и невежества, причем невежества воинствующего, считающего любые новые знания чем-то вредным и подлежащим немедленному уничтожению. Только то, что проверено поколениями, ничего больше. Людей заставляли что-то делать и чего-то добиваться только похоть и жадность, в итоге они стремились исключительно к низменным вещам.
Вот только выяснить, почему все вокруг настолько отвратительно, Танан пока так и не смог, немногие имевшиеся данные он получил от нескольких Древних, взыскующих знаний, которым рискнул открыться. Кое-кто из них, как ни удивительно, все еще жил в своих величественных подземных городах, продолжая исследовать Делоуэ, хотя большинство их сородичей давно ушли в бесчисленные иные миры, где было чем удовлетворить безграничное любопытство великих магов. Однако некоторые акала почему-то жили среди людей, притворяясь таковыми — им это не составляло труда, магия была их сутью и кровью. Зачем? Ради чего? Наверное, опять же из любопытства, хотя что интересного могли найти в обществе невежественных дикарей древние мудрецы принцип Разума не понимал.
Итак, что же произошло после того, как его ошибка привела в Дэлоуэ Падальщика, которому не место в молодом мире, его задача — пожирать отжившие свое? Танану пришлось увести тварь за собой, по дороге сбросив часть своей энергии, как он сбрасывал ее во время создания людей, смешав энергию Разума и энергию Сознания, принадлежащую Ганте. Но и Падальщик, следуя за ним, почему-то сделал то же самое, что для него было совсем не свойственно. После чего их энергия однозначно смешалась, породив нечто неестественное и гнусное. Вон оно, ощущается в мире, особенно в Заколдованном лесу. Возникает ощущение, что там обитает что-то чуждое и смертельно опасное. Но если это так, то почему его коллеги это допустили? Нет, пока Танан окончательно не разберется во всем, открываться им нельзя. Ведь для их бездействия однозначно есть причины. И как бы они не решили изгнать из мира блудного принципа Разума, вернувшегося после тысячелетий блуждания по бесчисленным мирам. Чтобы не мешал и дальше спокойно спать.
Вот бы Нэн навестил свой мир, он бы этим ленивым задницам показал, что почем, только перья бы во все стороны полетели, но это вряд ли, для демиурга Дэлоуэ — давно пройденный этап. Для всех его ипостасей и основ — и самого Нэна, и Найаны, и всех остальных.
За прошедшие после возвращения годы Танан многое успел, он действительно взял под покровительство творческую братию — певцов, сказителей, циркачей и многих иных. И они буквально расцвели, поняв, что появилась сила, наказывающая любого из обидчика. Труппы множились, все больше талантливых ребят и девчонок просились в ученики к бардам и менестрелям. Некоторые ради этого даже из дому сбегали. Это радовало, но беда в том, что этого явно недостаточно, чтобы сдвинуть мир с мертвой точки, заставить его пусть медленно, со скрипом, но идти вперед.
Добиться этого могли только чародеи. Но неумехи и невежды, в которых превратились современные чародеи, были способны разве что на балаганные фокусы. Да, понятно, почему это произошло. Акала в свое время обучили людских чародеев на свою голову, а те взяли и возгордились, решив, что ухватили самого демиурга за бороду, которой у того отродясь не было. Каждый возомнил, что он самый лучший, самый сильный, самый крутой. И идиоты сцепились между собой, натворив такого, что даже Танану не разобраться. Вон, пустыня за городом Теней до сих пор мертва после их драки.
Не успели выжившие чародеи немного успокоиться, как словно ниоткуда возник паскудный Даргал, ставший жрецом чужеродной силы, которую его коллеги назвали Шиннанной. Он такой след оставил в памяти людей, что они и до сих пор ругаются его именем. Одолели жреца каким-то хитрым способом, Танан так и не выяснил в подробностях каким именно, оставив это на долю своего аватара.
Вот только немногие выжившие чародеи после войны с Даргалом окончательно захирели, потеряли знания, стали самодовольными, убогими невеждами. А без их помощи мир с мертвой точки не сдвинуть. Значит, надо развивать Искусство. Что для этого требуется? Как минимум, молодой, талантливый, нестандартно мыслящий чародей, который пойдет искать древние знания, а прежде всего четыре волшебные книги Великого Тетроса, которые мало того, что хранят все знания Древних, так еще и способны инициировать чародея, дав ему все возможности акала, человеку изначально не присущие.
Вот только где такого чародея взять? Все, кого нашел Танан, были либо либо самоуверенными невеждами, считающими, что знают все на свете, либо, хуже того, просто глупцами. Они тряслись над своими убогими знаниями, никому их не передавая, а если и брали ученика, то оставляли в секрете множество связок, чтобы ученик никогда не одолел учителя. В итоге каждое новое поколение чародеев становилось все более невежественным. А немногие из них, обладающие пытливым умом, уходили в жрецы Шиннаны. Почему? Чем она их прельстила? Танан не понимал, но столкнулся уже с несколькими такими случаями. И ему это очень не нравилось.
Выход оставался только один. Вырастить чародея с пытливым умом и направить его на поиски. И не просто чародея, а своего аватара. Беда, что помогать таковому, по древним законам, Танан не сможет, только подталкивать изредка в нужную сторону. До поры, до времени, конечно. После недолгого поиска нужный ребенок был найден и инициирован, в воспитатели ему принцип Разума определил Древнего, по какой-то причине жившего среди людей. Тот не так давно перешел в высшую форму существования, но не оставил ученика, продолжил обучать его.
Взор Танана нашел аватара, движущегося по дороге вместе с другим одаренным. О, он уже нашел первого аколита! Очень хорошо. Но искать парню предстоит долго. И это правильно — люди почему-то не ценят доставшегося задором, только то, чего достигли тяжелым трудом.
Отвлекшись от своих размышлений, принцип Разума, обратил внимание, что средоточие Воплощения Древних так и не покинула Серебряный город. Интересно, почему? Крутится, словно вынюхивает что-то.
— Танан! — внезапно позвала Эллана. — Я знаю, что вернулся именно ты, и знаю, что ты меня сейчас слышишь! Почему ты скрываешься? Что с тобой случились? И собой ли ты остался?
Даже так? Ну что ж, его напарница всегда отличалась проницательностью. Вот только открываться ей сейчас было бы величайшей глупостью. Догадываться она может сколько угодно, но идти ей навстречу не стоит. Слишком неправильно выглядит происходящее в мире. Поэтому принцип Разума послал короткий мысленный образ смеющегося котенка, размахивающего двумя разноцветными бантиками на лапках, и незаметно покинул Серебряный город.
Эллана, получив образ, тихо выругалась. Это было очень похоже на Танана, даже более, чем похоже, его стиль, но доказательством, что
