бы посоветовал бежать подальше. И на подольше. И вовсе турнуть наглую особу из шоу. Вместо этого Батрутдинов, сжав челюсти, завёл машину.
— Тебе куда?
— На Белорусскую, — Луна же, не глядя на Батрутдинова, спокойно пристегнулась. — Я покажу.
Часть пути они провели молча, в полной гнетущей тишине, но вскоре Тимур не выдержал и включил радио. Какая-то незатейливая попса раздражала Боне пуще прежнего, потому она решила все же не идти дальше на конфронтацию и завести разговор. Желательно, нормальный.
— Ты помогаешь всем дамам в беде? — хотя, кажется, нормального не выйдет.
— Я стараюсь поступать правильно, — он пожал плечами.
— Нашёлся супергерой, — фыркнула Луна, отворачиваясь к окну.
— А ты со всеми такая злая или только со мной? — Тимур искренне не понимал, чем насолил этой особе. И это было, черт возьми, обидно вообще-то.
— О, только с самыми любимыми, — она вновь повернулась к шоумену и широко улыбнулась. Но то не было оттаиванием льда — всего лишь ещё одной игрой. — Думаю, нам стоит после этого вечера вновь стать лишь судьей и участницей проекта. Потянешь?
Почему-то это прозвучало ещё более обидно — как когда после секса говорят: «давай останемся друзьями». Хотя и секса-то у них не было, и друзьями они не являлись тем более. Просто всегда неприятно, когда ты к кому-то с открытой душой, рёбра нараспашку, а о тебя вытирают ноги как о дверной коврик.
— Будто у меня не было более сложных ситуаций в жизни, — храбрился Тимур, проклиная себя за некую наивность, что оставалась во взрослом мужчине.
— Ну, вот и порешали, — с облегчением выдохнула Боне, нарочито бодро хлопнув в ладоши и порадовавшись тому, что машина наконец остановилась у ее дома. — Не пропадай, Зайка.
Она подмигнула ему и, как и обычно, быстро сбежала, громко хлопнув дверью.
— И ты… Мышка.
***
— Ну-у-у, — Карла встретила дочь в самой прихожей, довольная, как сытый кот. — Как твоё свидание с членом жюри?
Ни минуты покоя.
— Боже, мам… — Луна устало прикрыла глаза, стараясь не смотреть на женщину, пока разувалась.
— А что, я не имею права знать? Я не просто твоя мать, я — твой агент.
— Конечно, я знаю. Ведь ты — в первую очередь агент. Потом уже мать.
Младшая Боне поспешно прошла мимо Карлы, закрываясь в своей комнате. Час от часу не легче. Мать ее не была подарком — это уж точно. Но смерти не заслужила. Поговорить о происходящем было абсолютно не с кем, потому Луна просто утопала в ужасе, смятении и непонятных догадках, кому же она насолила настолько сильно, чтобы разыграть настоящий слэшер в ее жизни. Может ли это все до сих пор быть злой шуткой? Ведь кровь, действительно, могла быть ненастоящей. Но ведь и в России у неё, вроде как, врагов не было. Разве что это, действительно, конкуренты с проекта… Пытаются свести ее с ума. Но нет. Не дождутся.
Она им ещё покажет. Всем.
— Луна, — настойчивый стук в дверь. — На завтра ничего не планируешь. Мы идём на закрытую вечеринку, у кого-то какая-то там премьера.
Ну вот ещё и выходной вместе с текилой накрывается.
— Это важно. Мне удалось дозвониться до агента этого твоего… татарина из жюри. Будем сотрудничать.
— Нахер мою жизнь, — устало прошептала девушка, рухнув на кровать.
========== Глава 6. Начало вендетты. ==========
— Спасибо вам большое, Стефа́н Романович, — устало поблагодарила Луна, выходя из кабинета своего психотерапевта.
После разговоров с этим специалистом ей, действительно, становилось легче, пусть тот и беспардонно вспарывал всю ее плоть, всю суть, расковыривал нарывы. Но так ведь и должно быть. Поплачешь с час на сеансе — выходишь как новенькая. Освежеванная заживо, но новенькая, готовая наращивать новую кожу.
— До встречи через неделю, Луна, — улыбнулся мужчина в ответ и закрыл дверь за своей пациенткой.
Плюсом доктора Латеску было и то, что он получил медицинское образование и лишь позже пошёл из психиатрии конкретно в психотерапию, так что заодно мог подгонять Боне рецепты на лекарства. Сегодня они вновь копались в ее детстве, вызнавая причину столь сильной виктимности и агрессивности девушки, причину ее тяги к саморазрушению, не забывая, конечно, и о посттравматическом стрессовом расстройстве, что развилось после злосчастного Хэллоуина в Нью-Йорке. Хотя самого главного Луна по-прежнему рассказать не могла — она нутром чувствовала, что некто следит за каждым ее шагом, следует буквально по пятам, и не могла подвергнуть такого хорошего и ни в чем неповинного человека кошмару, что переживала она сама.
Сегодня вечером ей предстояло вновь пойти на поводу у Карлы. Перспектива фиктивных отношений с Батрутдиновым ее не радовала. Но, кто знает, может, его агент окажется адекватнее и не станет подписываться на подобную ересь? Луна надеялась, что их вчерашний разговор лицом к лицу был последним до того момента, как модель снимет маску в шоу. Но жизнь не была с ней согласна. Как и Карла.
Сегодняшнее мероприятие оказалось не то чтобы премьерой, скорее, корпоративом. И мать, по сути, использовала свою дочь как эскорт. Красивая мордашка рядом с «самым завидным холостяком страны». Дорогой наряд, чёрные волосы, собранные в незамысловатую шишку на голове и макияж от топового визажиста — все на дому. Сегодня на Луне чёрные кожаные шорты, ремешками крепящиеся к кожаному верху в виде укорочённого пиджака. На лице — могильный холод. Скорбь по той девочке, что, действительно, любила смотреть чертов «Крик» со своей лучшей подружкой в подростковые годы. А ныне эта девочка — безвольная кукла.
Мероприятие, конечно, принадлежало телеканалу «ТНТ». Что здесь забыла именитая западная модель? Одному богу известно. И Тимуру Батрутдинову.
Размах вечеринки был, однако, не таким крутым, как привыкла Луна. Может быть, по их меркам здесь было круто, но точно не по ее. Она привыкла к компании Рианны и Ракима, известного как A$AP Rocky. Никак не к Гарику Харламову. Все здесь было тошно, веяло грязью, хотя, казалось бы, все то же самое, что и зарубежом, вот только… ну не то. Нет. Боне-младшая, воспользовавшись тем, что старшая говорила с каким-то раздутым мужиком, улизнула к столу с выпивкой, залив в себя сразу три шота текилы. Так, возможно, будет лучше. Возможно.
— Не позорь меня хотя бы в этой стране, — прошипела Карла, за запястье оттягивая дочь подальше от алкоголя. — Все смотрят.
— Да кому я здесь сдалась?
— Вот кому, — шепнула она прежде, чем расплылась в абсолютно фальшивой улыбке, когда в их сторону направились сам Тимур и милая блондинка. — Здравствуйте! Очень, очень рада вас видеть.
— Мы тоже, — улыбнулась светловолосая женщина. — Должно быть, приятно вернуться
