уравнение с интегралами. Надо повторять. Готовиться.
Книги у меня были.
Я ещё бесцельно послонялась по саду, полистала новости, поболтала по видеосвязи с подругами и договорилась приехать в гости. И наконец заставила себя подняться в комнату.
Ян лежал на моей кровати с учебником истории в руках.
— Интересно? — спросила я.
— Увлекательно. Вы, женщины, совсем по-другому даете материал. Когда я учился, у нас было шесть параграфов про свящённую войну с калими и полстраницы — про науку и торговлю. А у вас подробненько и так красиво. Словно роман читаю. Зато войны всего один параграф. С указанием жертв и разрушений.
— Женщины вообще воевать не любят, — согласилась я. — Мы же матери, нам нужно дочерей растить, а не это вот все. Война — это мужская игра. Не понимаю сути: родить ребёнка, вырастить, выучить — а потом пожертвовать им как пешкой. Столько сил и любви, а для чего? Все в пустоту.
— Интересные рассуждения, никогда такого не слышал. Но доля истины тут есть. Есть ещё что-то подобное? Я быстро читаю.
— Высшая математика есть, — пробурчала я, залезая на стул и пытаясь достать учебник с полки.
У Яна отменная реакция, он мгновенно стаскивает меня со стула, достаёт книги и укоризненно замечает:
— Эй, у тебя целый личный раб. Нужно просто попросить.
— Я забыла. А действительно. Будешь мне читать вслух.
— Высшую математику? На ночь, в качестве снотворного?
— Нет, увы. С математикой так не выйдет. Ее нужно решать.
— Тебе помочь?
— А ты умеешь?
— Ань, я техническую академию окончил. По специальности «Экономика в промышленности». Как считаешь, знаю я математику?
Поморщился, потирая шею: чип явно сработал на мое имя. Просила же не называть меня так!
— Раз ты такой умный, то объясни мне вот это, — я ткнула пальцем в одну из самых сложных тем.
— Легко.
И действительно объяснил не хуже учителя.
Вдвоём заниматься куда веселее, чем в одиночестве. Мы просидели над учебниками до ночи. Ужин принесли в комнату.
И спать снова легли вместе, в одну постель. Правда, в этот раз я надела хлопковое белье, а не прозрачную сорочку. Отчего-то стала смущаться.
Глава 7. Учитель
Рука на моем животе двигается вниз, под резинку трусиков. Вторая рука перебирает мои пальцы. Я открываю глаза и встречаюсь взглядом с почерневшими глазами Яна. У него зрачок расширен так сильно, что от радужки осталось лишь тонкое кольцо.
— Что это ты делаешь?
— Привыкаю к тебе. Как ты и хотела.
— Руки убрал быстро!
Он убрал. Не то, чтобы быстро. Но и не медлил особо.
— Но ты же для этого меня купила?
— Не купила, — зачем-то возражаю я. — Мне тебя подарили, — и, подумав, добавляю: — У меня и деньжищ-то таких нет.
— Я, выходит, дорогой и ценный? — усмехается Ян. — Как породистая собака? И меня, стало быть, нужно ходить и лелеять, а ещё… окупать затраты. Породистых псов знаешь для чего держат?
— Нет, — мотнула головой я, засмотревшись на его губы.
— Для случек.
— Ах ты! — до меня наконец-то дошло. — Выпорю!
— Я учебник по соционике читал вчера. И новейшую историю. В том числе и про закон про рабов. Так что — не выпорешь.
— Близняшкам отдам, — уже менее уверенно обещала я.
— Отдавай. Они знают, что делать с мужчиной.
— Демоны, ну почему ты такой… — расстроилась я, надула губки. — Противный?
— Прости, маленькая, я исправлюсь. Что мне нужно сделать?
Я подумала и заявила:
— А научи меня целоваться!
— О. Тебе восемнадцать. Ты не умеешь?
— А ты?
— Я умею.
— И опыт есть? Ну, с женщиной?
— Однозначно.
— Ну тогда делай, что тебе говорят. И не спорь с хозяйкой.
Я начинала понимать своих подружек. Командовать было… сладко. Перехватывало дыхание, немного кружилась голова, колотилось сердце. А когда Ян с легким смешком прикоснулся к моим губам, меня и вовсе затрясло.
Забавно! Я его трогала там… а первый поцелуй в моей жизни случился только сейчас.
Тёплые нежные губы, легкое касание языка. Я подалась вперёд, старательно повторяя движения.
— Тш-ш-ш, не спеши, — отстранился Ян. — Успеешь. Все ещё будет.
Я вздохнула и прикрыла глаза, позволяя ему быть главным. Покорно приоткрыла губы, впуская его язык. Неторопливый, изучающий, ласковый.
Ян оторвался от меня, мягко улыбаясь:
— Ну что, хватит для первого раза?
— Мало! — капризно протянула я.
И получила совсем другой поцелуй: жадный, яростный.. завоевательский. Ладонь на затылке, горячее дыхание, щетина, терзающая нежные губы. И когда он меня отпустил, я упала на подушку, ошарашенно моргая и дрожа:
— Вот теперь хватит.
Он снова засмеялся. Ты погляди, какой весельчак! Покосилась на него, вдруг понимая, что ему все это нравится. Он реально кайфует. Должен ли раб вообще получать удовольствие от своих обязанностей? Да что это за рабство такое, когда он ржет, а я волнуюсь, все лм сделала правильно?
— Я хорошая ученица?
— Самая лучшая. Сто баллов из ста. Нет, сто сорок шесть.
— А?
— Шутка такая… очень старая и глупая. Не обращай внимания.
— Ну ладно. Я сегодня с девочками по магазинам. Надо же подготовиться к поступлению в колледж. Тетрадки, ручки, гольфы…
— У вас там форма?
— Нет. Это шутка такая. Не обращай внимания.
Он хмыкнул и растянулся на кровати, которую я поспешно освободила. Искоса наблюдал, как я одеваюсь и комментировал:
— Футболка слишком широкая. Что ты прячешь? У тебя шикарная грудь.
— Заткнись.
— А мешковатые шорты — это же для пенсионеров! Черт! — Ян схватился за затылок, шипя.
— Да ладно, болтай сколько хочешь. Мне не жалко.
— Отлично. Сними это и сожги. Или отдай нищим. Надень красное платье, оно идёт блондинкам.
— Сам его надевай. Меня все устраивает. Помоги лучше волосы причесать.
Он поднялся, потянулся за расческой и вдруг резко дёрнул ворот футболки в разные стороны.
— Ой, я порвал. Нечаянно.
— Убью! — заорала я и стукнула его в плечо. — Это была моя любимая футболка!
— Была. Давно. В прошлом веке. Теперь это половая тряпка. Вот, надень это.
И бросил мне спортивную майку.
Спорить было уже некогда. Я
