грязный коп мертв. Ну и что? Ополченцы все еще живы, большинство из них, во всяком случае. Их лидер все еще жив и держится молодцом. Где правосудие для моей жены? А? Считаешь, мы просто уйдем? Ничего подобного.
— Если вы хотите жить, вы это сделаете. — Бишоп повернулся к Мику. — Сколько людей в вашей группе?
— Мы привели всех, кто смог. Сорок два человека.
— Это группа Альфа, — раздался по рации голос Саттера. — Мы отбили мост. Нападавшие бросились бежать. Мы их преследовали. Две потери с нашей стороны, четырнадцать мертвых отморозков.
— Это Бета-команда один, — ответил Ноа. — Мы взяли под охрану дорогу Хаммингберд. Один раненый, на другой стороне, похоже, восемь трупов.
Обветренное лицо Мика побледнело. Мужчина позади него сдавленно охнул.
— Они действительно все мертвы? — прошептала Ашанти. — Они не могут быть мертвы.
— Бета-команда два запрашивает помощь! — Лютер отозвался через шипение помех. — У нас тут раненый.
— Я отправляю подкрепление, — передал Саттер. — Держитесь!
— Мне жаль, но ваши люди мертвы, — произнес Бишоп. — Вы уже проиграли. Мы можем сохранить вам жизнь, если вы уйдете сейчас. И я обещаю, мы привлечем ополченцев к ответственности. Когда придет время, мы будем даже благодарны вам за помощь.
— Мы не побежим как трусы! — возмутился Флинн. — Мы будем сражаться или умрем! Мне все равно, если я умру, если только заберу их с собой!
Ашанти повернулась и посмотрела вниз на дорогу, прищурив глаза, чтобы увидеть снегоходы ополченцев на холме. На ее лице отразились разочарование и страх.
— В отличие от тебя, у меня нет желания умереть! У меня дома двое детей, которые ждут меня. Мы должны уходить!
Мик сжал руку Флинна.
— Все кончено. Мы проиграли — пока что.
— Оставьте мне ваши радиоконтакты, — поспешно сказал Бишоп. — Я клянусь, мы так же хотим избавиться от этих парней, как и вы. Они паразиты, высасывающие жизнь из всего этого региона — включая Фолл-Крик. Дайте нам немного времени, и мы свяжемся с вами.
— Черта с два! — рыкнул Флинн. — Если вы думаете…!
— Хорошо, — сказала Ашанти.
Звук двигателей снегоходов расколол воздух. Они приближались с запада.
Бишоп жестом указал на них.
— Если вы все и дальше будете оставаться здесь, то они вас убьют, и мы ничего не сможем сделать.
Мик мрачно кивнул. Он поднес рацию к губам.
— Отступаем! Повторяю, все команды отступают! — Он убрал рацию в карман и обратился к своим людям. — Вперед! Быстро!
Глава 5
Лиам
День сороковой
Лиам наблюдал, как четверо из людей Мика побежали обратно к грузовикам. Двое других сосредоточились на магазине рыболовных снастей, прикрывая их отход. Ашанти схватила Флинна и потянула его к машинам. Два грузовика завелись, и остатки Альянса общин ретировались.
Шины завизжали и застучали по снегу и льду. Машины вырвались вперед и понеслись на восток, назад по дороге, по которой приехали.
Бишоп повернулся и нырнул в деревья к Лиаму.
Лиам поднялся со своей позиции и вздрогнул: колени ныли, спина болела. Его ботинки скользили по снегу, пока он спускался с холма навстречу Бишопу прямо за линией деревьев.
Его охватило облегчение. Худшее осталось позади — пока что. Адреналиновый выброс сильно отразился на нем, ноги дрожали. Он резко вдохнул, холод ужалил его горло.
Мороз обжег ему лицо. Лиам перевел М4 в положение минимальной готовности пальцами, которых почти не чувствовал.
— Тебе не следовало этого делать. Это было опасно.
— Меня мучила совесть.
— Совесть — только мешает.
— Нет, это не так. Она не дает нам стать монстрами.
— Ты говоришь, как Ханна.
Бишоп натянуто улыбнулся.
— Ханна — умная, проницательная женщина.
Лиам покачал головой. С этим не поспоришь.
— Нам нужно попасть в рыболовный магазин.
Лиам продолжал осторожничать.
— Мы не избавились от угрозы.
— Думаешь, они попытаются что-то сделать?
— Они могут подстрелить нас и заявить, что это произошло из-за перестрелки — или что мы стали жертвами нападения.
— Верно подмечено. — Бишоп остался внутри линии деревьев, переключил рацию на частный канал и поднес ее ко рту. — Ноа? Ты в пути с остальными? Мы на Лемон-Роуд с Лютером.
— Нет, — ответил Ноа. — Мне нужно допросить трех пленников.
Бишоп помрачнел. Пастор хотел рассказать Ноа о том, что они только что обнаружили; это читалось на его лице. Лиам покачал головой в знак предупреждения.
Бишоп неохотно согласился, наклонив подбородок.
— Я бы хотел, чтобы ты находился здесь, шеф.
— Все будет хорошо, — рассеянно ответил Ноа. — Скоро увидимся.
Бишоп вздохнул и завершил разговор.
— Мы не можем ему доверять, — только и сказал Лиам. — Ты знаешь это.
По лицу Бишопа пробежала тень.
— Как же сильно я хочу, чтобы это было не так. Я продолжаю надеяться и молиться о лучшем, но…
— Он выбрал свою сторону. И она не наша.
Бишоп какое-то время молчал.
— Мы не знали, с чем или с кем столкнулись. — Его лицо стало пепельным. — Мы убили невинных людей.
— Они не были невинными.
Бишоп согнулся вдвое, тяжело дыша. Его дыхание вырывалось наружу клубами пара.
— Я убил человека. Не солдата, не вражеского повстанца. Просто человека. Мужа, брата, отца.
Лиаму тоже было тошно, но он не мог погрязнуть в сожалениях, вине и упреках. Солдат терял себя таким образом.
Они сделали то, что должны были сделать в тот момент. Они действовали на основе имеющейся информации. Это лучшее, что мог сделать человек. Остальное нужно отпустить, иначе оно сожрет тебя заживо.
— Они напали на наш город. Если бы они добрались до школы, то убили бы безоружных мужчин, женщин и детей. А если бы они добрались до Тэнглвуд-Драйв? Они бы убили там всех. Не забывай об этом.
Челюсть Бишопа сжалась. Его все еще мутило, но он выпрямился
— Ты прав. Понимаю, что ты прав. Но это не делает случившееся менее ужасным.
Лиам не мог не согласиться. Он осматривал дорогу, деревья, рыболовный магазин, ища движение или отблеск винтовочного дула. Несколько птиц щебетали из группы вязов позади них.
Его плечи напряглись, все чувства обострились, внутри него завязалась тревога. Но ничего не происходило. Ополченцы оставались в укрытии, ожидая прибытия подкрепления.
— Следовало бы избавиться от этих ополченцев. Я мог бы бросить одну из этих осколочных гранат через мусорный бак и уничтожить трех вражеских бойцов за один раз.
Бишоп бросил на него острый взгляд.
— Ты слышал старика. Десото не одинок. Они все воры и убийцы худшего пошиба.
Рот Бишопа сжался.
— Я знаю. Мы должны избавиться от них. Добиться того, чтобы они никогда не вернулись.
— Есть только один способ сделать это. Если мы изгоним их из Фолл-Крика, они вернутся. Или начнут охотиться на других
