и тут же вырубилась. Женщина, Виант недовольно поморщился. Ну и ладно. Последнее усилие… Виант почти аккуратно накрыл себя и напарницу картонной коробкой. Удачно получилось. Тут же включилось крысиное ночное зрение, хотя сейчас снаружи всего лишь вторая половина дня.
Шелест веток и глухой удар рядом совсем. Виант лениво дёрнулся, но сразу успокоился. Понятно, где-то рядом приземлилась ещё одна консервная банка. Так что щедрый завтрак после пробуждения им обеспечен. А это очень даже хорошо. «Другая реальность» – коварная штучка. Как знать, может, для последнего и самого решительного рывка, им потребуется много сил, очень много сил.
Ещё миг, голова упала на импровизированный пол, Виант уснул, будто нырнул в небытие.
Глава 3. В последний момент
– Давай! Вместе! На… ра-а-азз!!!
Треск веток и громкие мужские голоса пинком вышибли Вианта из объятий блаженного сна. Тело быстрей разума. Лапы с места врубили пятую передачу. Виант что было сил дёрнулся вперёд. Однако нос тут же ткнулся в картонную преграду. Упругая сила отбросила назад. Будто и этого мало, спина ударилась во что-то мягкое и гладкое.
– Осторожно! – гаркнул мужской голос. – Ногу! Ногу убери! Дурень.
За пределами картонной коробки что-то грохнуло и просыпалось с тихим шелестом. Вновь затрещали ветки.
– Охренеть, Голд, что мы творим, – вновь заговорил мужской голос. – Ещё неделю назад полковник Гажан нам за такое непотребство сперва головы бы открутил, а потом приказал бы всё это «добро» собрать голыми руками.
– А теперь полковнику Гажану плевать, – отозвался другой мужской голос. – У него теперь другая задача – эвакуировать образцы.
– Это точно, – печально вздохнул первый. – Ладно, потащили обратно.
Тяжёлые шаги, треск кустов и тишина.
– Виант, слезь с меня, – раздался за спиной недовольный писк Инги.
– Ах, да, прости, – Виант отполз в сторону.
Глупо получилось, нос до сих пор болит. Виант оглянулся и тут же прыснул от смеха.
– Над чем смеёшься? – Инга, вот совпадение, тоже трёт передней лапой ушибленный нос.
– Смешно получилось, – Виант шлёпнул лапой по картонной стенке. – Когда раздались голоса людей, мы разом рванули в разные стороны. Оба разом долбанулись носами по стенкам, да так оба и остались под коробкой. Инстинкты, понимаешь.
– В гробу я видала твои инстинкты, – недовольно буркнула напарница, однако и её саму разобрало невольное веселье.
Нелёгкая крысиная жизнь научила Вианта с Ингой моментально реагировать на голоса людей. Особенно на те, что раздаются неожиданно и рядом. Пусть сейчас получилось смешно, однако гораздо чаще привычка сигать не раздумывая и подальше спасала им жизнь.
– Ладно, пора узнать, что творится снаружи, – произнёс Виант.
Передней лапой Виант аккуратно приподнял картонную коробку. Во внутрь вместе с вечерней прохладой ворвался запах мусора. Желудок тут же нетерпеливо заурчал. Помойка за стеной кустов никуда не делась. Да и куда она могла деться?
– Ну ни хрена себе, – удивлённо выдохнул Виант.
– Что там? – из-за спины спросила Инга.
– Сама глянь, – Виант спихнул картонную коробку в сторону.
И действительно, ещё неделю назад полковник как там его зовут за подобное непотребство головы бы открутил. Работники полевой кухни не придумали ничего лучше, как высыпать содержимое большой урны прямо за кустом. Огромная куча мятых и грязных одноразовых тарелок, стаканчиков, ложек и салфеток надвинулась на картонную коробку, под которой Виант с Ингой провели день. Иначе говоря, деградация продолжается. Какой смысл следить за порядком, когда через несколько дней эта военная база обратиться в радиоактивные руины.
– Только не говори, что это непотребство тебя удивило, – передними лапами Инга подняла мятую салфетку с красными пятнами кетчупа.
– Ну-у-у…, – протянул Виант. – Я бы не сказал, что удивило, но всё равно неприятно. Давай, лучше пожрём.
И в самом деле, какой смысл удивляться, что помойка за стеной кустов стала больше? Для крыс это даже хорошо. Виант с головой залез в первую же консервную банку из-под тушёнки. Первый кусок ароматного мяса со скоростью света ухнул в желудок. А ещё у дна в маленькую лужу собралась вкусная подливка.
Восьмое сентября. По-осеннему стемнело рано и похолодало. Виант поёжился. Пока ещё терпимо, но скоро могут начаться первые заморозки. Военная база Сарганана находится на северном побережье материка Алуна в зоне дремучей тайги. Здесь по определению должны быть долгие и студёные зимы.
Прежде, чем перебраться в следующую банку из-под тушёнки, Виант торопливо развернул внутренний интерфейс игры. До точки выхода осталось чуть больше километра. Что особенно приятно, она покоится на месте, а не скачет по окрестностям военной базы со скоростью курьерского поезда. Радоваться бы надо, скакать и прыгать. Как-никак, а через час они и в самом деле могут выбраться из этого дурдома. Надо бы, но не получается. Виант вновь принялся за еду. Во второй по счёту банке осталось ещё больше шматков душистого мяса и вкусной подливки. Да и жир лишним не будет.
Бегать на полный желудок удовольствие ниже среднего. Однако Виант всё равно основательно и с избытком затолкал в глотку столько еды, что последняя морковка наотрез отказалась лезть в желудок. «Бос локации», некое финальное испытание, зависло над ними словно Дамоклов меч. Ясно дело, что «Другая реальность» просто так не отпустит их. Но что она придумает на этот раз? Какой такой финт выбросит напоследок? Вот и остаётся готовиться к последнему переходу неторопливо и основательно, будто до точки выхода не чуть больше километра, а чуть больше тысячи, а то и двух тысяч.
Недалеко от штаба базы, возле стены зелёных кустов, всё так же шумит металлическая колонка. Вода хлещет из крана без всякой экономии. Маленький ручеёк всё так же убегает в кусты. Виант на пару с Ингой основательно смазали горло. Еле заметный вкус мыла ничуть не испортил удовольствия. Одно плохо, вода слишком холодная, о мытье не может быть и речи.
На дворе скоро ночь, желудки под самую завязку набиты едой и водой. Виант бросил последний взгляд на неуставную помойку за стеной кустов. Это даже обидно, очень. Крысам рюкзаки и сумки не полагаются по определению. Здесь и сейчас полно еды. Но из всего мусорного изобилия они не смогут унести ни крошки. Виант тихо вздохнул, жизнь сама по себе штука несправедливая.
Прямо под кустом возле металлической колонки Виант решил сориентироваться на местности. Под широким навесом из малахитового брезента больше никто не есть.
