Между тем, враг остановился и гаран увидел знакомую фигуру чужестранца.
– Звериное отродье! – зло прошипел Ксатлин. – Опять он! Ну, уж сегодня-то я получу его голову! У меня будет две чаши, а не одна!
Появление киммерийца привело правителя в чувство. Теперь король точно знал, с кем имеет дело. Данвилец резко повернулся к сигнальщикам и гневно закричал:
– Что застыли, болваны? Трубите отход!
Выдержав небольшую паузу, гаран приказал:
– Всех командиров полков сюда! Немедленно! Кто опоздает, лишится головы!
Войска захватчиков поспешно отступили от стен замка. Солдаты удивленно поглядывали на блеск кольчуг торгрийцев. Легкой победы не получилось. Многие фессалийцы помнили трунсомскую битву. Тогда враг ударил столь же неожиданно. Однако Ксатлин был опытным полководцем и умел заставить людей сражаться. Послышались команды конных гонцов, началось перестроение армии. За малейшее промедление десятники и сотники били нерадивых солдат древками копий. Очень скоро войско Ксатлина сгруппировалось на флангах гномов.
– Эти глупцы сами попали в западню! – вымолвил король, окидывая взглядом рыцарей. – Мы атакуем их с двух сторон и возьмем в клещи.
Тяжелая конница прорвет строй врага и нападет с тыла. Ни малейшей пощады к варварам! За голову Конана даю пять мер золота!
Спорить с правителем никто не посмел. В таком состоянии гаран был способен заколоть любого сомневающегося в его решении. Воины вскочили на коней и поскакали к своим полкам.
Уж лучше скрестить мечи с неприятелем, чем умереть от клинка разбушевавшегося короля.
* * *
На замерших в ожидании схватки торгрийцев, обрушился град стрел. Лучники опустошали колчаны один за другим. Место убитого или раненого бойца тотчас занимал гном из следующего ряда. Никто не шелохнулся, не побежал, не испугался.
Вновь зазвучали сигнальные рога. Со стороны Полуночи, нахлестывая лошадей, на врага устремилась тяжелая конница Данвила. Казалось, что облаченные в доспехи и вооруженные длинными копьями всадники опрокинут любого противника, вставшего у них на пути. Варвар повернулся к лесу и махнул рукой – это был знак к атаке лучников.
Охотники опустились на правое колено и сделали первый залп. Две тысячи стрел ударили по кавалерии. Первая волна тяжелой конницы оказалась сметена, скакавшие позади всадники затаптывали собственных товарищей. Однако, несмотря на значительные потери, кавалеристы все же добрались до линий торгрийцев, и сражение вступило в свою решающую стадию.
Две армии сошлись в отчаянной рубке. Пехота Ксатлина атаковала гномов с обоих флангов, клещи начали медленно, но уверенно сжиматься.
Теряя бойцов, торгрийцы отступили к центру поля. Альвы перебили лучников врага и теперь обстреливали полк хусортцев. Зеленый луг перед замком усеялся телами убитых и раненых. Тем не менее, королевской армии сопутствовал успех – гномов и альвов теснили со всех сторон. Конан предвидел такой поворот событий, а потому оставил тысячу гномов в качестве резерва.
Подняв меч над собой, киммериец дал сигнал к новой атаке, и торгрийцы ударили в тыл войскам Холона. Мидлэймцы дрогнули и побежали, их примеру последовали солдаты Валена. Остановить трусов командирам полков никак не удавалось, и киммериец тотчас перебросил несколько сот солдат с Полудня на Полночь, пытаясь закрыть им пути к отходу. Теперь уже армия данвилцев оказалась на грани уничтожения – она была рассечена надвое гномами и находилась под постоянным обстрелом лучников-альвов. Ксатлин начал понимать, что победа ускользает от него.
– Гонца к Малкольму! – воскликнул правитель. – Пусть немедленно прорывается вдоль замка на Полдень! Нам нужно соединить все силы в один кулак!
Гаран обернулся к Мондору и громко произнес:
– Пора и вам показать свою силу, жрецы! Уничтожьте моих врагов, и я подарю Волару всех сегодняшних пленников.
Колдун молча кивнул. Неторопливой походкой чародей направился в сторону гномов и остановился за несколько сотен шагов от их строя. Рядом, расположились его помощники. Мондор прочел длинное заклинание и выставил вперед ладони. Земля вздрогнула и покрылась трещинами, и появились сотни скелетов, воинов Волара. Варвар уже видел безжалостную армию мертвых. Два года назад, но тогда она была гораздо меньше. Сейчас в ней насчитывалось не меньше трех тысяч бойцов. Стуча мечами о щиты, солдаты Волара двинулись на торгрийцев. Как их удержать, Конан не знал – оставалось одно решение: отступить в лес. Киммериец уже хотел дать команду, но тут заметил Ивона. Ученик жреца стоял на коленях и шептал непонятные слова. Двумя руками валвилец крепко сжимал свирель Усканы. Альв поднес ее к губам и послышался мелодичный, чарующий звук. В тот же миг рядом с советником королевы появились десять буро-зеленых тварей из болота, точно таких же, что обитали острове яберки.
– Убери их отсюда! – рявкнул Конан, однако Ивон не послушался и продолжал играть на свирели.
Магии юноши хватило на создание двух сотен чудовищ. Хищники терпеливо ждали приказа хозяина. Валвилцы и гномы осторожно отходили подальше от опасных зверей.
– Расступитесь! – приказал варвар, видя, что Ивон едва держится на ногах.
Еще немного, и альв потеряет сознание. Из последних сил Ивон прочел еще одно заклинание. Твари, не спеша перебирая лапами, направились в сторону Полудня. Взмахивая толстыми хвостами и скаля зубы, хищники устремились к скелетам армии Волара. Это была удивительная схватка! Звери растаптывали и разрывали врагов, а те рубили их острыми клинками. Не смотря на значительное преимущество в численности, воины Волара значительно уступали тварям в силе и мощи. Кто одержит победу, уже не имело значения – потери с обеих сторон будут столь велики, что ни скелеты, ни чудовища уже не смогут вмешаться в ход битвы!
Советник королевы повернулся к Конану и со слабой улыбкой на устах заметил:
– А ты говорил, будто магия не нужна… Еще как нужна!
Коннице Малкольма при поддержке пехоты все-таки удалось прорваться к своим. Смяв край строя гномов, всадники с тяжелыми потерями пробились на соединение с армией Ксатлина. Король с ужасом смотрел на остатки своих войск.
Ранним утром он не сомневался в успехе, а теперь перед ним стояли израненные и перепуганные солдаты. После сражения у короля осталось не более пяти тысяч бойцов. Снова бросать войско в бой – равносильно самоубийству! Магия Мондора не помогла – до рядов противника добралось лишь сотни четыре скелетов, с которыми торгрийцы без труда расправились.
Очередное поражение! Будь проклят этот чужестранец! Он появляется в самый неподходящий момент! Где же твоя помощь, Волар? Неужели ты слабее своего брата, Солара?
