Животного мира, к которому относили и людей.
— Давайте по порядку, — образ Хайона, принципа Структуры, как всегда был идеально выверен и логичен. — Кто начнет?
— Пожалуй, я, — сказала Найа, соответствие Тела планеты. — Общая энергетическая картина мира неуловимо изменилась. Я попыталась проанализировать это изменение, но не смогла прийти ни к каким выводам. Думаю, все вы, каждый на своем уровне, заметили это изменение.
Остальные подтвердили.
— А я продолжу, — образ Айана, принципа Формы, нес задумчивость. — Все мы заметили короткую активацию древних артефактов, но попытки выяснить почему это произошло ни к чему не привели. Хотя у меня есть одно подозрение. Вспомните первое проявление Шиннаны. Тогда они тоже активировались.
— Получается, в мире проявился новый принцип? — несколько удивилась Ка, соответствие Растительного мира. — Но тогда кто он, откуда взялся и почему до сих пор не заявил о себе?
— Кое на что могу ответить я, — в «Серебряном городе» возникла еще одна сущность, несколько отличающаяся от других.
— Здравствуй, Шинта! — поприветствовали новоприбывшую принципы и соответствия. — Слушаем тебя.
— Среди людей пошли разговоры, что у актеров, сказителей и менестрелей появился божественный покровитель. Заинтересовавшись этими разговорами, я, глазами своих детей, начала наблюдать и стала свидетельницей проявления силы этого самого покровителя. Действительно, если кто-то пытается обидеть шута хотя бы, то на этого кого-то начинают сыпаться неприятности. Я не смогла понять, как это реализовано, возможно, вы поймете. Но сразу могу сказать одно — в Дэлоуэ действительно проявился новый принцип. Почему он не идет на контакт с нами, я не знаю.
— Возможно, он очень молод и еще мало что понимает, — предположил Хайон. — И даже не знает о нас, считая себя единственным.
— Значит, нужно дать ему понять, что он не один, — задумчиво произнесла Терфана, соответствие стихийных сил. — А то как бы не наворотил по глупости дел...
— Странное приложение он для себя избрал, — образ Нифонта, принципа Жизни, нес растерянность. — Лицедеи и музыканты? Почему? Ради чего? Не понимаю...
— Не скажи, — возразила Шинта. — Видимо, ты не знаешь, сколь сильное влияние на человеческий социум способны оказать творческие люди. Поверь, они могут вообще повернуть течение истории вспять. Особенно, если их умело направлять.
— Тогда понятно... — задумчиво протянул Ранит. — Может, это Банстар просыпается?
— Не похоже на него, — не согласилась Эллана, соответствие Воплощения Древних. — Банстар — принцип Знания, он, скорее, взял бы под защиту ученых. Да и рано ему просыпаться.
— Не могу понять, по какой причине тогда возник новый принцип... — озабоченно пробурчал Хайон.
— Шутка Создателя, — хихикнула Ганта.
— Не кто-то из вас постарался? — подозрительно поинтересовался Хайон. — Прости Шинта, но ты возникла уже после игр Танана, если бы он не додумался наделить разумом создания животного мира, то ты бы не появилась.
— На что обижаться? — отправила ему улыбку та. — На правду? Я благодарна Танану, где бы он сейчас ни был, за свое существование. Но никто другой, насколько мне известно, ничего подобного не делал. Может, новый принцип пришел извне?
— И это возможно. Мы должны как можно скорее выяснить это.
— Вопрос: как? — хмыкнула Ка.
— Пока не знаю. Предлагаю разойтись и подумать над этим. И, конечно, каждому поискать на своем уровне.
Все отправили образ согласия и мгновенно исчезли. Осталась только Эллана, и осталась в надежде, что здесь никто не сможет подслушать ее мыслей, которые перед выходом придется заблокировать.
В момент пришествия неизвестной силы она, в отличие от других, сумела уловить отголоски изменения картины мира. И эти отголоски показались Эллане очень знакомыми, почти родными. Она еще тогда заподозрила, что вернулся Танан, принцип Разума, ее бывший напарник, ушедший из мира тысячелетия назад, уводя за собой Падальщика. Но он почему-то не заявил о себе, а затаился. Теперь Эллана уже не знала Танан ли это, или кто-то другой, но глубоко в душе считала, что все же он. Взять под защиту поэтов и менестрелей? О, это очень похоже на Канатоходца, он всегда был безумным, хоть и считался Принципом разума.
И если это Танан, то нужно относиться к нему очень осторожно, ведь он мог слиться с Падальщиком, став совсем иным существом, несущим родному миру только гибель. Необходимо выяснить так ли это, и если так, то остановить его. Любой ценой.
* * *
Разговор коллег заинтересовал Танана, вот только он не понял, кем являлась Шинта и что она делала среди принципов и соответствий. Новый принцип проявился? Вполне возможно. Его никто не заметил, хотя маскировался принцип Разума довольно небрежно, рассчитывая, что его легко обнаружат, но его не обнаружили, и это сильно настораживало. Коллеги растеряли свои знания и умения? Очень плохо, коли так, но ничем иным объяснить то, чем стал Дэлоуэ, было невозможно. Мир превратился в затхлое, скорее даже тухлое болото, Банстар, принцип Знания, продолжал спать, хотя давно должен был проснуться и вести мир к Переходу.
Но хуже всего, что это оказалась первая встреча принципов и соответствий за прошедшие после его возвращения два десятилетия. Те, кто должен был держать руку на пульсе событий и мгновенно реагировать на любое стороннее вмешательство, только сейчас, когда энергетическая картина мира уже ощутимо изменилась, изволили пошевелиться. И это навевало очень нехорошие подозрения. Силы, похоже, просто бездельничали вместо того, чтобы заниматься делом. Не шли к общей цели, определенной еще совместно с демиургом, Нэном, и Найаной, принципом Однородности, а мирно спали, ничего не предпринимая, не обращая никакого внимания на бесчинства новой силы, в которой четко ощущалась энергия Падальщика. Как там они ее называли? Шиннана, кажется.
Сразу после возвращение принцип Разума начал менять мир то в одном, то в другом его уголке. Населенную, естественно, часть мира, материки, на которых были только животные, его ни в малейшей степени не интересовали, это прерогатива Ганты. Вот еще один факт в копилку странностей. За прошедшие тысячелетия люди почему-то не заселили эти материки, теснясь на одном, уже сильно перенаселенном.
Люди... О людях был отдельный разговор, и очень непростой. Они почему-то так и остались всего лишь смышлеными животными, истинно разумными существами так и не стали. Но никого из его коллег это почему-то не озаботило. От того, как жили в человеческих городах и селениях, чем руководствовались, Танана затошнило, это был какой-то апофеоз варварства
