Но Роберт Хайнлайн не отступил.
На выборах 1934 года он был политическим добровольцем-неофитом, хотя довольно быстро получил в управление целых шесть участков. Но после поражения Синклера Хайнлайн начал подниматься в иерархии демократической партии, чтобы продолжать сражаться за идеи EPIC в последующие четыре года. В конечном счете, он помогал писать и редактировать новостную листовку EPIC (в 1934 году эта листовка циркулировала тиражом два миллиона экземпляров), стал заметным участником демократической партии в Лос-Анджелесе, помогал писать программное заявление для движения EPIC, а также выступал представителем от демократической партии штата в центральном комитете Калифорнии. В 1938 году Роберт Хайнлайн вышел из-за кулис и принял участие в гонке за место в ассамблее штата.
Его оппонентом был функционер республиканской партии, корпоративный юрист Чарльз Лайонс. Их участок включал Беверли-Хиллз и часть Голливуда, который в то время был не только богатым, но консервативным и республиканским. Кампания Хайнлайна получила минимальную поддержку, поскольку демократическая партия считала, что невозможно победить в борьбе за это место. Хайнлайн дал хороший бой, но его оппонент дополнительно баллотировался от демократов на основных выборах (в Калифорнии такая практика была впоследствии запрещена) и, проиграй Хайнлайн на основных выборах, автоматически становился единственным кандидатом от участка. Хайнлайн проиграл, недобрав всего пятьсот голосов.
Во многих смыслах выборы 1938 года стали для демократов триумфальными — они получили место губернатора для бывшего участника EPIC, Калберта Олсона, и несколько мест в ассамблее штата. И хотя поражение Хайнлайна было горьким, он продолжал свою политическую деятельность. В делах демократов он участвовал как минимум до 1940 года, когда посетил национальный демократический съезд в Чикаго в качестве наблюдателя с аккредитацией от прессы.
И все же его политическая карьера находилась в тупике. Куда податься, чтобы оплачивать кредит на дом? Его морской пенсии по инвалидности хватило бы, чтобы Хайнлайны могли есть и одеваться, но ее не было бы достаточно для выплат по дому, а в 1938 году задолжать банку считалось до некоторой степени стыдно.
Как продолжать свою борьбу за благополучие страны?
Движение EPIC распадалось на глазах: новостной листок перестал издаваться еще до конца основных выборов 1938 года, большинство политиков позабыло о своей принадлежности к EPIC, чтобы иметь возможность победить на выборах. Сам Синклер вернулся к написанию книг в качестве основного занятия.
То, что писал Синклер, всегда вызывало отклик общественности, не говоря уже о социальных крестовых походах. Хайнлайн лично знал Синклера и работал с ним в движении EPIC. Так жизнь и работа одного писателя стали образцом для зарождения карьеры другого.
Хайнлайн засел за написание «Нам, живущим».
Безусловно, Аптон Синклер не стал первым писателем, предлагавшим решения социальных проблем в виде беллетристики, — утопии (идеальные миры) и дистопии (миры кошмаров) в 1938 году были уже хорошо изученными литературными формами. Хайнлайн знал о двух наиболее известных писателях, практиковавших эти формы: Эдварде Беллами и Г. Д. Уэллсе. Оба они оказали большое влияние на утопический социализм Аптона Синклера. Роман «Оглядываясь назад», написанный Беллами в 1887 году, до сих пор остается самой знаменитой утопией, написанной американцем, и вполне вероятно, что на эту книгу Хайнлайн оглядывался, когда писал свой первый роман. В обоих романах главный персонаж просыпается в будущем и оказывается в идеальном обществе, которого не понимает. В ряде сократовских диалогов главный герой (вместе с читателями) узнает, как на практике может существовать столь замечательный мир. Уэллс, чьи научные романы стали парадигмой большей части научной фантастики двадцатого века, также написал множество романов о будущих утопиях и дистопиях. Хайнлайну особенно нравилась его книга «Когда спящий проснется» (на переиздании 1910 года, «Спящий пробуждается», Г. Д. Уэллс расписался для Хайнлайна, когда они встретились лично). Фильм 1936 года «Грядущее», адаптация Уэллса его собственного более раннего романа «Облик грядущего», заканчивается полетом в космос, как и «Нам, живущим».
Эти писатели, а также научно-фантастические журналы, которые он регулярно читал, побудили Хайнлайна возвестить о будущем как о прекрасной возможности для прогресса. Садясь писать «Нам, живущим», он пытался сделать то, над чем работал все четыре года своей политической активности и впоследствии на протяжении практически всей своей писательской карьеры, — изменить мир к лучшему. Название книги происходит из геттисбергского обращения Авраама Линкольна:
«Скорее это нам, живущим, следует посвятить себя завершению начатого ими дела, над которым трудились до нас с таким благородством те, кто сражался здесь. Скорее это нам, живущим, следует посвятить себя великой задаче, все еще стоящей перед нами, — перенять у этих высокочтимых погибших еще большую приверженность тому делу, которому они в полной мере и до конца сохраняли верность, исполниться убежденностью, что они погибли не зря, что наша нация с Божьей помощью возродится в свободе…».
Роберту Хайнлайну не удалось добиться социальных перемен, занимаясь политикой, возможно, он рассчитывал, что сможет добиться их с помощью писательского пера, он грезил возрождением человека, занимающим столь важное место в его произведениях.
Любой, кто читал Роберта Хайнлайна, признает, что автору свойственны дерзкие заявления относительно нашего общества и пропаганда радикальных социальных перемен. Действительно, его политические ходы часто ставили людей в тупик. Как мог человек, поддерживавший социалиста Аптона Синклера и демократа Ф. Д. Р., стать сторонником архиконсервативных республиканцев Б. Голдуотера и Д. Киркпатрика? Как-то в 1959 году Хайнлайн объяснил Альфреду Бестеру: «Я превратился из мягкотелого радикала в жесткого радикала, прагматичного борца за свободу личности». Перемены политического характера Хайнлайна приобретают смысл, если посмотреть на них так: он видел проблемы, которые никто не решал, и обращался к политическим силам, имевшим, по его мнению, наибольшие шансы решить эти проблемы. В 1938 году наиболее опасной, по его мнению, проблемой была Великая депрессия, поэтому он ожидал результатов от Ф. Д. Р. и Аптона Синклера. В 1959 году такой проблемой стали ядерная война и коммунизм (ненависть к которому возникла у Хайнлайна до Второй мировой, а не во время «холодной войны»). Он поддержал Барри Голдуотера в 1964-м, потому что верил, что Голдуотер против Советов сможет действовать гораздо эффективнее, чем Линдон Джонсон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
