намерен.
Прощание было недолгим, но очень теплым и искренним. Все понимали, что в войне наступает переломный момент. Либо союзники одержат победу, либо терпят окончательное поражение. Другого шанса изменить ход событий и изгнать захватчиков с территории страны у валвилцев не будет.
На волоске висела и судьба Фессалии. Смерть Селены откроет гарану Данвила путь к трону.
Удивительно, что Хусорт до сих пор еще держится!..
* * *
Несмотря на длительный переход от Торгрийских гор, армия двигалась к Миссини необычайно быстро. Гномы выполняли приказы варвара беспрекословно.
Два полка остались у Стронгэлса, четыре после недолгого привала, направились дальше на Закат.
Впереди шли лучники Ролина – они переправятся на берег Трунсома первыми. Появление союзников возле замка должно стать полной неожиданностью для Лоуна. Конан надеялся сломить сопротивление гатвэйского владыки без кровопролитного сражения и больших потерь.
… Северянин стоял на песчаной отмели и внимательно наблюдал за действиями торгрийцев. Они грузились на плоты по два десятка и, отталкиваясь от дна длинными шестами, неторопливо преодолевали водную преграду. Не было никакой суеты и спешки. Сразу чувствовалось, что это опытные и умелые солдаты. Охрану переправы обеспечивали барады. Лесные жители сумели подготовить около полусотни плотов, что позволило армии переправиться всего за половину дня.
Время безжалостно подгоняло киммерийца. Наемник с тоской смотрел на багровый диск, наполовину спрятавшийся за кронами деревьев. В распоряжении варвара осталось всего пять дней. Конан все более отчетливо осознавал, что может не успеть к Хусорту.
Киммериец взглянул на Ивона – юноша увлеченно рассматривал странный продолговатый предмет с несколькими отверстиями.
– Это еще что такое? – спросил Конан, кивая головой на непонятную вещицу.
– Трофей, – улыбнулся Ивон. – Я нашел эту свирель в вещах Усканы. Ее описание встречалось в колдовских книгах на острове.
– Выброси эту пакость, – поморщился киммериец. – Яберы – могущественные маги, их волшебные принадлежности могут причинить немало бед.
– А как же стремление к познанию? – лукаво щуря глаза, воскликнул юноша.
– Я предпочитаю острый клинок, – ответил северянин, – он надежнее любой магии.
– Грубая сила не всегда приносит победу, – философски проговорил альв. – Между прочим, свирель может нам пригодиться…
– Убери в мешок, – Конан подозрительно посмотрел на свирель. – Пойдем, пора переправляться. Плот нас ждать не будет.
Река неторопливо несла темные воды к далекому Корайскому морю. Сейчас там тоже жарко – после захвата замка Уотсол магинцы наконец-то получили выход к побережью.
Теперь придется нелегко не только Калдару и Артагу, но и другим близлежащим странам. Король Магины не успокоится до тех пор, пока не подчинит весь мир.
Могущественный Солар окончательно скрылся за горизонтом. Под бревнами плота заскрипел песок. Варвар срыгнул на берег и направился к лесу. Армия расположилась примерно в лиге от переправы. Позади Конана, не отставая ни на шаг, шел ученик жреца, а еще чуть дальше – последняя сотня гномов.
Несмотря на спешку, киммериец не решился идти к Трунсому ночью. И дело даже не в том, что он опасался наткнуться на дозоры гатвэйцев.
