задних колёс в соблазнительной близости, до них не будет и пяти метров. Пять жалких метров!
Но… Только не это! Только не это! Паническая мысль забилась в истерике о стенки черепа. Грузовик прямо на глазах набирает скорость. Виант припустил за ним следом.
Только не это. Лапы едва касаются бетона. Ветер свистит в ушах. Паника, словно горячая плётка с десятком хлыстов, всё гонит и гонит Вианта вперёд и только вперёд. Неужели оно всё так и закончится? Неужели точка выхода укатит хрен знает куда? А война? На носу ядерная война! Очень скоро весь этот долбанный мир обратится в радиоактивный пепел. Только не это.
Увы, но ни одна даже самая скоростная крыса не может тягаться с грузовиком людей. Бурные эмоции вспыхнули в душе Вианта маленькой сверхновой. Энергия взрыва ушла в лапы, и-и-и… И иссякла. Дыхание сбилось, Виант нехотя, поперёк воли, перешёл на шаг. Последний метр. Сил едва хватило убраться с бетонной дороги и завалиться в кустик жухлой травы. Виант шлёпнулся на холодную землю.
Воздух с трудом проникает в раскалённые лёгкие. За четыре месяца в «Другой реальности» Виант повидал всякое. Не раз и не два приходилось удирать от опасности со всех лап. Но так быстро, так искренне и так безнадёжно он ещё не бегал. Неужели это конец? Виант закрыл глаза.
– Виант, я поняла, в чём дело.
Раздался над головой голос напарницы. Виант приоткрыл один глаз, это и в самом деле Инга.
– Это всё из-за тебя, дрянь такая, – Виант перевернулся на лапы и двинулся в сторону напарницы. – Это из-за тебя сложность командной игры выросла, а точка выхода ускользнула буквально у меня из-под носа. Это всё…
Хлёсткий удар обжог морду.
– Прекрати! – в голосе Инги звякнул металл. – Ещё не всё потеряно.
– В смысле? – Виант вытянул шею.
– Глянь во внутренний интерфейс игры, точка выхода вновь замерла на одном месте. Она где-то у тех самолётов, – Инга махнула передней лапой в сторону.
Виант тут же развернулся в указанном направлении. Перед выпученными от напряжения глазами всплыл внутренний интерфейс игры. Точно! Надежда тёплой водой омыла израненную душу. Точка выхода укатила недалеко, буквально на пару сотен метров. Виант сфокусировал взгляд, внутренний интерфейс игры тут же свернулся.
– Бежим! – радостно пискнул Виант.
Душа рвётся вперёд со скоростью света, но натруженные лапы не могут выдать и половину былой прыти. Как бы не хотелось, но Виант не побежал во весь дух по направлению виртуальной стрелки, а всего лишь припустил лёгкой трусцой, едва ли не быстрым шагом.
Напарница скрепит коготками по земле позади. Глаза напряжённо и насторожённо шарят по сторонам. Былая отчаянная беспечность улетучилась, ей на смену пришла привычная осторожность. Как бы не было паршиво осознавать, но военная база продолжает торопливо сворачивать собственную деятельность. Да, большую часть боевых машин и прочего оборудования вывезут по железной дороге. Однако наиболее ценные грузы покинут базу воздушным путём.
Мимо Вианта один за одним прокатили два порожних грузовика. И тут же, в противоположном направлении, укатили сразу три гружённых. Открытые кузова заставлены всё теми же разнокалиберными тёмно-зелёными ящиками. А дальше, куда ведёт стрелка виртуального компаса, на круглых площадках недалеко от взлётно-посадочной полосы, замерли сразу четыре грузовых самолёта. Виант сощурил глаза. Хотя нет, один из них уже тронулся с места. До ушей долетел рёв реактивных двигателей. Огромное стальное крыло с грацией бегемота на арене цирка развернулось в сторону взлётно-посадочной полосы.
Не дай бог! Виант замер на месте и развернул внутренний интерфейс игры. Гора с плеч! Виант тут же побежал дальше. Это не он. В смысле, не тот грузовой самолёт. Точка выхода всё ещё стоит на месте.
Нетерпение и ужас опоздать победили страх перед людьми. Виант мысленно махнул на всё рукой и выскочил на бетонную дорожку. Так гораздо быстрей. Военным сейчас всё равно не до двух чёрных крыс.
Коготки дружно шаркают по бетону. Это по человеческим меркам ангары находятся недалеко от площадок для самолётов. А по крысиным бежать и бежать. Небеса разразились рёвом, Виант повернул голову. На посадку зашёл ещё один реактивный самолёт. Это сколько же всякого ценного добра собрано на базе, раз транспортники не только взлетают, но ещё и садятся? Вопрос риторический.
Первая круглая площадка осталась позади. От распахнутого грузового люка как раз откатил грузовик. На его место тут же встал другой. Возле второй круглой площадки Виант нырнул под призрачную защиту чахлого кустика на краю бетонной дорожки. Это, это, волнение вновь взяло за горло.
– Ты чего тормозишь? Нам туда! – Инга показала передней лапой на распахнутый люк грузового самолёта.
– Сам вижу, – в ответ буркнул Виант.
– Да, до точки выхода осталось ровно восемнадцать метров. Это, Виант сощурил глаза, в кузове грузовика? Или уже в трюме самолёта?
– Побежали? – напарницу аж трясёт от нетерпения.
– Да подожди ты! – огрызнулся Виант – Сама не видишь?
Светодиодные прожектора под хвостовым оперением ярко освещают место работ. Створки грузового люка раздвинуты в стороны, на бетон круглой площадки опущен стальной пандус. Но всё равно опасно. Грузовик всё ещё стоит под хвостовым оперением. В кабине, за лобовым стеклом, никого не видно, зато у задних колёс…
Ого! Виант аж крякнул от удивления. Если в ангаре на грузовик ящики закинули с помощью тали, то в трюм транспортника их спорно заносят два грузчика в фантастических экзоскелетах. Широкие и массивные, наружу торчат лишь головы, но и они укрыты защитными дугами. Непропорционально длинные руки вместо пальцев заканчиваются стальными зажимами. Если бы не открытые лица и матюги, то можно было бы подумать, будто погрузкой заняты два стальных робота.
Грузчики двигаются резко, грубо. Грация и плавность плачут в сторонке горючими слезами. Железные ноги грохочут по бетону, а по железному пандусу так вообще стучат, как по барабану. Зато силы хоть отбавляй. Со стороны отлично видно, как один из грузчиков направился в глубь трюма. Спина для баланса чуть наклонена назад. Стальные зажимы крепко сжимают с двух сторон тёмно-зелёный ящик. На крышке, в свете ярких прожекторов, мелькнул хорошо знакомый символ Лиги свободных наций, чёрный тройной треугольник. Экзоскелет даже не кряхтит от напряжения, хотя его ношу вряд ли смогли бы оторвать от земли даже четыре очень сильных человека.
– Ну! Чего же мы медлим?
Над ухом надоедливым комаром нервно пищит Инга. Но Виант уже взял себя в руки. Былая паника схлынула. Да, ему самому
