Он вытащил свой телефон, но держал его перед собой как зомби.
К счастью, домашний адрес был сохранен в Google Maps. В 10 минутах езды от офиса. Я забила адрес в свой телефон и завела машину.
— У тебя есть кто-нибудь, кто позаботится о тебе, пока болеешь? — спросила я, когда мы ехали по шоссе. — Сосед по комнате? Или девушка?
— Нет… девушка, — пробормотал Итан.
— Нет, у тебя есть девушка? — уточнила я. — Или нет, у тебя нет девушки?
Он покачал головой, и я решила, что последний вариант.
— Наверное, нужно отвезти тебя в неотложку, — сказала я. — Ты обещал не заразить меня испанским гриппом. Чем дольше я дышу рядом с тобой, тем больше вероятность, что это случится.
Поездка в квартиру в центре Далласа была быстрой, дороги еще не перегружены пробками. Я припарковалась перед его домом и помогла Итану выбраться с пассажирского сидения, затем мы поднялись на лифте на нужный этаж. Если поспешила бы, то могла бы проскочить пробки на обратном пути в город и прийти на работу вовремя. Маловероятно, конечно, но у меня все еще теплилась надежда.
— Ключи? — попросила, стоя у двери. Он не отреагировал.
В любое другое время я остановилась бы после этого. Но из-за недосыпа меня не волновало, что нарушаю запрет на домогательства на рабочем месте, поэтому я засунула руку в карман его шорт, старясь не задеть чувствительные места.
В кармане было что-то огромное… и нет, не это. Что-то гладкое, как яйцо, но прохладное на ощупь. Затем мои пальцы коснулись металла, и я вытащила ключи.
— Заходим, — сказала я, ведя его внутрь.
Это была квартира-студия: слева — кухня, справа — спальня-гостиная. Кровать королевского размера занимала большую часть пространства, я отвела Итана туда и повалила на нее.
Он не двигался. Просто лежал, раскинув руки в обе стороны. Я взглянула на дверь, мысль о том, чтобы успеть на работу, все еще билась в моей голове.
Я снова вздохнула, потому что и это не было в моем стиле.
— Я не могу просто оставить тебя тут, — проговаривая все вслух, я словно просила разрешения. — Давай тебя укроем одеялом.
Толкать бесполезно, поэтому мне пришлось переползти через него на кровать и подтянуть его ноги к груди. Я пыталась действовать по плану, но затрепетала, на мгновение оседлав его. Сняла с него сандалии, затем вытащила простыни из-под ног и натянула ткань к подбородку Итана.
И если мои руки задержались на его груди чуть дольше положенного, то да, все было именно так.
Я сползла с него — остро ощущая мужские ноги своим телом — и встала рядом с кроватью. Опять положила руку ему на лоб. Он был такой же горячий, как и в офисе.
Проклятье!
— Нам нужно сбить температуру, — пробормотала я, направляясь к кухне. — Но я не могу дать тебе аспирин на пустой желудок, иначе тебя стошнит.
Я нашла банку томатного супа в кладовке, вывалила его в кастрюлю и включила плиту. Пока кастрюля нагревалась, я смотрела на свой телефон, а потом, наконец, набрала номер, который боялась набирать.
Звонок перешел на голосовую почту, и я почувствовала облегчение.
— Доброе утро, миссис Арнольд, это Джессика. Я опоздаю на работу… Итан пришел в офис с ужасной лихорадкой, поэтому я настояла на том, чтобы отвезти его домой. Как только я запихну в него суп и лекарства, вернусь. Просто хотела, чтобы вы знали. Позвоните, если что-нибудь понадобится.
Я нашла еще несколько одеял в шкафу, толще и теплее, чем тонкая простынь на кровати. Итан задрожал, когда я убрала ее.
— Это только на секунду, — сказала я, разворачивая одеяла и накидывая их на грудь и ноги. — Что ты как ребенок. — пока пеленала его, как проклятого младенца, моя рука снова коснулась его кармана. Вещица выпирала, Итану, наверно, было неудобно.
— Пожалуйста, не подавай на меня за домогательства, — прошептала я, когда нырнула внутрь кармана, вытащив предмет.
Я уставилась на штуковину в руке.
Это было каменное изваяние мифического животного с телом льва, крыльями и головой орла. «Грифон», — подумала я, вытащив название из какого-то уголка памяти. Он помещался на ладони, но был очень тяжелым, будто сделан из свинца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я перевернула его, и мое внимание привлек камень.
На фигурке красовался великолепный изумруд, тонкой огранки и насыщенного цвета. Казалось, он сверкал собственным сиянием, но я знала, что это, должно быть, трюк огранки. Более того, он был огромным. Не менее восьми карат. Если бы он был настоящим, то был бы безумно дорогим.
— Какого черта это у тебя в кармане? — тихо сказала я.
Драгоценный камень был так красив, что я не могла не провести пальцем по нему, чтобы ощутить вес и гладкость, как и у всей остальной поверхности фигурки. Похоже, он может запросто выскользнуть; не было никаких лапок, которыми обычно закрепляют камни, и тут я…
ЩЕЛК.
Произошло сразу несколько событий.
Изумруд подчинился большому пальцу, погружаясь в фигурку как кнопка. Воздух вокруг меня, казалось, задрожал, как жар только что открытой печи, но без тепла. Я вздрогнула от удивления.
Но самое главное — Итан потерял рассудок.
Он издал ужасающий вопль, отбросив одеяла, и энергично спрыгнул с кровати. На мгновение опустился на колени, схватил голову руками и не увидел меня. Я позвала его, но мужчина закрыл уши. Он будто слышал какой-то оглушительный шум.
И тогда… Итан изменился.
Мышцы его спины неестественно перекатывались через футболку. Его руки вздулись, а затем увеличились на моих глазах. Футболка плотно прижалась к коже, порвалась вдоль рукавов и воротника. Итан застонал, это был низкий звук, зародившийся глубоко в горле и сорвавшийся с губ подобно сирене. Наконец, он посмотрел на меня, его глаза были такими же яркими и зелеными, как изумруд, к которому я прикасалась.
Итан сделал то, чего я не ожидала.
Он вскочил на ноги с невероятной прытью, бросился через всю комнату и выпрыгнул из окна одиннадцатого этажа.
— Нет! — закричала я, вновь обретя голос. Стекло не разбилось, но из-за силы прыжка Итан сломал щеколду и открыл створку. Я беспомощно наблюдала, как его тело двигалось в воздухе, оставаясь неподвижным на мгновение, а потом резко падая.
Я побежала к окну, боясь того, что могла увидеть.
Но меня ждала совсем иная картина.
Я смотрела, пытаясь осмыслить произошедшее, и, не справившись, упала в обморок.
Глава 5
Итан
Боль.
Я всю ночь находился в оцепенении от жаропонижающего и даже не догадывался о милой временной сотруднице, которая вызволила меня из офиса и привезла в квартиру. Единственное, что запомнилось — мягкие руки на теле, толкающие меня с места, оборачивающие одеялами и заставляющие чувствовать себя в безопасности.
А потом пришла боль.
Одно мгновение и каждый нерв в моем теле был охвачен огнем, а затем словно обожжен лимонным соком. В агонии я открыл рот в безмолвном крике о помощи и услышал, как что-то отозвалось.
Что-то внутри меня.
Я почувствовал, как мышцы увеличивались подобно воздушным шарам, болезненно растягивая кожу. Одежда порвалась, когда тело изменилось в неестественном вихре.
И прежде, чем я смог остановиться, устремился в небо.
Не помню, как врезался в окно, лишь осознал, что внезапно оказался на открытом воздухе с прекраснейшим небом над головой. Я знал: небо было безопасным. Небо было тем местом, которому я принадлежал.
Я стремительно падал из квартиры на твердую землю с мыслью, что смогу расправить крылья. Крылья, да, чертовы крылья, были у меня на спине. Они распахнулись, словно в попытке кого-то обнять, и их мышцы напряглись после вечного сна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я откуда-то знал, как ими пользоваться.
Взмахивать крыльями было так же легко, как пожимать чью-то руку, их сила замедлила мое падение и превратила его в скольжение. Взлетел к верхушкам деревьев, затем поднялся ещё выше и вскоре пробил себе путь обратно в небо.
