кувшина, вероятно, наполненных когда-то вином и водой, да серебряное блюдо, на котором лежало несколько монет и кинжал с простой деревянной ручкой.
Профессор приблизился к саркофагу. На чёрном камне с зернистым рисунком золотом переливалась та самая надпись, продублированная на входе в зал. Учёный поднял одну из монет. Точно такая же монета вызвала шумиху в научных кругах и стала причиной срочного снаряжения экспедиции.
– Аршухан… – глухо произнёс Лебедев, разглядывая мужественный профиль воина, и в попытке определить вес кругляша покачал его на ладони.
Ситник озадаченно рассматривал потолок и стены погребального зала. Помощники вскрывали пеналы, готовя к работе аппаратуру. В сторонке вполголоса переговаривались рабочие. Общий тон выдавал явное разочарование.
– Как-то бедновато для правителя богатой процветающей империи, – заметил молодой археолог. – Что скажете, проф?
Тот снял очки, протёр краем рубашки стёкла и вновь нацепил очки на нос.
– Многие из ранних сообществ, Вадим, были абсолютно равнодушны к богатству.
– А как же богатые усыпальницы правителей древних государств? Земные цари были совсем не против и на том свете полежать на золотой перине.
– Вероятно, ато́ны подходили к вопросам жизни и смерти с иной точки зрения, – невозмутимо ответил Лебедев. – К чему смертному земные блага в ином мире? Нужно сдвинуть крышку! – заявил он без перехода. – Ребята?!
Ожидающие распоряжений рабочие с готовностью окружили саркофаг. С грохочущим скрежетом массивная плита съехала в сторону, открыв черноту чрева усыпальницы. В подземелье воцарилась немая тишина.
– И?.. – Ситник с недоумением на лице повернулся к Лебедеву. Не менее потрясённый, тот круглыми глазами пялился на пустое ложе. – Где останки, проф? Или мы напоролись на очередную…
Договорить он не успел. Под саркофагом громко щёлкнуло, и под ногами вздрогнул пол. Как будто пришёл в действие потайной механизм. Дно саркофага, сминая слой давно истлевшего погребального покрывала, с дребезжанием поползло в сторону. Полностью откатившись, оно открыло верхние ступени уходящей в неизвестность лестницы.
– А… – запнулся Ситник, закрыл и снова открыл рот. – Так, может, захоронение находится глубже? – предположил он. – Чтобы древние гробокопатели не осквернили останки царя.
Профессор молча поводил фонарём из стороны в сторону, краем уха улавливая сдержанные перешёптывания рабочих.
– Тихо! – цыкнул он и направил луч фонаря строго вниз. Щуря глаза от сухого жаркого сквозняка, он всмотрелся в глубину провала.
В резко наступившей тишине стал слышен далекий неясный гул. Казалось, он шёл из самых недр земли. В нём мешались низкий протяжный рокот и подвывание. Столпившиеся вокруг саркофага рабочие переводили друг на друга обеспокоенные взгляды. Гул между тем усиливался, набирал мощь, поднимался. И вдруг взорвался множеством жутких отголосков: вскриков, демонического хохота и хриплого лающего бу́ханья. В душераздирающие вопли вторгался полный смертельной тоски заунывный вой. Но он тут же тонул под безумным торжествующим визгом.
Едва не выронив фонарик, профессор отшатнулся от саркофага.
– Задвигайте плиту… – прошептал он бескровными губами и прижал к груди трясущуюся руку.
Никто из компании даже не шелохнулся, впав в необъяснимый ступор. По залу поплыл душок сероводорода. И, когда тонкий сквозняк сменился обжигающим выдохом бездны, замершие рабочие очнулись от оцепенения и кинулись ставить крышку саркофага на место. Под напором бьющего снизу ветра сделать это было непросто.
Отставленные фонари дружно замерцали. Нарастающий гул стал оглушительным. Вопли из-под земли – от пронзительно-истошных до полных ярости и устрашения – поднимались всё выше. И внезапно внизу, в зоне видимости тусклого света, колыхнулась безобразная тьма. Вспучиваясь чёрными пузырями, она рвалась вверх. Тяжёлая крышка в руках рабочих с дребезжанием заплясала. С титанической силой толкнувшись в плиту, из подземелья вырвалась огромная тень. Ошарашенные рабочие уставились на уродливое облако, кишащее над ними дымными щупальцами. Разлив тягучий смрад, тень расправила гигантские крылья и устремилась к лестнице, спеша на поверхность. По туннелю прокатился низкий чудовищный вой.
– Быстрее! – оправившись от шока, закричал профессор и первым напал на крышку саркофага. Отбросив металлоискатель, к нему присоединился Ситник. – Да быстрее же вы!
Утроив силы, рабочие кое-как задвинули плиту. В тот же момент снизу ударил разъярённый ветер, смешанный с дикими воинственными воплями.
– Камнями!.. – кинулся Лебедев к сложенным у стены булыжникам. – Камнями сверху!
Торопливо завалив плиту, рабочие отступили от жуткого постамента. Тяжело дыша и не отрывая лихорадочно горящих глаз от саркофага, группа ещё минуты две слушала ужасающие вопли адского подземелья. Те звучали глуше, постепенно удалялись, и вскоре смолкли. Что-то убралось обратно, в жаркую бездну под бескрайней пустыней.
…
– Дядя, что там?! – Лин с побледневшим от страха лицом бежала навстречу поднимающейся команде. – У нас отказала вся аппаратура.
Профессор заполз на последнюю ступеньку и, перекатившись через край колодца, привалился спиной к ящику с инструментами. Он хотел что-то сказать, но из горла вырвался жалкий сип.
– Что? – Лин упала около него на колени. – Что ты сказал? Я не поняла. Что вы там видели?
Профессор что-то просипел, слабо махнув в сторону колодца, и бессильно уронил руку на грудь. Девушка подняла на молодого учёного вопросительный взгляд.
– Вадим?
Парень уже вылез из подземелья и теперь стоял, смахивая с комбинезона рыжую пыль. Следом выбирались рабочие. На одних лицах застыло угрюмое выражение, с других не сходило потрясение.
– Я не снаю, что там фнису, – проблеял Ситник и закашлялся, – но это точно не усыпальница.
Он поднял оставленный у ящика с инструментами рюкзак и достал бутылку. Только промочив горло, молодой учёный сумел толком объяснить, что произошло в подземелье. Лин села на пятки.
– И что теперь? – перевела она взгляд с друга на родственника.
– Пока оставим, – пришедший в себя профессор протянул руку к бутылке Ситника. – Сначала нужно полностью расшифровать свитки.
Утолив жажду и похлопав смоченной ладонью по седой макушке, он с помощью племянницы поднялся на ноги и окликнул бригадира:
– Буру! Поднимите оборудование и уберите лестницу. Нечего там шастать! Без нас. – Тяжело вздохнув, он отвернулся от колодца. Ситник и Лин встали по бокам от профессора. – А пока займёмся раскопом.
В ста метрах от входа в захоронение начинался вскрытый лабиринт древнего города.
По глазам прошлась тень. Все трое задрали головы к небу. Под древней звездой, которая видела рассвет Земли и перед которой проходила вся история планеты, парил орёл.
