Их очень не любят заказчики и Организация, ибо это означает как отсутствие процентов для Организации, так и потерю секретности для заказчиков. Однако многие совершенно этим не брезгуют.
– Именно. Я король всех елочников. И, кроме тебя, еще и техподдержке некоторой заплатил. А что, ты идейный противник «елок»?
– Все зависит от того, сколько платишь, раз заморочился передачей своего шифроключа на частоте Организации.
Ренди прижался к уху Номер Семнадцать, прошептав нужное число. Женщина изобразила смущенную улыбку, после чего тихо продолжила:
– Согласна, конечно. Столько не все заказчики дают, врать не буду.
– Ну, потому что опасно. Опасно, потому что цель… Значит, наша цель – определенные данные. Очень ценные. Завтра носитель с ними будет в довольно слабозащищенном месте – его принесут на ознакомление главврачу корпоративной клиники «КоронерЦентр». Твоя задача – быть невидимой и идти за мной. Я буду разыгрывать посетителя для одной женщины, там камеры и датчики движения, поэтому всюду следуешь за мной, отойдешь только когда зайду в палату, чтобы взломать сканер ладони и разблокировать дверь. Я дистанционно саботирую подстанцию, обесточу район. Начнется паника. Ровно шесть минут нам на пребываение в кабинете главврача, найти и бежать. Все гаджеты я выдам. Запомнила?
– Да, конечно.
– Информацию выдам на носителе. Придется придется много запомнить – и все это до завтра. Но я потому и искал нумерованного, для вас это посильная задача.
Вылетевший из-за голографического дерева полицейский дрон медленно направился вдоль тропинки, то и дело посвечивая в сторону Ренди и Номер Семнадцать холодным светом. Женщина расслаблено закрыла глаза и тихо ответила:
– А ты разбираешься в нумерованных, как я погляжу.
– Конечно! – иронично заметил парень, – Я же король елочников, и знаю, с кем работаю.
Ренди положил на голову Номер Семнадцать ладонь и продолжил:
– Но вообще, я реально много о вас знаю. На одном из заданий таки докопались до одного из нумерованных, вскрыли бедняге всю подноготную, так сказать. Откопали откуда их… ну, то есть вас брали, в общем. Не буду скромничать, без меня бы ничего не вышло.
Номер Семнадцать вздрогнула. Пробирающий до костей разряд неведомой силы прошелся от кончиков пальцев ног до корней волос. Однако, женщина спросила спокойным голосом:
– И что там у него?
– Пфф, детка, корпоративная тайна, не первый же год наемничаешь вроде.
– Да интересно просто, сам понимаешь – я ведь тоже такая.
– Угу. У тебя маячок настроен? – Сменил тему Ренди.
Кнопка маячка «экстренной помощи» на электронных браслетах мгновенно включала режим обнаружения, чтобы попавший в беду человек мог быть обнаружен спасателями, скорой помощью и автоматически отправляли отчет в полицию. У наемников же эти маячки были перенастроены так, что отчет в полицию не отправлялся. А там, в случае чего, и Организация могла помочь. Но помогала не всем и не всегда.
– Конечно, настроен. Но я им прежде не пользовалась.
– Дай Бог и не придется. Ладно, уже поздно, а тебе еще файл читать. Проведу тебя до туннельного поезда, ок?
– Да, пошли, конечно.
Ренди с гордым видом шел под руку с Номер Семнадцать, а она казалась просто смущенной девочкой рядом. Однако, ее сознание зависло надо пропастью между призрачной радостью от того, что она идет рядом с человеком, который может приоткрыть правду о ее прошлом, и призрачной тоской от того, что он вряд ли сможет ей рассказать хоть что-то – хоть толику информации, хоть зацепку…
– Ну, что ж, до завтра тогда, – Ренди завис на секунду. – Как, кстати, тебя называть можно-то?
– Нэнси, я думаю.
– Ну тогда, Нэнси…
Он вдруг подтянул ее к себе, словно пытаясь поцеловать, от чего Номер Семнадцать даже немного опешила. Однако Ренди просто прижался к ней лбом и вложил в ладонь небольшой пакетик.
– Там флешка с планом. Ознакомишься, выучишь все, план расписан почти по минутам. А еще пара вещей, которые тебе пригодятся.
– Окей, а к чему эта милая сценка?..
– Чтобы засмущать оператора одного дрона, которому мы уж очень понравились.
Ренди кивнул в сторону полицейского дрона, который резко сменил траекторию. Номер Семнадцать отстранилась от него и ухмыльнулась.
– Клоун.
– Не вздумай меня обижать, женщина. Я не клоун, я король клоунов!
Парень со смехом отвернулся и ушел. Номер Семнадцать проводила его взглядом и зашла в полупустой вагон туннельного поезда.
– Просто еще один день совершенно бессмысленной жизни… – тихо произнесла женщина, прежде чем ее слова растворились в шуме.
***
Корпоративная клиника «КоронерЦентр» находилась, ни много ни мало, на пятом ярусе Нью-Вавилона. Номер Семнадцать аккуратно уложила волосы в пучок на затылке, надела очки без диоптрий, а поверх нанокостюма – аккуратный пиджак. Она все равно выглядела бедновато для такого высокого яруса, однако планировала затеряться среди таких же офисных мышек. Она довольно долго добиралась так высоко на туннельном поезде, и все это время была вынуждена слушать местное радио с его раздражающими дикторами. «Дожди для жителей окрестных деревень и самовольных поселений стали настоящей катастрофой. Погиб урожай овощей! Никто не боится дождя только в Нью-Вавилоне…» – радостный тон девушки-ведущей звучал почти издевательски. Номер Семнадцать дождалась своей станции и вышла из поезда так поспешно, будто за ней гнались.
На выходе из туннельного поезда или лифта было несколько стрелок – они указывали направления пассажирских конвейеров. Жители и работники яруса, степенные мужчины и с иголочки одетые женщины на высоких каблуках не могли себе позволить тратить время на изнуряющую ходьбу и поиск нужного направления. Номер Семнадцать прибыла сюда гораздо раньше, чем должна была встретиться с Ренди, чтобы ознакомиться с обстановкой, путями отхода, маршрутами полицейских дронов. Однако, даже в этой прогулке она все же восхищалась красотой верхних ярусов. В процессе изучения улиц женщина успела с восхищением вспомнить и отметить, как много здесь яркого света, как блестит каждая поверхность и как гармонично вписана в этот сияюще гладкий мир синтетическая растительность. Сойдя с пассажирского конвейера вслед за полицейским дроном, Номер Семнадцать вышла к фешенебельному центру яруса, усеянному бутиками и ресторанами. Дронов здесь было много, они были словно мухи, слетевшиеся на подгнивающую тушу. Женщина уже планировала уходить, как шум для нее вдруг начал тихнуть, а тренированный слух вычленил знакомую речь. Тихий, хрипловатый голос произнес:
– Ну как «почему»? Он и говорит мне «Все Вавилонские башни обречены пасть», а я… а я отвечаю: «Ну тогда я буду наблюдать за ее падением из
