пока ты будешь искать эту свою Лиру?
— Нет, — резко ответила земнопони и дёрнула затвор карабина, после чего щёлкнула предохранителем и закинула оружие на спину. — Я и так слишком долго откладывала это. В Республике должны знать, что я выжила. Единственное, что неприятно: в глазах жителей города смерти моего отряда так или иначе будут висеть на мне. Потому что Метал Доуна уже нет, чтобы он мог перед всеми ответить.
— Вот именно! Подумай, Космик! Что, если они убьют тебя?..
— А смысл? — насмешливо фыркнула кобыла и поправила седельные сумки. — У Республики маленькое население, там каждый пони на счету. Меня оттуда могут скорее не захотеть выпустить — но с этим я как-нибудь справлюсь. Пусть даже я проведу потом остаток жизни в стенах из старых вагонов — однако сейчас у меня есть цель, и я никому не позволю встать на моём пути. Никому и ничему. Даже мэру.
— А нам-то что делать? Мы же решили остаться с тобой, пока ты не…
— А что хотите. — Космик махнула копытом. — Можете возвращаться в свой мир и вступать в схватку с Эггманом, или как там его… Изумруды теперь у вас есть. Я никого не держу. Все, кто был в последнее время рядом со мной, явно не могут похвастаться тем, что у них в жизни всё гладко и спокойно. Некоторые так и вовсе больше никогда ничего не скажут. И не сделают.
— Космик, — мягко произнёс Шедоу. — Не забывай, что ты говоришь сейчас с Элементом Верности, которого выбрало Древо Гармонии. И я заявляю тебе: мы никуда не уйдём, а будем ждать твоего возвращения. И если что, будем готовы прийти на выручку. — Он усмехнулся. — Благо Соник может добежать до вас за считаные минуты…
— Вот и ждите. — Синяя земнопони рассовала магазины по кармашкам брони и сделала пару шагов к выходу. Затем обернулась и посмотрела на чёрного ежа. — Путь в один конец занимает два дня. Если не вернусь через пять — спешите на помощь. Хотя… думаю, тогда уже будет поздно.
— Космик, я… должен тебе кое-что сказать. Это очень важно. Связано с твоим городом.
Кобыле не понравилось, как изменился тон Шедоу. Чёрный ёж как будто хотел открыть ей какую-то очень неприятную тайну.
— И что там с Республикой?
— В книге она тоже упоминается. Ближе к концу. Примерно через восемь недель после выхода Литлпип из Стойла, то есть где-то через месяц… — Шедоу тяжело вздохнул и закончил: — Республику уничтожат рейдеры.
— Что⁈ — Глаза Космик резко расширились. — Как⁈
— Я не знаю подробностей. Автор не сильно в это вдавалась… Они перебьют всё взрослое население и заберут с собой жеребят в Понивилль. Спасутся трое молодых пони, которые отправятся следом за ними. И когда выжившие будут перестреливаться с рейдерами, их и обнаружит Литлпип с её командой. — Ёж поднял глаза на Космик. — Но где во всей этой истории ты, я не берусь предсказать. Поэтому я прошу тебя… не оставайся там. Возвращайся скорее.
…И вот Космик с замиранием сердца подходила к посёлку, стоящему посреди каменистой пустыни.
Республика выглядела со стороны всё так же угрюмо и неприветливо — но если раньше в этой нарочито серьёзной кондовости было что-то родное и узнаваемое, то теперь городок словно ощетинился в ожидании битвы.
Достав бинокль, Космик рассмотрела на стенах часовых. Это были те же самые пони, которые подменяли её отряд во время походов. Более того — считали синюю земнопони и её бойцов образцом, которому стоило следовать. Сейчас же она не смогла бы им посмотреть в глаза. Не только из-за того, что, не разгадав вовремя план Метал Доуна, фактически обрекла их выйти на передний край обороны на постоянку, — но и потому, что их прежний идеал был повержен.
Однако выбирать не приходилось. Тяжело вздохнув, Космик убрала бинокль в сумку и с опущенной головой, еле передвигая ноги, направилась в сторону поселения.
Её заметили, причём явно издалека. «Эй, это же Космик!..» — расслышала чей-то возглас кобыла. Но она чувствовала, что настрой у охранников точно не дружелюбный. Город, видать, переживал действительно непростые времена.
«В этом виновата не я, — напомнила себе земнопони. — А Метал Доун».
— Стой! — прокричал один из часовых — тёмный жеребчик с сероватой гривой и белым носом. — Нам приказано никого не пускать без подтверждения!
«Что за паранойя? Неужели рейдеры зачастили?»
— Вы же видите, что это я! — ответила Космик, топнув ногой по земле. — Так в чём проблема?
— Ваш отряд мы считали погибшим! — выпалила стоявшая наверху жёлтая кобылка. — Вся Республика плакала на устроенном недавно собрании! Мэр Сильвер Стар уже распорядился передать все ваши дома в собственность города!
— Что⁈ Да как он…
Космик прикусила язык.
На самом деле это было обычной практикой. «Нам нужно больше пони», — не переставал говорить мэр. Однако новым семьям надо было где-то жить, а вопрос с жильём с давних пор был особенно острым в Пустоши. И уж точно никто не собирался оставлять свободный дом незаселённым только потому, что его владелец отправился, э-э… на Луну. Это было бы просто нерационально.
— О тебе уже доложили, — вернулся на место белоносый, который, очевидно, куда-то бегал. — Скоро за тобой подойдут. Жди пока здесь, мы потом откроем ворота.
У синей пони засосало под ложечкой.
Предчувствие чего-то нехорошего, возникшее у неё на подходе к Республике, с каждой минутой только усиливалось. И даже не столько того, что произойдёт с ней, а скорее общее ощущение беды, которая нависла над городом.
Наконец белоносый в очередной раз глянул куда-то вниз и махнул копытом — очевидно разрешая открыть ворота. Послышался лязг выдвигаемого засова, и тяжёлые стальные створки нехотя распахнулись.
У Космик вырвался шумный вздох, когда она увидела пони, пришедших её встречать. Мэр как будто нарочно постарался надавить на неё ещё до личной встречи.
На входе в посёлок стояли два молодых белых единорога — жеребец с ярко-алой, стоящей торчком гривой и кобылка с синим ирокезом. Оба левитировали перед собой штурмовые винтовки, нацеленные на Космик. И если жеребчик прятал глаза и всячески делал вид, что ему не нравится держать наёмницу под прицелом, то его спутница смотрела на синюю земнопони с нескрываемой злостью и, казалось, едва удерживалась от того, чтобы нажать на спуск.
