открывая для себя мужской торс.
Блондинка определенно знала, чего хочет, потому что дальше никаких связных мыслей у Стаса не осталось, он мог только чувствовать.
Коготки прошлись по его груди, а следом этот путь проделал тёплый влажный язык. И вроде бы всё уже понятно, но ощутив дыхание на своём уже эрегированном органе, он дёрнулся от шока.
Бл*! Это реальность!
Стас не стал хватать девушку за голову, чтобы помочь ей поймать идеальный ритм и глубину, или чтобы отшвырнуть её от себя. Он просто поплыл по течению. По охренеть какому течению.
Его партнёрша провела на коленях не больше двух минут, а потом сменила свой рот рукой, проделала обратную дорожку поцелуев от паха до шеи и, повернувшись спиной, задрала джинсовую юбку до талии, спустила до лодыжек стринги и выгнулась. Проделано это было с такой грацией, что заподозрить её в том, что она слишком пьяна, чтобы осознавать свои действия, было нельзя.
Ещё большим намёком о том, чего от него ждут, стало бы только тату на пояснице «Добро пожаловать». Всё было ясно, и Стас сделал то, что требовалось.
Разместив одну руку на женском бедре, а второй поддерживая её под грудью, мужчина одним резким толчком заполнил свою негаданную пассию, вызывая у неё протяжный стон.
И именно в этот момент он осознал всю абсурдность и глубину своего падения.
Но процесс уже шёл, и его остановка не сотрёт сделанного и не вернёт ничего назад.
В благодарность за оральные ласки или чтобы поскорее привести всё к логическому завершению, Стас подключил пальцы, и уже через пару минут почувствовал дрожь женского тела, что почти висело у него на руках. Убедившись, что блондинка получила своё удовольствие, он ослабил хватку, сделал шаг назад, и помог себе кулаком получить освобождение, выплеснувшись на кусты, так как голова заработала, и он догадался исключить возможность ненужной беременности.
Ничего говорить Стас не стал. Он спустился к воде, чтобы сполоснуть руки, привёл себя более-менее в приемлемый вид и пошёл за Артёмом, решив, что если тот всё ещё занят, поедет в гостиницу один, а это приключение будет считать сном, навеянным питерским воздухом и выпитым.
Дома его ждёт невеста, и скоро он и не вспомнит лица этой блондинки.
Вернувшись домой, Дубравин занялся делами, связанными непосредственно с целью командировки, видел будущую жену лишь раз и не успел даже ощутить вину за содеянное. А за три дня до регистрации она показала фото своей подруги, с которой в юности пела в одном хоре и взяла под своё крыло, став кем-то вроде старшей сестры.
И как только они, живя в одном городе, ещё не познакомились, а только слышали о наличии друг друга?
— Расписываемся мы без свидетелей, но на банкете она будет с ленточкой. Мы давно это друг другу пообещали, — услышал Стас и взглянул на экран протягиваемого телефона, который сам купил в подарок два месяца назад.
Да уж. Вот вам и брак по большой любви и сорок лет секса с одной женщиной.
Он не то что не успел забыть лицо блондинки, но ещё узнал имя и историю её дружбы с его будущей женой.
Сон
Казалось бы, проблема решена, Стасик больше не сможет использовать их квартиру для своих свиданий с Наденькой или, учитывая его необузданность и наглость, кем-то ещё.
Но такая обычная для семейства Кошкиных ситуёвина, когда кто-то попался на горяченьком пред родственными очами, запустила цепную реакцию.
То ли успев за время, проведённое в замужестве, отвыкнуть от подобного, то ли наоборот созреть и, наконец, начать понимать, что руководит страстными родственниками, Любовь, отпустив возникшее из-за увиденного отвращение и раздражение, не смогла вычеркнуть случившееся из памяти как незначительный и ненужный момент.
Никаких извращений и отклонений!
Стасик и Наденька — картина асексуальная и никаких сладострастных фантазий у неё не вызвала. Но будто напомнила, что секс существует и, судя по тому, что ради него люди проворачивают хитрые ходы, встречаются на чужих квартирах, чтобы урвать время и возможность побыть только наедине, он важен, а, быть может, даже необходим.
А в чём же выражалась реакция?
В бессоннице.
Вместо наилучшего отдыха — ночного сна, Люба думала о пользе секса. Ведь не с пустого же места взялись все эти разговоры, шутки и статьи о его пользе для здоровья?
В один период продолжение рода было едва ли не единственной целью существования человека. Ладно, совсем упрощать не будем, также люди были озабочены добычей пропитания и безопасностью, но даже в ужасных условиях о размножении не забывали. Естественно, себя Любовь Алексеевна с древними предками, проводящими вечера у огня в пещерах, не сравнивала и брать с них пример не собиралась.
Но кому из нас незнакомы эти ночные раздумья, когда вдруг осознаёшь весь смысл бытия, видишь всю свою жизнь в новом ракурсе и закрываешь глаза с твёрдым убеждением, что завтра начинается что-то новое и правильное? А утром продолжаешь жить как раньше, либо вовсе не помня, до чего додумался ночью, либо с улыбкой признавая, какая ересь вчера пришла в голову.
Люба пережила что-то подобное, причём растянулось это на несколько ночей и закончилось эротическим сном.
И он был удивительным, поражающим и воодушевляющим!
Ничего неловкого, неудобного, тяжёлого, липкого и мокрого.
Люба была окружена темнотой, теплотой и мягкостью. Лежала на спине, согнув ноги в коленях, и чувствовала плавное движение внутри себя.
Ничего из калейдоскопа увиденных ею сцен страсти, реальных: при активном участии родни (бр-р-р), лобызающихся в автобусах и на остановках подростков, засовывающих в друг друга по гланды языки, обжимающихся между парами студентов и уединяющихся в кабинке туалета посетителей клуба, и срежиссированных в кино — никогда не вызывало в её теле отклика.
А то, в чём она непосредственно участвовала, породило только непонимание, ведь расширять и углублять свой сексуальный опыт Любе не хотелось.
Благодаря громким родственникам, она точно знала, что в конце всем должно быть хорошо, но для себя решила, что овчинка выделки не стоит. Какое-то полумифическое удовольствие от оргазма несёт за собой слишком много последствий, начиная от неудобства и стыда за себя при мысли, что являясь по крови Кошкиной, войдёшь в раж и привлечёшь ненужное внимание к интимному действу, и заканчивая разбитым сердцем или растоптанным чувством собственного достоинства (кому что ближе).
Но этот сон что-то изменил.
Короче, девочка созрела, гормоны взыграли, тело проснулось, и женская суть потребовала мужчину.
А всё из-за добренького Стаса и наглого Стасика.
Для начала Любовь
