ещё чем-нибудь могу вам помочь? Если нет, то спасибо, что помогли узнать правду, но у меня много дел, надо идти.
— Мы узнали всё, что хотели — сказал Жаб. — Спасибо за помощь!
— Не за что, — ответил начальник тюрьмы и обратился персонально к Лёхе: — А ты извини, что я сразу тебе не поверил.
— Да я понимаю, — усмехнулся Ковалёв. — Не проблема! Человеку верить иной раз себе дороже выходит. Ещё раз спасибо! Отлично всё прошло, разве что немного жалко кальмарца.
Начальник тюрьмы скривился, видимо, улыбнулся и сказал:
— Если ещё чем-то смогу помочь, обращайтесь!
— Было бы неплохо нас назад на Лакфан отправить, если получится, конечно, — сразу же попросил Жаб, которого судьба кальмара беспокоила меньше, чем отлёт с Олоса. — Можно, тем же способом, что мы сюда прибыли.
— Что-нибудь придумаем, — пообещал полковник Тынх. — Только дайте слово, что если найдёте тех, кто убил моих братьев, то отомстите за них!
— С удовольствием, — ответил Ковалёв. — Здесь, вообще, не переживай и не сомневайся! Отомстим по полной программе.
— Мы убьём их всех, — лаконично добавил Жаб.
Глава 3. Неожиданная встреча в порту
Примерно через час после завершения допроса с пристрастием комедианты уже тряслись в служебном тюремном транспортёре, неспешно плетущемся по пыльным дорогам Олоса в сторону порта. Полковник Гоку Тынх и в этот раз сдержал своё слово. И пусть путь на транспортёре был не самым приятным и не самым быстрым, но зато самым безопасным.
В отличие от летательных аппаратов, наземные транспортные средства при въезде в порт через служебный терминал проверялись выборочно, и, разумеется, никому в голову не пришло досматривать тюремный транспортёр, прибывший за привезёнными с Лакфана продуктами для заключённых.
Одетые в специальную форму сотрудников техобеспечения тюрьмы, смешавшись с настоящими сотрудниками, комедианты без проблем перебрались на борт небольшого шаттла, занимавшегося доставкой продуктов для пенитенциарных учреждений Олоса. На борту их встретил сам капитан шаттла, сразу же заявивший, что для него большая честь — помогать друзьям полковника Тынха.
Капитан был двоюродным братом одного из надзирателей тюрьмы для ожидающих суда, поэтому нисколько не лицемерил, встречая друзей полковника как родных. О том, что его друзья лишили половину цванков Олоса ылыков ко Дню Благоденствия, начальник тюрьмы предусмотрительно умолчал, иначе бы у комедиантов были все шансы не долететь до Лакфана, сойдя с шаттла где-нибудь в середине дороги без пожелания счастливого пути и без скафандров.
Лёхе с Жабом выделили небольшую каюту для отдыха, в которой едва разместились маленькая койка и небольшое кресло. Но по сравнению с тем, как они добирались до Олоса, путь на Лакфан можно было смело назвать проходящим в царских условиях. Ковалёв завалился на кровать, еле уместившись на ней калачиком, а амфибос расположился в кресле.
— Ну что, друг мой, есть какие-нибудь мысли относительно того, зачем мы понадобились этому Бронкхорсту? — впервые после допроса адвоката Шылоо поднял злободневную тему Ковалёв, до этого в присутствии посторонних комедианты старались её не обсуждать.
— Вот даже предположений никаких нет, — признался Жаб. — У меня, конечно, имеются враги, но вот чтобы на таком уровне, такого ещё не было.
— Да уж, — согласился Лёха. — Уровень у этого гада высокий. Чтобы всё так организовать, нужны хорошие связи.
— Думаю, одними связями не обошлось. Он и денег в это дело вложил немало.
— Но зачем?! — воскликнул Ковалёв и, не совладав с эмоциями, вскочил с кровати. — Зачем? Если уж у него на нас зуб имеется, то за такие деньги нас просто могли к нему в загородный дом в клетке привезти. Дело нехитрое. На том же Ксине можно было не городить постановок с концертом. Просто ударили бы хорошо по башке или электрошокером вырубили, да в мешки, а потом в клетку. А они старого кальмара грохнули. Судили нас. Потом ещё столько народа завалили. Ради чего весь этот цирк?
— Не знаю, но мне кажется, мы нужны этому Бронкхорсту живыми, — предположил амфибос.
— Тоже так кажется. И это в какой-то степени радует, — сказал Лёха и снова лёг на кровать. — Ладно, на всякий случай посплю, а то не известно, когда в следующий раз получится.
Ковалёв повернулся к стене, намереваясь уснуть, а Жаб попробовал поудобнее устроиться в кресле, чтобы предаться размышлениям о жизни и более тщательному анализу полученной от адвоката Шылоо информации.
По прибытии в порт Лакфана комедианты без проблем растворились в огромном количестве народа, снующего туда-сюда. Форму сотрудников техобеспечения тюрьмы им любезно разрешили оставить себе, поэтому смотрелись Лёха с Жабом на общем фоне вполне прилично и совсем не походили на двух беглых рабов, являющихся по совместительству беглыми трудовыми легионерами.
— Ну что ж, до Лакфана добрались, теперь надо как-то отсюда свалить на Тропос, — сказал Лёха, глядя на стоявшие вдали корабли с символикой «Гуань корпорейшн».
— Я думаю, проблемой будет не отсюда свалить, а на Тропосе не попасться сразу по прибытии, — поделился опасениями Жаб.
— Не спорю, но предлагаю решать проблемы по мере поступления, — ответил Ковалёв и огляделся по сторонам. — Сейчас надо узнать расписание вылетов на Тропос всех возможных кораблей. И что-то я не вижу никакого табло с информацией.
— А с чего бы ему быть? — удивился амфибос. — Аэропорт имеет практически военный статус. Одна половина рейсов секретные, другая — служебные коммерческие. Надо найти кого-нибудь из диспетчерской службы. Придётся немного взять из тех денег, что полковник дал на дорогу, и заплатить за информацию.
— Заплатить мы всегда успеем, — возразил Лёха. — Дай сначала на халяву попробую.
Ковалёв набрал в лёгкие побольше воздуха, расправил грудь, принял вид бравого, но простоватого парня, заблудившегося в порту, и вразвалочку пошёл по залу ожидания. Почти сразу же он аккуратно, но уверенно подхватил под локоть какого-то щуплого паренька, который сгорбившись от невероятных усилий, толкал по полу огромную тележку с непонятными металлическими штуковинами: то ли запчастями, то ли мусором.
— А скажи мне, братишка, ты здесь в порту давно работаешь? — спросил Лёха, ловко развернул паренька и посмотрел ему прямо в глаза, чтобы, не дав опомниться, озадачить небольшой просьбой — помочь найти кого-нибудь из диспетчерской службы.
Но ничего спросить Ковалёв не успел. Посмотрев в лицо пареньку, комедиант лишь охнул от удивления и выпучил глаза.
— Бинго! — единственное, что
