— Н-нет, — едва выговорила Дениза, загипнотизированная видом гладкой смуглой кожи, массивной груди, и длинных стройных ног полуобнаженного незнакомца, мирно спящего в полуденный зной.
— Дениза! — прошептала Невада. — Уйдем отсюда, пока он не проснулся.
Дениза осталась на том же месте.
— К-кто это? — выдохнула она, и Невада заметила, что взгляд подруги остановился на влажных вьющихся волосах на груди Джонни. Дениза сглотнула, как будто у нее пересохло в горле, ее взгляд переместился на длинные тонкие пальцы, лежащие поверх голого живота. И наконец на влажную от пота ткань, обтягивающую стройные бедра и мужскую плоть.
— Я хочу немедленно уйти в дом, — заявила Невада, взяв Денизу за руку и не отрывая глаз от красивого мужчины, похожего на огромного спящего кота — такой же лоснящийся, красивый и коварный.
В эту минуту полусонные, полуудивленные черные глаза открылись, на чувственных губах заиграла усмешка.
— Уверен, — протянул Джонни низким голосом, — вы сможете немного задержаться и представить мне вашу подругу.
Дениза вздохнула от счастья, а Невада от разочарования, когда огромный гибкий мужчина ловко вскочил с шезлонга и встал перед ними, зевая и беззастенчиво потягиваясь. Страстно сожалея, что он не ушел в город играть в карты, Невада неохотно представила его.
— Дениза, это Джонни Роулетт, сводный брат Малькольма. — Быстро взглянув на улыбающееся лицо Джонни она сказала:
— Джонни, это Дениза.
Бесстыдно разглядывая обнаженную фигуру, Дениза все же покраснела, когда Джонни взял ее руку и скользнул по ней губами.
— У вас есть фамилия, Дениза? — спросил он, ласково глядя на нее черными глазами.
— Я… да… Ледет, — едва выговорила Дениза, очарованная новым знакомым. Невада только стиснула зубы.
— Надеюсь, мисс Ледет простит мой костюм. Видите ли, я помогал садовнику.
— О, Джонни, вы выглядите великолепно, — пропела Дениза.
Джонни отпустил ее руку и улыбнулся:
— У вас доброе сердце, дорогая. Может быть, вы присядете? Я очень рад видеть друзей Мэри и Малькольма.
Не обращая внимания на Неваду, как будто ее не существовало, Дениза опустилась в шезлонг. Джонни уселся рядом с ней.
— Вы любите танцы, Джонни? — спросила Дениза, повернувшись к нему. — Мои родители задумали большой бал в следующем месяце. Надеюсь, вы придете.
— Его здесь не будет, Дениза, — сказала Невада, все еще стоя подперев руками бока.
— Возможно, я приду с Мэри и Малькольмом, — ответил Джонни, словно не слыша замечания Невады и не отводя глаз от сияющего личика Денизы.
Невада почувствовала себя бессильной. Дениза казалась загипнотизированной.
Только через полчаса Невада убедила подругу возвратиться в дом. Дениза неохотно согласилась. И не забыла на прощанье еще раз пригласить Джонни.
— Теперь вы не забудете о нашем вечере?
— Я не могу и подумать, чтобы пропустить его, — галантно ответил Джонни.
— Подожди здесь минутку, — попросила Невада, когда они с Денизой немного отошли от беседки. — Постой на месте.
Невада торопливо подошла к Джонни, все еще стоящему на пороге, опираясь длинными руками на балку над головой. Невада остановилась рядом с ним и тихо сказала:
— Ты не пойдешь на этот бал, Джонни Роулетт! Ее родители все выяснят о тебе. Всем известно, что ты нежеланный гость в лучших гостиных города.
Невада вызывающе посмотрела на него. Джонни опустил одну руку. Он усмехнулся и легонько потянул конец банта на ее лифе. Бант мгновенно развязался.
— Но я желанный гость в лучших спальнях, — сказал Джонни.
— О! — только и сказала Невада, развернулась и устремилась прочь.
Глава 33
К шести часам вечера, когда черный экипаж Ледетов приехал, чтобы забрать Денизу, у Невады страшно разболелась голова от болтовни взволнованной рыжеволосой девушки.
— Никогда в моей жизни я не встречала подобного мужчины! — воскликнула Дениза, как только они вышли из домика для гостей. — Я и не подозревала, что существуют такие великолепные образцы.
— Ну, Дениза, — проворчала Невада.
— И прямо здесь, рядом с тобой… Я бы хотела жить в вашем доме… Я бы прокралась к нему и умоляла сделать меня женщиной… Он как раз тот мужчина, с которым я бы впервые разделила страсть…
— Дениза, пожалуйста, — предостерегла ее Невада.
— Чрезвычайно важно выбрать мужчину, который знает, а Джонни — самое сексуальное животное, если такие существуют. Интересно, понравилась ли я ему? Я куплю очаровательное новое платье для вечеринки. Ты заметила, его восхитительные губы выглядят так, как будто он целовал десятки — нет, сотни красивых женщин…
— Дениза, Дениза…
— Самые черные глаза и самые черные волосы, какие я когда-либо видела. Такой учтивый и чарующе галантный… ты видела, его стройное тело такое смуглое. Держу пари, если снять с него эти короткие брюки, его кожа выглядела бы, как…
— Дениза Джун Ледет! — не выдержала Невада. — Перестанешь ли ты кричать о Джонни Роулетте?
Дениза озадаченно посмотрела на нее:
— Тебя что-то беспокоит? Ты так раздражительна сегодня, Мэри.
— Извини, — вздохнула Невада. — Это все жара. Если вскоре не пойдет дождь и не станет прохладнее, я определенно сойду с ума.
— Хм, если Джонни Роулетт не поцелует меня на вечеринке или раньше — вот тогда я точно сойду с ума. — Дениза рассмеялась и прижалась щекой к Неваде.
— Пока, Мэри. Я рада, что вернулась домой. Можно, я снова приеду завтра днем? — с надеждой спросила она.
— Ах нет, нет, Дениза. Я собиралась завтра пойти за покупками. Мне надо еще кое-что купить для приданого.
Дениза выглядела разочарованной. Невада тронула ее за руку:
— Если хочешь, поедем с нами.
— Конечно. В какое время? Я скажу Эдгару, чтобы он…
— Не стоит. Мы заедем за тобой.
— Прекрасно. Тогда до завтра. — Дениза снова обняла Неваду, в последний раз бросила взгляд на домик для гостей, забралась в экипаж и уехала. Со вздохом облегчения Невада повернулась и вошла в дом.
Было еще угнетающе жарко, когда без четверти восемь вечера Невада вышла на лестничную площадку. Сегодня в восемь в библиотеке собирались почитатели Шекспира, и Невада очень хотела, несмотря на чувство вины, сослаться на головную боль и остаться у себя наверху. У нее действительно болела голова, и перспектива провести два часа в обществе ученых снобов, обсуждая творчество Шекспира, казалась ей малопривлекательной.
Невада вздохнула и подошла к лестнице. Не то чтобы Неваде не нравились ученые друзья Малькольма — конечно нравились, — но иногда она страстно хотела, чтобы Малькольм повез ее куда-нибудь в город выпить и повеселиться — только он и она. Наедине.
