90 процентов Иван теперь имеет достаточные данные для пилота космического корабля.
Теперь можно было его разбудить и объяснить новую задачу, хотя… да, пожалуй, так и сделаю, подумал Хакобер.
Глава 5
Не самый маленький зал для публичных докладов был заполнен почти полностью. Здесь собрались все, кто имел хоть какое-то отношению к Объекту-А. Отсутствовала только дежурная смена, но и она слушала доклад профессора Онера дистанционно.
С момента начала очередного аврала прошло больше двух суток и люди успели не только закончить работу, но и выспаться.
— Почему нельзя поставить сразу много имплантатов одного типа? — Задал вопрос аудитории профессор. И сам же на него ответил. — Говоря упрощенно, у каждого имплантата существует «тонкое» место. Это связь между мозгом носителя и «железом». Для каждого типа имплантатов существует ограничение «пропускного канала». Это ограничение можно частично обойти тонкой синхронизацией их работы. Все неиспользованное время первый имплантат передает второму, тот — третьему и так далее. Но с развитием технологий этот метод дает все меньший эффект. Так имплантат на 20 интеллекта способен выделить до 50 процентов времени второму такому же. А современный, на 100 интеллекта, даст лишь 10–15 процентов своего времени.
— Моим отделом разработано три пути решения этой проблемы. Простой, сложный и очень сложный. «Простым» способом решения проблемы «в лоб» является изменение самого типа связи имплантата с мозгом. Сейчас они работают в режиме сопроцессора. Когда человек решает какую-либо задачу, у него периодически возникают разного рода затруднения. Имплантат просматривает этот «поток» и как только разум сталкивается с проблемой, «подкидывает» несколько возможных решений. Дальше человек уже может выбрать наиболее подходящее. Первый способ «обхода» ограничения — не просматривать мысленный «поток», а перенести его. То есть сделать имплантат частью мозга, которой человек может думать так же, как любой другой, но при этом без ограничений на производительность нейронов мозга. Минусов такого «прямого» подхода два. Во-первых, имплантаты занимают каждый по одному слоту для наиболее эффективного контакта, во-вторых, их становится невозможно заменить, без риска повредить разум человека, так как «связь» становится очень прочной. Это как вырезать у человека часть мозга.
— Поняв, что этот путь ведет в тупик, мы начали работу «с чистого листа». Путем длительных экспериментов мы смогли выделить в процессе мышления три практически независимых «типа данных». И создали «тройную ячейку» — сборку из трех имплантатов, каждый из который перенастроен на работу только со своим типом данных. Такие ячейки работают вместе, но независимо друг от друга. В результате на один «слот» устанавливается сразу 3 имплантата без снижения эффективности работы каждого из них. В нашем случае мы имеем 6 имплантатов, 3 будут работать с полной эффективностью и дадут 60 интеллекта, а еще три — с половинной эффективностью и дадут еще 30, заняв лишь 2 слота из 7.
Аудитория взволнованно зашумела. Это был прорыв. Имплантаты на 20 были крайне дешевы. Сделав из трех таких один на 60 можно было завалить все рынки дешевыми поделками. Даже если снизить на них стоимость раза в два относительно производимых сейчас, все равно прибыль будет колоссальна. А ведь это еще цветочки. Ведь можно же взять самые современные имплантаты на плюс 100. И вместо жалких 175 баллов получить полные 300! И, внимание, заняв лишь один «слот» вместо трех!
— Да, перспективы заманчивые, — продолжил профессор Онер, — но… есть проблема. Создание программы разделяющей задачи на три потока для современных имплантатов — задача огромной вычислительной сложности. Взяв за основу имплантат на 80 интеллекта, при всей мощности наших ИскИнов, им потребуется больше 40 лет на завершение моделирования. Когда ко мне обратились для решения проблемы с Объектом-А, первым моим порывом было отказаться, но потом, при дальнейшем обдумывании, я понял, как был не прав. Имплантаты на 20 в сотню раз проще имплантатов на 80 баллов. Что вытекает в сокращение вычислительного времени в сотни тысяч раз! Вместо 40 лет непрерывной работы — три с половиной часа! И, самое главное, теперь можно будет по результатам работы комплекса упростить модель, удалив ненужные связи и закончить работу для современных имплантатов за несколько лет, а не десятков лет! Это стало окончательной причиной моего согласия принять участие в проекте.
Аудитория зааплодировала, но профессор поднял руку, как бы говоря, что и это еще не все. Он еще не закончил свой доклад.
— Времени было крайне мало, я уже был готов запустить процесс создания «прошивки» для имплантатов, когда меня буквально пронзила новая идея. Имея результаты моделирования по «сложному» пути, ничто не могло мне помешать пойти еще дальше! По третьему пути! Суть его в следующем. Если мы смогли выделить три типа решаемых задач, разделив весь мыслительный «поток» на три решаемых независимо, почему бы не продолжить его разделение? Три имплантата первого уровня разделяют свои процессы на подпроцессы и передают их имплантатам второго уровня, которые их решают. В зависимости от сложности конкретной задачи, увеличение эффективности может достигать от 2 до 3 раз.
— Другим весомым преимуществом будет то, что имплантаты второго уровня соединяются только с имплантатами первого уровня, но не с мозгом! То есть не задействуется дополнительный «слот». Итак, подытожим. Мы используем только один слот, получаем 60 баллов интеллекта от имплантатов первого уровня и еще от 60 до 120 от имплантатов второго уровня. С возможностью когда-нибудь в будущем, когда наберем достаточно данных, установить имплантаты третьего уровня!
* * *
Просыпался Иван с трудом. Без введения нейтрализатора, наркоз отходил очень медленно. Но даже в таком состоянии он не смог не отметить, что окружающая обстановка ничем не напоминает его каюту. Вопроса, где же он находится, не возникло. Доведись кому-нибудь провести несколько суток разгребая мусор в огромном контейнере, он бы тоже смог до последней гайки его запомнить. Но возникал вопрос, КАК так произошло, что он здесь оказался?
Последнее что Иван помнил — Хакобер вел его на «плановый медосмотр». Они спорили должна ли стоимость медосмотра входить в стандартную страховку, предоставляемую работодателем или за нее должен платить работник. К концу пути спор был благополучно закончен (увеличением долга работника) и его поместили на тот же стол, на котором он очнулся два месяца назад по прибытию на станцию.
Между тем, браслет обнаружил, что его подопечный проснулся и, в соответствии с заложенной в него программой, начал проигрывать на ближайшей стене видеосообщение.
— Иван! У меня к тебе новое ответственное задание! — Вещала неровная на ребристой стене проекция лица Хакобера. — Специально для тебя я, на последние деньги, снарядил этот прекрасный корабль.
