чаять. А красаве́ц-молоде́ц, вроде Лениного Максима, гнидой мелочной окажется. Но сейчас же мы не об этом. Сейчас для Леночки нашей Георгиевны главное мужика подыскать до секса охочего и такого, чтобы не считал миссионерскую позу единственно допустимой. Читаю вот иногда про всякие там сексуальные игрушки и, господи, сколько ж я в своей жизни пропустила-то! А ведь кто-то этим пользуется. Доставляет удовольствие и себе, и людям.
— А что там? А что там? — девицы уволокли Ольгу Сергеевну к ее компу, да так там и застряли, хихикая, зажимая ладонями рты и поглядывая на «державших лицо» парней, которые сейчас, похоже, одни только и работали.
Я же, предоставленная сама себе, опять вернулась к мыслям о том, что творилось в моей жизни. И, конечно, к полученным советам. Трахнуться, чтобы по известной методе «клин клином»? Чтобы без обязательств, а чисто для здоровья — психического и физического? Что ж, это будет… опыт, которого в моей жизни не было никогда… Вот только… С кем? И где их брать таких — симпатичных и вообще годных, но при этом формата «на один раз»?
Глава 7
Как-то очередной бессонной ночью я достукалась до того, что начала читать в интернете то, чем не интересовалась никогда — женские форумы. Памятуя, как мне тогда, в больнице после выкидыша, помогла болтовня с моими соседками по палате, просто забила в поисковике вопрос, который мучил меня сильнее всего: как пережить измену мужа? — и на меня повалилось все. Статьи, ссылки на группы в ВК, женская болталка на Мейл, реклама книг, которые все пестрели словом «измена». Господи, откуда столько-то⁈ Мода на них, что ли? Или причина в другом: что это я, дура, будто на облаке каком-то существовала, ни о чем таком не думала, никогда за мужем не следила, ни в чем его не подозревала, в то время как весь остальной мир жил по каким-то совсем другим даже не правилам, а зараза такая, понятиям.
На форумах их посетительницы вели целые баталии, сходились стенка на стенку, бились в слюни и в кровь, пытаясь доказать противной стороне, что правильно только так, как считают они. Простить иль не простить — вот в чем вопрос. Почти Шекспировский. Впрочем, для меня он не стоял: Макс прощения у меня просить и не думал. Да и не простила бы я. За себя, за измену, еще, наверно бы подумала. А вот смерть моего нерожденного ребенка, о котором Максим так и не узнал… Нет, никогда.
И правда, жаль, что не с кем переспать безоглядно и просто ради самого процесса, чтобы расслабиться, получить физическое удовольствие, а после забыть. Так, как никогда у меня не получалось, потому что в голове сидело намертво: без любви никак. Но сейчас-то, когда вся моя любовь оказалась никому не нужна, когда все было растоптано и в дерьме меркантильном измазано, все же стало иначе. Наверно. Так что да, оказаться в постели с каким-нибудь незнакомцем, чтобы хотя бы так, задним числом, отомстить Максу за измену, отыграться хоть в чем-то, было бы просто отлично. Жаль, не с кем…
Смотаться, что ли, и правда в отпуск, как Стас Смирнов, о котором мне мои девицы все уши прожужжали? Где он был-то интересно? Наверняка и в этом Олечка Степановна права: где-то, где мне с моими доходами и не побывать никогда. Вкусно ел, крепко спал, купался, загорал и трахался…
«Сволочь», — завистливо подумала я и вернулась к обдумыванию жизненных перспектив. Что ж, если секс с красавчиком-незнакомцем казался мне чем-то труднодостижимым, то насчет чего-то такого, что стало бы серьезной встряской, мысли были… Знала я такое место. Игровой клуб, в который я начала ходить после того, как из моей жизни ушел отец. Сначала играла в карты… Кстати, именно выигранные здесь, в этом самом месте, случайные, совсем шальные деньги, стали моей первой серьезной инвестицией в только-только затеянный бизнес. Помимо проданной квартиры, конечно. За карточным столом я вырученные за нее деньги на кон и ставила. И выиграла, мысленно благодаря отца и его друзей за науку. Потом, когда в моей жизни появился Макс я тоже как-то привела его сюда. Правда, картами он не интересовался, его больше привлекал бильярд, но ведь и я, как верная мужняя жена, постепенно увлеклась этой игрой, теперь лишь изредка усаживаясь за покер…
А ведь это действительно тема!
Должна же в этом мире быть хоть какая-то справедливость! Если не везет в любви — может, хоть в карты выиграю?.. Развлекусь, а там, глядишь, и деньжат подниму… Ну вдруг? Главное не увлекаться! А то уж знаю свою натуру. Собственно, основной мой грех по жизни: азарт, с которым иной раз не справиться. Но я ведь уже не девчонка (хоть и с косичками), а взрослая разумная женщина. Разведенка, блин! Как я тогда сказала Смирнову, а после и девчонкам своим повторила? Справлюсь! И отыграюсь!
Клуб этот, который начинался именно как карточный, потом разросся, обрастая бильярдом, потом рулеткой, наконец, пошлыми игровыми автоматами, пережил эпоху расцвета, период закрываний и непущаний, и теперь жил обычной клубной жизнью: выпивка, танцы, обжиманцы и сохранивший официальный статус бильярд. Но свои знали, что здесь по-прежнему не только шары катают и водку пьют. Что здесь, как и в прежние годы, можно сесть за карточный стол и выиграть или проиграть деньги. Иногда очень большие.
Меня здесь наверняка помнили, хоть появлялась я в клубе в последний раз уже довольно давно. Это было хорошо. Появились новички, которые не воспримут меня всерьез. Поначалу, по крайней мере. Оставалось подготовиться. Оделась я так, чтобы внимание тех, кто сядет со мной за покерный стол, нет-нет да ускользало куда-то в область моего декольте. Ну или задерживалось на колене в приоткрывшемся разрезе юбки. Прокрутившись перед зеркалом в дверце старенького шифоньера своего съемного пристанища, я сунулась ближе, чтобы проверить, как себя ведет тушь на ресницах и ровно ли легла помада… И ровно в этот момент, когда я была полностью готова, пришло сообщение: заказанное мною такси уже ждет у подъезда. Это показалось хорошим знаком. Да и редко меня подводившее в деловых вопросах чутье (такое бы в личной жизни!) подсказывало: меня ждет удача. Вот без вариантов!
В клубе было шумно. Но все это: и громкая музыка, и толчея массы разгоряченных человеческих тел — осталось позади, когда молчаливый громила пропустил меня туда, где самыми громкими звуками были перестук кубиков льда в бокалах с виски и треск вскрываемой колоды.
