Читаем без скачивания Верни меня, если сможешь... (СИ) - Борисова Яна

Робко встав, у сразу же закрывшейся за мной двери, огляделась, пытаясь отыскать владельца этого приятного баритона.

В кабинете, обставленном «музейной» мебелью, очень даже светлом, как странно, никого не оказалось.

Я подошла чуть ближе, к деревянному, с массивными резными ножками, рабочему столу.

Заметив боковым зрением движение, резко развернулась в сторону огромного книжного шкафа.

Мужчина стоял там, молча перелистывая небольшую книжицу в красном, бархатном переплёте.

Могу руку дать на отсечения, не было этого брюнета там, когда вошла.

— Что с Вами вира, Вы будто нежить увидели? — улыбнувшись, он прошёл к своему столу, садясь в глубокое, мягкое на вид, кресло.

«Нежить? Это зомби, что ли?» Открыла уже рот, чтобы переспросить, но зеленоглазый красавчик опередил.

— Присаживайтесь, что же Вы стоите, — кивнул, указывая на сидячие места.

Пробежав взглядом по комнате, выбрала наиболее подходящее — небольшой диванчик у стены напротив рабочего стола виэра.

Туда и упала.

И красавца видно хорошо, да и дверь рядом, вдруг бежать придётся.

Хотя куда бежать, я, даже где выход не знаю.

— Позвольте представиться Амалия, меня зовут Тиберий Эриз. Я являюсь главным судьёй Сарата и владельцем этого поместья, где Вы сейчас находитесь, — официальным тоном, уже без улыбки произнёс мужчина. — Могу я узнать, как так получилась, что Вы оказались, на пути моего экипажа? Вы специально кинулись, искали смерти? — сразу как представился, начал свой допрос судья.

— Я не кидалась под ваш экипаж, виэр Тиберий, — как можно увереннее начала отвечать, не забыв подставить уважительную приставку. — И вообще не понимаю, как очутилась на вашем пути. Последнее, что я помню, абсолютно чёрный конь встаёт на дыбы, в следующий момент я уже открыла глаза в этом доме, с огромным синяком на лице и дикой головной болью.

— Хм… Чёрный конь говорите… А откуда Вы, помните? Судя по одежде, Вы вира Амалия не местная.

— А что с моей одеждой не так? — удивлённо вскинула бровь.

— На Вас было только верхнее платье и короткая куртка из странной ткани.

«Так, значит, смущает только количество одежды и джинсовка, что на это ответить?»

— Точно не могу сейчас ответить на этот вопрос виэр Тиберий. Могу только предположить, что я куда-то спешила, возможно, поэтому накинула на себя то, что было, — запинаясь, выдала первое пришедшее в голову.

— А кого-то из родных помните?

— Помню, что у меня есть бабушка и старшая сестра, — честно призналась я.

— Имена?

— Нет, имён не помню, пока.

— Но своё имя Вы, вспомнили.

— Да своё имя вспомнила, причём сразу, — чётко ответила, даже не пытаясь стушеваться.

— А родовое имя?

«Родовое имя, что это еще за зверь такой, может фамилия на их манер, ну нет, такую информацию пока не буду разглашать».

— Ммм, нет.

— Представители мужского пола: отец, брат, дядя, жених?

— Не помню, таких.

— Как оказались на мосту и, что делали до случившегося, тоже не помните?

Я кивнула в подтверждение.

— Ладно, допустим, — выдохнул судья, потирая переносицу.

— Послушайте, я принесла Вам какие-то убытки, или должна что-то за лечение? — решила, что лучшая защита — это нападение, ошарашила его вопросом.

— Эм… Нет, почему Вы так решили? — озадаченно уставился на меня красавчик.

— Ну Вы допрашиваете меня, будто я вам как минимум что-то должна, — не теряя эффекта неожиданности, продолжила, глядя в округлившиеся глаза виэра. — Может, разойдёмся тогда, с моей стороны с огромной благодарностью, с вашей — возможностью избавиться от внезапно свалившейся обузы.

Глаза судьи стали ещё, больше.

— И куда же Вы, позвольте спросить пойдёте, почти ничего не помня, — склонив голову на один бок, стал смотреть на меня ещё пристальней, хотя куда ещё то — скоро дыру прожжёт.

— Что-нибудь придумаю, буду действовать по обстоятельству, — решительно произнесла, сжимая нервно ладони.

Конечно, я понимала, что попала в незнакомый город, находящийся в чужом мире. Но осознание того, что передо мной сидит человек, которому не составит труда, догадаться кто перед ним, подкидывало не самые приятные картинки, а вдруг в этом мире пападанцев разделывают на опыты, или сжигают на кострах, как возможный источник иномирных болезней. Так что желание «сделать ноги» было сильнее, чем любоваться этими невероятными, зелёными глазами.

— Ну раз уж обстоятельства свели нас вместе и сейчас я несу ответственность за Ваше здоровье, хотя бы до того момента, пока Вы не вспомните имен ваших родственников или, от куда Вы, предлагаю остаться здесь. Тем более вы ещё несовершеннолетняя и, если бы даже я хотел, не смог бы опустить Вас. Я в свою очередь, обещаю, что больше вы не почувствуете себя, чем-либо обязанной мне, — сказал таким холодным тоном, видимо, чтобы больше даже желания не появилось что-то ему возразить, но это не про меня.

— С чего Вы взяли, что я несовершеннолетняя? — подозрительно уставилась на судью.

— Магистр Вериос сказал, что вам еще нет двадцати, определять возраст целителей учат чуть ли не на первых уроках в академии, — быстро пояснил он.

— А когда наступает совершеннолетие?

— Вы и этого не помните?

— Нет.

— По законам Валирии, как и в других королевствах, совершеннолетие наступает в двадцать лет.

«Да уж», глубоко вздохнула, потирая, больной весок.

— Не переживайте, я привлеку одного человека в помощь, пока вы будете приходить в себя, он постарается разыскать ваших родных, — смягчив тон, видимо, решив по моему вздоху, что я расстроилась, произнёс Тиберий вставая. — И раз уж мы всё решили, идемте, я представлю Вас своей семье.

Я быстро захлопала ресницами, пытаясь сообразить, когда мы успели всё решить. Меня просто поставили перед фактом, не спросив даже моего согласия. Хотя слишком рьяное желание покинуть это место, тоже может вызвать подозрение. Поэтому, кивнув, встала следом, принимая теперь ту новость, что у моего спасителя есть семья.

Мгновение спустя, меня привели в большую гостиную, в светлых тонах.

На длинном диване цвета мокко с искусно вырезанными деревянными элементами, украшавшими его изголовье и подлокотники, сидела миниатюрная женщина и о чём-то говорила с более молодой собеседницей. Взглянув на девушек один раз, сразу понятно — сёстры.

Одинаково аккуратный точёный носик, у обеих зелёные глаза, правда, в сравнении с глазами Тиберия, у этих особ они были холодными и не такими яркими. Пухлые губы, цвета пыльной розы на небольшом круглом личике, контрастировали с белой кожей. Такие среднестатистические красавицы моего мира.

Судья быстрым шагом подошёл к старшей девушке, переводя на себя внимание.

— Моя супруга, вира Валерия, — начала он знакомство, — её младшая сестра Алия, — указал на рядом сидящую девушку, подтверждая мою догадку. — Мой сын, Маркус, — повернулся к камину, где стояло два кресла с высокими спинками. Показавшаяся растрёпанная головка с зеленеющими глазами отца, тут же внимательно начала рассматривать меня из-за укрытия, — и его няня, вира Нина, — качнул головой в сторону второго кресла.

Женщина средних лет с вполне себе земным именем, в пепельно-сером платье с белым кружевным воротничком, не спеша встала и приветственно кивнула. Я чуть улыбнулась в ответ.

— Вира Амалия, — теперь указал на меня, — пока не поправится полностью, будет гостить у нас.

Последние слова Эриз произнёс как-то особенно чётко, будто отрезая своим тоном любые возражения.

— Присаживайтесь вира Амалия, — натянуто улыбнувшись, заговорила хозяйка этого дома, — мы как раз собрались выпить чая перед прогулкой.

Я же как можно доброжелательней улыбнулась в ответ, занимая место напротив Алии.

Виэр Эриз одобрительно кивнул и, пожелав нам хорошего дня, тут же удалился.

Глава 7

Первые несколько дней в этом «не моём» мире пролетели для меня как один. Жизнь в доме Тиберия Эриза, окружённая своеобразной заботой в лице, точнее, морде, Хама, которая выражается, постоянным пребыванием в предоставленной мне комнате, занимая добрую половину моей кровати, расслабила.