небрежным тоном:
— Я имею в виду… я раньше работала в Пик Дистрикт.
Возможно, это прозвучало бы гладко и менее заученно перед зеркалом, если бы я говорила это в первый раз.
Работа — преувеличенное описание, но я узнала, что на самом деле люди не хотят знать подробностей о том, как я проходила стажировку в ряде мест, причем во многом бесплатно. На самом деле я и там особо ничего не делала, потому что большую часть времени мои начальники забывали о моем существовании. Я тратила больше времени на то, чтобы готовить людям обеды, чем на саму работу.
Его янтарные глаза загораются, и он полностью поворачивается ко мне.
— Мир тесен.
— Очень тесен.
Слишком тесен.
Проходит еще несколько мгновений, и я понимаю, что просто стою здесь, хотя на самом деле мне больше ничего не нужно.
Я оглядываюсь на переднюю часть комнаты, где Совен показывает какие-то слайды с графиками и пытается воспользоваться лазерной указкой.
Я слегка пожимаю плечами, полуулыбаюсь горгулье и убегаю обратно на свое место.
На некоторое время я прячу лицо в своем ноутбуке, притворяясь, что проверяю календарь встреч, хотя эта неделя у меня заблокирована, и отправляю v.grotesce@evil.co.com приглашение на встречу на следующую неделю, чтобы мы могли подробнее обсудить дело «Кэти против Теда». Он до сих пор не ответил на мое первое электронное письмо. Думаю, прошло всего пару часов. В любом случае, не то, чтобы ему потребуется время, чтобы прочесть это, потому что, скорее всего, он вообще не будет читать мои письма.
Когда я набралась достаточно достоинства, чтобы снова поднять глаза, я обнаружила, что горгулья теперь занял место в первом ряду, вероятно, поэтому я не заметила его раньше. Я ведь не обходила всех с рукопожатиями и хлопаньем по плечам перед началом собрания. Я ловлю себя на том, что наблюдаю за тем, как он плотно прижимает крылья к спинке стула, хотя я намеренно отвожу взгляд.
Боже. Моему телемедицинскому терапевту будет очень приятно услышать об этом.
4
Все это — одна долгая социальная пытка, поэтому, конечно же, в баре отеля проводится спонсируемый компанией «счастливый час».
И, конечно, здесь шумно; это бар. Никто не делает бары, где музыка звучит на разумной громкости, и они строго придерживаются правил пожарной безопасности в отношении количества людей, которые могут находиться в здании, и, возможно, есть освещение, не вызывающее мигрени.
Предполагалось, что я буду наблюдать за Кэти и Тедом, но в настоящее время у меня нет сил искать их. На самом деле я не знаю, как выглядит Тед, и я думаю, что Кэти избегает меня.
Прямо сейчас план состоит в том, чтобы выпить, посмеяться над парой шуток, поставить бокал, когда он опустеет, ускользнуть, как будто направляюсь в туалет, но в последнюю секунду повернуть к лифтам.
По крайней мере, таков план до тех пор, пока горгулья, как и каждую встречу до этого, не занимает место у стойки рядом со мной. Он смотрит мне в глаза так, как будто, предположительно, он ожидает разговора.
— Эти совещания действительно отняли у меня много сил, — говорю я, слегка встряхиваясь, и это уже кое-что. Я не могу продолжать говорить о погоде.
— Некоторые слайды суше других, — кивает он. — Ты сделала достаточно заметок?
— Я заполнила два блокнота и почти израсходовала всю ручку, — говорю я ему с легким оттенком гордости, потому что это правда. Это просто куча каракулей. Но прошло много времени с тех пор, как я работала шариковой ручкой, и я вполне довольна тем, как они получились. Обычно у меня не хватает терпения на растушевку штрихов, но с середины пятичасовой презентации у меня нашлось время.
Я открываю рот, чтобы сказать что-нибудь по этому поводу, когда нам протягивают напитки, и бармен исчезает в облаке дыма.
Я делаю паузу и отгоняю эту мысль. Я не собираюсь рассказывать ему о себе. В этом направлении двигаться опасно. И мы уже движемся туда. Я не знаю. Я не хочу смешивать работу и мое искусство.
— Ты, должно быть, внимательнее меня; я использовал только через один, — отвечает он, и мне кажется ложью просто позволить ему поверить в это. Я пытаюсь сказать себе, что мне все равно, потому что я не так уж хорошо его знаю. Но опять же, я не хочу, чтобы кто-то думал, что я суперспособна в своей работе, и ожидал от меня многого только для того, чтобы обнаружить, что на самом деле я едва справляюсь с этим и притворяюсь, что кое-что знаю.
Может быть, это и нормально. Я, вероятно, не буду часто общаться с ним на работе, если не даже не разговаривала с ним до этого. Тем не менее, вероятно, лучше не слишком поощрять эту иллюзию.
Беря второй напиток, я делаю глоток и набиваю рот кубиками льда.
Занимаясь этим каждый день, я точно знаю, что лучший способ избежать общения с людьми — быть неинтересной. Я собираюсь сделать себя скучной. Если повезет, он найдет повод прервать наш разговор, и примерно через тридцать секунд, посидев в одиночестве, я смогу вернуться в свой номер.
— Думаю, я должен тебе выпивку после сегодняшнего утра, — говорит он своим низким-как-земная-кора голосом. Он легко перекрывает шум толпы и музыку. Я не совсем понимаю его логику, но я согласна. Мне причитается много-много выпивки и счет за терапию.
— Считается ли это, если все за счет компании? — я поворачиваюсь и на секунду чувствую себя очень спокойной. Не слишком, так как мне приходится повторять свои слова достаточно громко, просто чтобы он мог слышать меня сквозь шум.
Он трескается в улыбке, и говоря «трескается», я именно это и имею ввиду: на мгновение мне показалось, что это движение действительно может разрушить его каменное лицо.
— Решать тебе, — невозмутимо пожимает он плечами, хотя по его глазам не скажешь, что для него это просто общение для налаживания рабочих связей.
Я окидываю его беглым взглядом. Не буду врать, его вид приятен глазу. Меня не в чем винить, только в том, что я нахожусь в середине цикла.
— Что ты пьешь? — спрашивает он, берет мой стакан с барной стойки и делает глоток, прежде чем я успеваю ответить. Он подает знак бармену, чтобы тот принес мне еще водки с тоником и дополнительным лаймом.
Это настолько соответствует Костюму-с-Пик-Дистрикт, что на мгновение кажется, будто я никуда и не уезжала. Далее он собирается сказать мне, что я должна инвестировать свои деньги во фьючерсы или что
