Читаем без скачивания Инстинкт бойца - Михаил Нестеров

- А здесь вообще все просто, Толя, - отозвался полковник. - Таким спецам любая задача по плечу. Заметь, пеленгация и радиоперехват важнейшее звено в армейских структурах. Но все уж больно сложно, запутанно. Давай поговорим об этой отдельной роте. Допустим, два взвода несут чисто охранные функции, а два других специализируются на глубинной разведке совершают рейды, выявляют базы террористов, сообщают координаты и так далее. Допускаешь такое?

- Вполне.

- Пойдем дальше, 2-й отдел штаба армии подчинен 2-му управлению округа, тот 2-му главку Генштаба. А командует этой ротой на месте дислокации майор Казначеев - не капитан или старший лейтенант, а майор. Он получает приказы от управы, которой подчинены диверсионные и добывающие агентурные сети вплоть до групп войск, которую мы и имеем в Чечне. Понятно, что отдельная рота при батальоне связи - это прикрытие, ширма, как ты правильно заметил. Вот по этому бурелому нам и предстоит прогуляться, выявляя связи командира роты.

- Этот капитан Макеев, как та подруга, которая подкинула проблем.

- Короче, Толя, я предлагаю заняться этой нехорошей историей. Но, Эйдинов приподнял толстый палец, - в пределах разумного. Если связи командира роты ведут дальше штаба группировки, работу сворачиваем. Потому что дальше - главки Генштаба, ГРУ. Там, в отличие от нашего ведомства, реформ не проводили.

- 2-е управление... - в раздумье Петров покачал головой.

- А что с ним? Нехорошие воспоминания?

- Именно. У нас нет выхода на офицеров этого управления. При всем желании мы не найдем стоящего консультанта.

- Насчет консультанта давай погодим. Повременим и с офицерами штаба. Единственно верный путь - выходить на рядовой состав этой роты и подниматься выше и выше. Выяснить, отдают ли им приказы, не связанные напрямую с их обязанностями, или они действуют самостоятельно.

- Наверняка им приказывает командир роты.

- Разумнее предположить, - вздохнув, сказал Эйдинов, - что приказы приходят свыше, но не минуя майора, а через него. Мне кажется, тут замешаны и политика, и большие деньги.

- Нам мотивы нужны, а вы говорите про рядовой состав, - возразил Петров. - Откуда рядовые знают, что в головах их начальников? Нам нужен надежный и компетентный человек.

- Где бы взять его?

- Помните, я вам рассказывал про Сергея Марковцева?

Эйдинов обладал исключительной памятью.

- Про Марка? Помню. Я даже могу сказать, сколько лет ему дали и в какой колонии он сейчас находится. Это вариант, Толя. Ровно через десять лет Сергей освободится, и мы спросим у него, как выйти на рядовой состав отдельной роты. - Довольный Эйдинов рассмеялся.

- Нет, Марковцев мог бы помочь нам в этом деле, - упрямо продолжал Петров. - Он руководил отрядом специального назначения "Ариадна". Не исключено, что он лично знаком с кем-то из спецов интересующей нас роты. Группа Марковцева, кстати, входила в состав этой же армии. Время не стоит на месте, но методы работы отрядов типа "Ариадны" не изменились.

- Дивизия насчитывает пятнадцать тысяч душ, - усмехнулся Эйдинов, - а ты говоришь - армия!

- И все же, шеф...

- Допустим, Марковцев согласится проконсультировать нас. И что нам это даст? Нам нужен не простой консультант и не союзник, нам нужен агент.

Эйдинов умолк. Его последняя мысль не была лишена практического смысла именно в связи с Сергеем Марковцевым, бывшим подполковником ГРУ. Дело серьезное, и если начальство даст согласие на привлечение к нему Марковцева, как никто другой, Сергей отработает оставшиеся ему десять лет отсидки. За решеткой он бесполезен, его придется вызволять, задействовав два-три ведомства. Но это не в новинку, таким проверенным способом пользуются многие секретные службы. Если человечек очень нужен да еще оказал значительную пользу, такому могут выхлопотать вид на жительство в одной из европейских стран, дать в дорогу немного денег и чемодан машинописного текста - труд какого-нибудь мудрого узника: повести, романы, "записки сумасшедшего", которые, проштудировав, можно с успехом издать не только в Европе, Обеспеченная старость гарантирована при минимальных на то затратах. А новоиспеченный писатель как был, так и останется агентом разведки.

Полковник откинулся в кресле и быстро прикинул все, что знал о Сергее Марковцеве (кличка Марк), получившем двенадцать лет с отбыванием срока в колонии строгого режима.

При непосредственном участии Марковцева было создано спецподразделение под названием "Группа Щит", долгое время считавшееся федеральной структурой. В его задачи входило оперативное получение информации от государственных ведомств России, силовых структур, подотчетных МВД, внедрение своих агентов в различные структуры и криминальные группировки, физическое устранение лидеров бандитских групп и тому подобные штучки. Марковцев возглавлял в "Щите" группу особого резерва, которая занималась исключительно заказными убийствами и состояла из агентов и бойцов спецслужб.

После крушения этого, по сути, преступного синдиката Сергей Максимович Марковцев выбрал местом отшельничества мужской Свято-Петров монастырь в Новоградской области и стал его настоятелем. В качестве послушников он прихватил лучших боевиков своего отряда и наладил конвейер по похищению людей с целью выкупа. Вскоре был арестован и осужден.

По рассказам Петрова, который входил в состав следственной группы по делу Марковцева, Сергей часть вины взял на себя, но отверг обвинения в сотрудничестве с небезызвестным в России предпринимателем Вахой Бараевым, который тогда входил в состав Совета безопасности России. В итоге и Бараев, и теневой руководитель "Группы Щит" остались на свободе. Остался открытым и вопрос о предназначении "Щита". В газете "Совершенно секретно" была выдвинута версия, что создание этой организации было пробным шаром к чему-то более серьезному. Эта версия не могла удовлетворить следствие, но стала базовой и сослужила определенную службу силовым структурам.

Как должен чувствовать себя Марк, одиозная и сильная личность, находясь в неволе, говорить не стоило. Усугублялось его положение тем, что в любую минуту его могли убрать либо люди Бараева, либо теневого руководителя "Щита". И если помочь Марку, вызволив его из колонии и обезопасив от "благодетелей", можно рассчитывать на ответную благодарность.

"За такого информированного человека стоит похлопотать "наверху", подумал Эйдинов, возобновляя разговор с подчиненным.

- Толя, мне понравилась твоя мысль. Но она означает только одно: мы с головой ныряем в это нехорошее дело и привлекаем к работе нехорошего человека.

- По большому счету Марк попал за решетку за издержки своей профессии. Работа в силовом подразделении порой заставляет сделать шаг не в ту сторону.

- Здесь нет одной мерки.

- Согласен, шеф, - кивнул Петров. - Я помню, на суде прокурор задал Марковцеву вопрос, косвенно касающийся его задержания: убил бы он малолетнего заложника, которого практически держал на мушке.

- Ну и что ответил Марк? - поинтересовался Эйдинов.

- Он ответил улыбкой. Лично я понял: нет. Но этот вопрос был снят судьей по протесту адвоката Марковцева.

- Хорошо, время тянуть не будем. Думаю, шеф одобрит кандидатуру Марковцева. Я сегодня же поговорю с Прохоренко. А ты собирай на Марка материал и готовь парламентера из своей группы.

Глава 4

Родственные узы

7

Московская область, колония УР-43/5, 11 ноября, суббота

В личном деле Сергея Максимовича Марковцева, 1959 года рождения, хранившемся в колонии, упоминалась троюродная сестра Елена Владимировна Дмитриева, проживающая в Москве. Паспортные данные, равно как и фото Елены Владимировны, в деле отсутствовали. Заместитель начальника по режиму майор Виталий Астраханбеков проверил по бумагам, когда на имя осужденного Марковцева приходила бандероль, посылка, когда было последнее свидание. Последний раз к Сергею приезжал его отец, сурового вида семидесятилетний старик. С тех пор прошло семь месяцев. А не так давно сам Астраханбеков красным карандашом перечеркнул крест-накрест данные на отца Марковцева, сделал соответствующую запись и сообщил осужденному, что Максим Сергеевич скончался.

Марковцев в колонии жил неплохо. С первых дней его определили на самую легкую работу - в котельной. Сергей не принадлежал к сотрудникам органов МВД, и у заключенных не было "претензий" к бывшему подполковнику спецназа. К тому же обвинительное заключение, которое выдают обвиняемому на руки и которое с интересом читала вся камера в Матросской Тишине, было лучшей рекомендацией и послужным списком. Отсюда и непыльная работа, которую заполучил Марк. Ибо авторитеты зоны, равно как и начальник отряда, сразу поняли, что этот сильный человек с тяжелым взглядом не станет подчиняться чужой воле.