же вранье, как и то, откуда ты узнал про Осколок. Забыл, что ты мне втирал, когда мы ехали к Роде? Фамилия и деньги — так ты сказал, а на деле…
— Ты прав. Я врал, врал много и всем, чтобы не просто выжить, но и вернуться сюда. Больше врать незачем. Не забыли, что у меня на один день больше вашего? У всех есть повод мне не верить, как и Пете, но мы здесь. Нам нужен план, четкий и действенный, ровно как вы все и хотите.
Это заявление, сделанное сдержанно, но твердо, небезосновательно было воспринято угрозой.
— Хорошо сказал. Только ему мы вред причинить никак не можем.
Люба взглянула на Настю по-особенному, подтолкнув ту утихомирить уже эту накалившуюся обстановку. Настя подошла и разняла их.
— Если мы сейчас не придем к общему согласию, то все было зря.
Оскар обошел стол, беря себя в руки. Бэккер же смиренно ожидал, хмуро о чем-то размышляя. Не прошло и минуты, как Оскар встал напротив него, туда, где недавно стояла Люба, ныне занявшая место рядом с Родой. Поглядывая на остальных с пониманием важности быть более рассудительным и надежным противовесом Бэккеру.
— Если тот, ради которого ты привел нас сюда, находится там, за ступенями, то почему бы просто не замуровать там его?
— Я видел, как он прошел сквозь целое крыло больницы.
Сказанное привнесло ощутимые нотки страха.
— И ты уверен, что Петя сможет его убить?
— У него два Осколка. Если это не убьет, значит, уже ничто не убьет.
— Мы можем удвоить их. — Оскар уверенно брал инициативу. — Петя может отправиться в будущее и узнать, как все прошло, и если мы проиграли, то, может, тогда вернуться в прошлое, забрать самого себя — и у нас уже будет два железных солдата и четыре Осколка.
— План неплохой. — Рода все так же спокойно говорила, будто бы ничего особенного не происходит.
— Разве тот факт, что сейчас никто не пришел из будущего, не говорит о том, что мы… ну, выиграли? — произнесла Настя.
— Либо проиграли. — Бэккер решил пресечь варианты. — Все забыли, что случилось с Монолитом два дня назад? Как один случайный прыжок в прошлое…
— Прыжок был случайностью. Твои действия — нет.
— Оскар, неужели ты готов взять ответственность за то, какой бардак начнется, если Петя будет туда-сюда «прыгать»? С тебя спрос, раз за прошлое виноват только я. Просто представьте, что будет, если каким-то образом Варвар получит больше, чем два Осколка? А если мы сами за собой начнем гоняться? Так уже было, между прочим. Стоит начать — остановиться будет трудно, уж я-то знаю! Сейчас у нас есть преимущество в неожиданности, используем это с пониманием, что второго шанса нет и не будет!
— Ну а если двух Осколков не хватит? — Настя все еще сомневалась, ища какие-то варианты.
— Нам повезло, что мы здесь, усвойте уже, наконец! Любой прыжок во времени — слишком большой риск, потому что за одним идет второй, а там и третий, и понеслась! Да и не вам это решать, если что. План был утвержден мной, Петром и Юстом.
— К слову, о Пете. — Оскар заговорил о том, что у всех было на уме. — Он там на наших глазах убил Ингрид — свою жену, а перед этим выпустил монстров, приведя Монолит к разрушению. Откуда нам всем знать, что ему можно верить?
— Ему единственному хватило смелости принять тот факт, что мы идем на меньшую жертву ради спасения большинства. Я уважаю его больше себя. И это он решился залезть в броню. Я дал ему весь расклад, все, от начала и до конца. Я в нем не сомневаюсь.
— И мы должны верить, что он не решит предать нас или же сам отправить в прошлое или будущее, потому что…
— Как сказала Люба: «единственная равнозначная валюта». Я ведь тоже рискую, мало ли, что вы выкинете в порыве мести или глупости, обрекая мир на гибель.
С минуту все молчали, окончательно принимая страшную безысходность всей ситуации, где все оказались словно между двух огней: Бэккер с Петей и этот Варвар.
— Думаю, — заговорила Рода, — лучше Петю не злить, чтобы он не решился и нас убить.
— Ну, если бы это было ему важно, он бы уже все сделал. Весь этот разговор он слышит. Я обещал ему быть честным во всем, и я держу слово, потому что он делает то, чего никто из вас не может, — жертвует всем ради мира.
5
Когда Лорн наконец-то закончил съемку, вернул дроны на площадку для зарядки и успел лицезреть примитивные в целом, но интригующие чем-то необычным пустые красоты Целестина, то вступил в Палатку с неменьшим интересом к команде. Неожиданность же была в том, какая мрачная атмосфера обитала в этом небольшом помещении среди разделенных на группки людей во время трапезы. Напротив шлюза на улицу был еще один, который вел сразу же на звездолет Бэккера, так что изначально они вступили сюда в своих одеждах с Комы, видимо, оставив переодевание в скафандры напоследок. Хотя Бэккер уже стоял в нем, заметил с опозданием Лорн, когда подошел к столу, изображение на котором в реальном времени углублялось в детализации.
— Это загружаются новые данные. Тут пещера слева от лагеря — не особо глубокая, думаю, образовалась из-за метеорита. Видишь этот шов — прям назад от нас промчался.
Бэккер посмотрел на него так, словно они были давно знакомы, что, несомненно, удивило Лорна.
— Я хотел сказать спасибо, кстати. Эта экспедиция оказалась куда важней на фоне того, что случилось с колонией. Правда, я не понимаю, как все это связано, но мне интересно.
— Знаю, что интересно.
Лорн искусственно улыбнулся, но не ради фамильярности — просто он куда лучше выражал эмоции глазами, оставляя нижнюю челюсть и мышцы лица без внимания. Черные зрачки выглядели горошинами на безволосом мягком лице с такими же черными волосами, свисающими на левую и правую щеки от пробора вдоль головы. Когда он в скафандре, то закрывал их универсальной в каждом скафандре шапочкой, радуясь каждый раз, когда снимал ее, явно ухаживая за волосами, что каким-то образом лишь придавало мужественности вполне крепкому парнише.
— Сейчас пойдем туда и уже на месте расскажу весь план. Должно быть просто, но без неожиданностей мы уже разучились работать.
— Понимаю. — Лорн осмотрелся вокруг, словно игнорируя Бэккера: справа у стенда Оскар помогал Любе надеть скафандр, слева Настя и Рода доедали обед, о чем-то общаясь друг с другом в отрыве от остальных.
— Симпатичные.
