– Ничего не получится! – вздохнула Мура. – К тому же если Рычи украли обезьяны, они насторожатся и спрячут его куда-нибудь ещё дальше…
– Значит, и эта моя идея не годится, – огорчённо вздохнула Лара. – Опять тупик.
Вдруг совсем рядом с беседкой что-то хрустнуло и зашуршало. Потом послышалось сопение и кряхтение. Четыре рысьих глаза сверкнули в темноте. Ласка трясущимися лапами включила фонарик – прыгающий кружок света заметался по беседке.
– Добрый вечер! – раздался хриплый голос.
– Добрый вечер, доктор! – с облегчением отозвалась Лара. – Ну вы нас и напугали! Почему вы бродите по парку так поздно?
– Мне приказано вас осмотреть, – пропыхтел ёж Укольчик. – И, если потребуется, назначить лечение.
– Зачем? – удивилась рысь. – Я совершенно здорова! Впрочем, если приказано, осматривайте. Только побыстрей!
– Та-ак-с, – ёж Укольчик явно не торопился. – С чего начнём?
– Давайте я быстренько покажу вам язык и… Что там ещё нужно сделать? – отмахнулась она.
Лара широко открыла рот, сказала «а-а-а», высунула язык, убрала его обратно и пошевелила ушами.
– Хватит? – с надеждой спросила она доктора.
– Дышите! – велел ёж. Старшая рысь громко засопела.
– Не дышите!
Лара затаила дыхание, и в беседке стало так тихо, что все услышали, как где-то далеко-далеко поёт свою вечернюю песенку лесная птичка Невеличка.
– Хорошо поёт! – похвалила Невеличку няня Сказка.
– Да, очень душевно, – согласилась Мура.
– Как-то трогательно, – поддержал их ёж Укольчик.
– М-м-м!!! – отчаянным мычанием нарушила лирическое настроение Лара.
– Ах, простите! – встрепенулся доктор. – Уже можно дышать, давно можно!
Рысь с шумом выдохнула воздух. Не ожидавшая столь громкого фырканья ласка выронила фонарик, и он закатился под скамейку. Мура полезла за ним.
– А голова никогда не болит? – продолжал в полной темноте задавать вопросы придворный доктор.
– Перед грозой иногда болит, – призналась Лара. – Тогда я не всё нахожу, что ищу. И говорю не то, что думаю. И делаю не то, что собиралась. Но в остальном я совершенно здорова!
– Вам необходим свежий воздух и покой, – заключил ёж.
– Спасибо, доктор! – поблагодарила Лара. – Только покоя-то как раз и не предвидится…
Мура наконец достала фонарик и включила его, направив прямо на Укольчика. Ёж зажмурился от яркого света и сердито фыркнул.
– Ой, а что это за листочек у вас на колючках, доктор? – удивилась няня Сказка.
– Какой листочек? Наверное, в траве подцепил. Я ведь искал вас по всему парку, даже к воротам ходил! Кстати, там чейто велосипед валяется, – вспомнил Укольчик. – Какой велосипед? – удивилась Мура.
– Велосипед малышек-мартышек! – воскликнула Лара. – Как же я про него забыла? Отчего же я раньше не догадалась?!
– Потерянная королевская корона и брошенный велосипед малышек-мартышек… – пробормотала няня-ласка. – Кажется, что-то начинает проясняться!
– Не потерянная, а украденная! – уточнила Лара. – И не брошенный, а забытый! Это – совершенно разные вещи!
Мура только согласно кивала, переводя взгляд со старшей сестры на ласку Сказку.
– О чём вы говорите? – недоуменно пропыхтел ёж Укольчик. – Мне кажется, вам всем троим необходимы свежий воздух и покой! И хорошее питание!
С этими словами Укольчик, сердито сопя, удалился. Когда он выходил из беседки, Мура ловко сняла с его колючек листок бумаги.
Некоторое время сёстры и няня сидели молча и ждали, когда стихнет хруст веточек и шорох травы под лапами удаляющегося доктора. Наконец стало тихо.
– Давайте посмотрим, что там за листочек, – нарушила тишину Лара. – Да это же ещё одна ЗАПИСКА!!!
...
«Ишыте тех, кто украл карону! Львёнка украли тоже ани!» – прочитала она вслух.
– Почерк тот же, – заметила младшая рысь, заглянув в листочек.
– Итак, что у нас есть?! – произнесла Лара. – Записка с требованием выкупа за Рычи, которую ты, Мура, нашла у ворот парка.
– Ещё одна записка, в которой сказано, что те, кто украл корону, похитили и Рычи. Ёж Укольчик подцепил её на свои колючки, кстати, тоже у ворот парка, – добавила няня Сказка.
– Ещё есть пропавшая… вернее, украденная, корона, которая нашлась висящей на руле велосипеда малышек-мартышек. И всё у тех же ворот, – напомнила Мура.
– А кстати, – засомневалась ласка Сказка. – Если, как мы думаем, Рычи украли малышки-мартышки… Тогда совершенно непонятно, почему они оставили у ворот парка свой велосипед? Ведь велосипед – это прямая улика! Он же ясно указывает на похитителей!
– Их спугнул Гром! – объяснила Лара. – Он так грозно залаял, что мартышки кинулись наутёк, позабыв обо всём на свете.
– Точно! – подхватила Мура. – Всё сходится! Малышки-мартышки похитили Рычи…
– …увезли и спрятали где-то! – подхватила няня Сказка. – Их уже второй день нет дома, и взрослые обезьяны не знают, куда подевались их детки.
– У-рра! – Мура даже подпрыгнула в воздух от восторга. – Мы нашли Рычи!
– Никого мы не нашли, – вздохнула Лара.
– Как так? Всё же ясно! – удивилась младшая сестра.
– Не всё! – опять вздохнула старшая. – Мы ведь понятия не имеем, куда удрали мартышки-мартышки. А значит, так и не знаем, где искать Рычи…
Глава 8 Всеобщее веселье
Тем временем взрослые обезьяны возвращались домой. Они довольно долго бежали по следам, но все их старания оказались напрасными.
– Эх, если бы эти загадочные следы не исчезли! – сокрушалась мама Прыгги.
– Как они могли не исчезнуть, если началась дорога, вымощенная булыжником? На булыжнике не видно следов! – грустно рассуждал папа Скоки.
Подходя к Мартышкиной поляне, обезьяны услышали молодецкий храп.
– Корона! – встревожился капуцин Капа. – Мы же попросили бабулю глаз не спускать с неё!
На поляне, привалившись к Главному камню, сидела бабушка Го и громко храпела. Капуцин Капа потряс её за плечо. Бабушка Го открыла глаза и забормотала:
– Что? Где? Когда?
– Бабушка Го, вы всё это время спали? – дрожащим голосом спросила мама Прыгги.
– Не всё время, – возразила бабушка горилла Го. – Стемнело, вот я и задремала.
– А до того как стемнело? – уточнил папа Скоки.
– До того я сторожила наш тайник! Всё было тихо и спокойно, – бодро отрапортовала бабушка-горилла.
– И корона на месте? – поинтересовался Капа.
– Обижаете! – возмутилась бабушка-горилла.
– Позвольте, – вежливо попросил Капа, – я загляну в тайник.
– Не доверяете?! – с негодованием воскликнула бабушка.
– Доверяем. Но хочется убедиться, что всё в порядке, – пояснил, разгребая листья над тайником, капуцин. Он заглянул в открывшуюся ямку и горько вздохнул. Разумеется, короны в тайнике не было.
– Так говорите, всё было тихо и спокойно? – безнадёжно произнёс Капа. – И никто-никто не заходил на Мартышкину поляну?
– Никто-никто! Во всяком случае, я никого не видела, – добавила она уже менее уверенно.
– Но корона-то исчезла! – вздохнул капуцин, поднимаясь с земли и отряхивая лапы.
– Не может быть! – встрепенулась бабуля.
Она вскочила, заглянула в пустой тайник и даже зачем-то порылась в нём лапами.
– Действительно, её нет, – огорчённо протянула бабушка Го. – Ну-ка, пойдём поговорим с ленивцами! – и она, не дожидаясь остальных, решительно пересекла поляну. – Ленивцы всегда висят на деревьях рядом с поляной, может, и видели что-нибудь подозрительное. А вдруг, это они её и украли?
– Отвечайте, негодники, где корона? – окликнула Го мирно дремлющих на дереве ленивцев.
– Какая корона? – сонным голосом переспросил папа-ленивец Билли.
– Вами похищенная! – грозно пояснила бабушка Го.
– Н-не знаем… – залепетала мама Бак.
– А кто знает? – пришёл на помощь бабушке дядя капуцин Капа.
– М-может быть, я?.. – заикаясь, прошептал Луши.
– Ты что-то видел, малыш? – ласково проворковала мама Прыгги. – Расскажи нам, не бойся!
– Я… я… я видел маленькую мартышку, – неуверенно сообщил ленивец.
– И что делала эта мартышка? – вкрадчиво спросил подоспевший папа Скоки.
– Ну-у, если вы про ту мартышку, которая что-то искала в сухих листьях на вашей поляне, то она… Она уехала… Вон туда! – папа Билли махнул лапой в сторону Солнечного луга.
– Ты как всегда всё путаешь: не туда, а туда! – вмешалась мама Бак и показала в совершенно противоположную сторону.
– И на чём же разъехалась в разные стороны эта мартышка? – ехидно поинтересовалась бабушка Го.
– На велосипедике! – весело пропищал Луши.
– У дерева стоял велосипедик ваших детишек. На нём она и уехала, – пояснил папа Билли.
– Кстати, она увезла с собой что-то блестящее, – подлил масла в огонь малыш Луши. – Я хорошо видел: оно так сверкало на солнце!
