Рейчел перевела взгляд на коттедж. Но вот для звонка Кевину время подходящее. Она посмотрела на часы. Благодаря Аманде она сэкономила немного времени, как раз чтобы позвонить. Плюхнув бутылку масла на крышу машины, она бросилась по песку к дому.
Марк хмуро оглядел пляж, пытаясь понять, что заставило ее так стремительно исчезнуть.
– Ты еще здесь?
Марк вздрогнул.
– Да, прости, Чак. Я не расслышал тебя, можешь повторить?
– Я сказал, что ты должен быть здесь.
Марк попытался сосредоточится на том, о чем ему говорил Чак, но взгляд его неизменно возвращался к маленькому коттеджу.
Почти всю ночь Марк провел на крыльце, наблюдая за отражением луны на водной глади и за ее домом. Каждый раз, когда он бросал взгляд на коттедж, его охватывало желание постучаться в дверь и попросить разрешения попробовать все с самого начала. Почему-то это казалось ему очень важным.
Рейчел показалась на пороге, и губы Марка тронула улыбка. Вчера он понял, что она не из тех, с кем можно просто приятно провести время и забыть об этом. При свете дня это впечатление лишь усилилось. На Рейчел было белое хлопчатобумажное платье на бретельках.
Никакого шлейфа и бахромы до пят. Она шла босиком, волосы собраны на затылке. Ему ужасно захотелось вытащить заколку и запустить пальцы в разметавшиеся по плечам локоны.
С легкой улыбкой девушка подошла к своему драндулету и взяла с крыши бутылку масла.
Увидев, как она наклонилась, заливая масло в мотор, Марк провел рукой по волосам. Она была чертовски сексуальна, но, кажется, совершенно не отдавала себе в этом отчета, как, впрочем, и не подозревала, какое действие она оказывала на него. Подсознательно он понимал, что должен оставить ее в покое, но чем больше он наблюдал за тем, как она возится со своей дурацкой машиной, тем сильнее ему хотелось побыть в ее глазах настоящим героем.
– Ты слушаешь меня или нет? – спросил Чак. Связь была плохой, но его уверенный тон отчетливо прорывался сквозь помехи. – Весь следующий год я буду ежедневно выходить в эфир из самого пекла, разрываясь между наркобаронами и террористами. Чертовски жаль, что тебя здесь нет. Кстати, как твое плечо?
– Нормально, – машинально ответил Марк, пытаясь вспомнить, зачем он вообще позвонил Чаку. Что-то вроде самоистязания, временная слабость. – Похоже, ты нашел рай, так что не буду тебя задерживать…
– Подожди. Я хотел попросить тебя об одолжении.
– Нет, я не стану выдвигать тебя на звание человека года от «Тайм».
– Это серьезно, – прервал его Чак. – Речь идет о Бритни.
Чак так часто рассказывал о своей дочери, что Марку казалось, что он давно ее знает. Замечательная девочка восьми лет, живёт сейчас с мамой в Штатах. Марк насторожился.
– Ничего страшного, надеюсь, не случилось?
– Нет, с ней все в порядке. Я просто хотел, чтобы ты снял ее школьный спектакль.
Вся злость, все сомнения, про которые он забыл, уехав из Лондона, вдруг снова заполнили его сознание. Марк медленно поднялся.
– Должен тебя разочаровать, Чак, но я не снимаю семейные собрания, свадьбы и школьные спектакли. Я ведь все-таки, если ты помнишь, фоторепортер.
– Конечно, приятель, – заспешил Чак. – Я не стал бы просить, но это очень важно, и нет никого, кто бы мог помочь мне. – Он в нерешительности замолчал, затем, вздохнув, снова заговорил: – Марк, я в отчаянии. Мне действительно нужна твоя помощь.
Марк спустился с крыльца, наблюдая, как Рейчел выбросила пустую бутылку в ящик для мусора.
– У нее главная роль, она будет что-то петь, – умолял Чак. – Я не могу там быть, дружище. Очень хочу, но не могу. Понимаешь?
Марк кивнул. Конечно, он все понимал. Если бы он был сейчас в Центральной Америке, он бы тоже попросил кого-нибудь снять свадьбу его сестры. В их работе конкуренция была очень высока. Если откажешься, за дело возьмется кто-то другой. А Марк всегда был первым в списке.
– Моя бывшая ничего мне не пришлет, – продолжал Чак. – Ни программки, ни фотографии, ничего. Знаю, что прошу о многом, но мы дружим с тобой уже так давно, и я подумал, раз ты все равно во Флориде, может, сможешь доехать до Майами и снять для меня спектакль…
Его голос неожиданно сделался невероятно усталым. Марк почувствовал, что сейчас ему очень нужен друг. Он поискал ручку.
– Куда ехать?
Рейчел с грохотом захлопнула капот. Уровень масла можно было не проверять – старая развалина в любой поездке съедала целую бутылку. Она сводила Рейчел с ума, и каждый очередной месяц, который она на ней ездила, можно было считать подарком неба.
Бросив взгляд на часы, Рейчел помчалась обратно к сараю, на этот раз за тряпкой. Со временем пока все было в порядке. А когда она вернется от Карбонов, Кевин, возможно, уже перезвонит.
Проходившая мимо пожилая пара в одинаковых шортах и шляпах, остановилась у машины.
– Как бегает твоя девочка? – осведомился старичок.
– Как всегда, Билл, – отозвалась Рейчел. – Как-нибудь не выдержу и куплю новую.
– Я угрожаю ему тем же, – пошутила его жена Маргарет.
Рейчел рассмеялась, увидев притворно испуганное выражение лица Билла. Вашингтоны прожили вместе на этом пляже почти пятьдесят лет, и окружающие были уверены, что они, если смогут, проживут здесь еще столько же. Их брак будет длиться вечность. И именно такого брака Рейчел желала всем невестам, именно о таком она мечтала и сама.
Ей не нужны ни поцелуи, от которых подкашиваются ноги, ни обжигающие кожу объятия. Ей нужен человек, который будет до конца дней своих смотреть на нее так же, как Билл смотрит на свою жену.
Махнув на прощание рукой, они медленно пошли к своему дому.
– Если что – звони, не стесняйся.
– Обязательно, – пообещала Рейчел и, сев за руль, повернула ключ зажигания.
Машина заурчала, но не завелась. Рейчел откинулась на сиденье. Старая развалина всегда чувствовала, когда она нервничала. Рейчел мысленно расслабилась и попробовала еще раз. Без результата. Она стала ласково уговаривать машину, потом ударила кулаком по приборной доске. Все то же.
– Только не сейчас, – пробормотала Рейчел, открывая дверцу.
У переднего бампера, сияя улыбкой, стоял Марк.
– Нужна помощь?
Борода все так же покрывала большую часть его лица, но глаза, если это вообще возможно, казались еще синее, чем вчера, и в них горел все тот же веселый огонек.
Достав из-под сиденья отвертку и аэрозоль, Рейчел прошествовала мимо него.
– Вы, случайно, не должны сейчас быть на какой-нибудь пирушке?
– До обеда – нет, – рассмеялся Марк. – Сможет ли помочь мое извинение?
– Скорее всего нет. – Подперев рычагом крышку капота, Рейчел медленно повернулась к нему: – Вы мне свет загораживаете.
