держи свои каменные кулаки при себе, понял?
— Что за запах? — внезапно послышался голос единорога.
— А? — обернулась Космик и принюхалась.
Вроде бы ничем особенным не пахло. В воздухе витали затхлые ароматы пыли, осыпавшейся штукатурки, старого дерева… и ещё чего-то.
Чего-то, что земнопони точно не ощущала, когда была здесь в прошлый раз.
Раскрыв пошире ноздри, она вдруг поняла, что это был за едва уловимый запах.
Запах гниения.
Лайфблум покрутил головой, определяя направление, в котором запах, судя по всему, чувствовался сильнее, и медленно прошёлся по комнате…
Остановившись прямо напротив Наклза.
— Что? — недовольно выпалил тот. — Чего ты так на меня смотришь?
— А это ещё откуда? — указал Лайфблум на окаменевшие костяшки ехидны.
— Куролиск, — кратко ответила Космик.
— Твою ж… — единорог неожиданно грязно выругался. — Пальцы чувствуешь?
— Нет.
— Давно?
— С тех самых пор… А что?
— Ох… ясно всё. Некроз мягких тканей. — Лайфблум повернулся к Космик и объяснил: — Окаменение остановило кровоток в непосредственно поражённых участках пясти и находившихся дальше фалангах. Отсюда и омертвение, которое уже начало переходить в разложение. И лишь каменная прослойка, за которой с другой стороны начинается здоровая ткань, спасает организм от распространения гангрены и сепсиса. — Единорог покачал головой. — Но всё равно — необходимо срочно ампутировать ему пальцы.
— Резать? Не позволю!
Наклз убрал руки за спину.
— Тогда я снимаю с себя ответственность за твоё здоровье после того, как ты, к примеру, попытаешься поковыряться в носу и у тебя сгниёт голова, — спокойно ответил Лайфблум и посмотрел на остальных: — Сейчас я хотел бы снова заняться вашей подругой. Может, пожалуйста, кто-нибудь мне помочь?.. — Взгляд на Космик. — … кто-нибудь с пальцами? Работающими, конечно же.
— Можно мне? — вызвался Соник, убирая пистолет-пулемёт.
Лайфблум кивнул, и они стали вместе подниматься наверх.
— На обратном пути захватишь мой карабин! — крикнула Космик вдогонку.
Синий ёж показал ей кольцо из двух пальцев с оттопыренными остальными — ещё один фрагмент культуры чужого мира — и подмигнул. А потом они с Лайфблумом скрылись за поворотом лестницы.
— Ну а мы пока поедим, — сказала Космик, села на пол и стала распаковывать сумки. — От всех этих исследований я жутко проголодалась.
Пока они обедали (Наклзу помогала Эми, отчего ехидна выглядел смущённым), земнопони поведала о том, что узнала в Башне Тенпони. Сонику и Крим решили обо всём рассказать позже.
— Теперь мне, чтобы добраться до этой Лиры, нужно идти туда — не знаю куда и искать то — не знаю что, — проворчала Космик в заключение. — Вот что такое этот… как его… ИЦ-13?
— Исследовательский центр? — предположил Тейлз.
— А что, подходит… Только ни где он находится, ни чем там занимается эта тварь, мы так и не узнали. Ещё этот «Водоворот»… что бы это ни было…
— Думаю, ближе к Хуфингтону, — просипел Шедоу. Голос всё ещё плохо его слушался после хватки Наклза. — Там как раз рассадник всякой наукообразной хрени в Эквестрии…
Встретив красноречивый взгляд Космик, чёрный ёж вздохнул:
— Да расскажу я вам обо всём. Дождёмся хотя бы Соника…
— … А вот и мы, — раздался с лестницы голос синего ежа, и все повернулись в ту сторону.
Космик моргнула, словно не веря глазам. Но миражом это не было: между Соником и Лайфблумом, аккуратно поддерживаемая рукой ежа и телекинезом единорога, спускалась крольчиха — даже на вид похудевшая и осунувшаяся, но счастливая.
— Крим!
Тейлз и Эми сразу рванули к ним и, подбежав, заключили подругу в объятия.
Соник подошёл к Космик и передал ей «Последний аргумент». Кобыла прижала верное оружие к себе: без него она даже в броне до сих пор чувствовала себя голой.
Лайфблум же поманил за собой Наклза, и эти двое опять-таки ушли наверх.
Остальные пришельцы окружили Крим и что-то обсуждали наперебой — наверное, то, как они за неё беспокоились.
Космик стояла поодаль и не вмешивалась. Ей просто было приятно видеть такое искреннее и незамутнённое чужое счастье.
Вскоре вернулись Лайфблум и Наклз. Ехидна выглядел особенно угрюмым и то и дело в недоумении поглядывал на свои каменные кулаки с обрезанными пальцами.
— Ну что, вот и всё? — сказал единорог, остановившись рядом с Космик.
— Получается, так, — вздохнула та. — Спасибо тебе за всё, что ты для нас сделал. Честно. Я… мне просто не к кому было обратиться за помощью. Не знаю даже, как отблагодарить тебя.
— Ничего не нужно, — улыбнулся Лайфблум. — Лучше пообещай не попадать больше в смертельные передряги.
— Ты же знаешь, что мне так или иначе придётся.
— Знаю. Поэтому и прошу. Может быть, когда всё закончится, ты вернёшься в Республику и поможешь изменить там жизнь к лучшему.
— Посмотрим, — фыркнула Космик и достала последнее кольцо из одолженных у Шедоу. — Готов?
— Готов.
Кольцо взлетело, вращаясь в воздухе, и привычно превратилось в пронзающую пространство воронку.
Лайфблум двинулся было в сторону портала, затем, как будто что-то забыв, повернулся к Космик — и уже сам поцеловал её. А следом шагнул в портал и исчез из загаженного старого холла.
Кобыла какое-то время молча смотрела на то место, где была воронка. Потом смахнула со щеки каплю непрошеной влаги и подошла к пришельцам.
— Не хочу вас прерывать, но у нас есть парочка незакрытых вопросов. Ты обещал, Шедоу. Помнишь?
— Да, конечно, — ответил чёрный ёж и поднял взгляд на других. — Давайте пойдём наверх, там удобнее.
— Ну пойдём, — хмыкнул Соник и первым — никто даже ничего не успел сообразить — взбежал по лестнице. Помахал всем на полпути — и умчался дальше размазанным силуэтом.
Отряд поднялся на второй этаж и расположился в одной из комнат.
— Рассаживайтесь поудобнее, так как эта история длинная, — сказал Шедоу, садясь на кровать и снимая рюкзак.
Остальные разместились на полу, а Космик привалилась плечом к стене в самом углу.
— Думаю, начать нужно с этого.
Чёрный ёж достал что-то из рюкзака и показал всем.
Космик с удивлением поняла, что это книга. Причём даже внешне намного более качественно выполненная, чем довоенные истории про Дэринг Ду или «Копытоводство по выживанию в Пустоши».
На обложке была изображена невысокая серая единорожка со светло-коричневой гривой на фоне старых домов и виднеющегося
