водительского кресла. – Давай-ка, приятель, двигай в столицу.
– Понял, – без лишних вопросов отозвался тот и, притормозив, лихо вывернул руль. Зацепив обочину, колёса выплюнули фонтан песка, и внедорожник направился обратно к развилке.
– Это будет проще, чем мы думали, – сказал Росс и, опустив очки на глаза, переплёл на груди руки.
Мимо проплывала всё та же неподвижная картина, выжженная палящим солнцем.
Северная Африка, раскопки близ Харахти
Следователи, примчавшиеся в тот же день из столицы, до вечера блуждали вокруг лагеря. Они долго и подробно опрашивали членов экспедиции, особенно напирая на тех, кто в числе последних видел неразлучную парочку, и произвели осмотр инструментария. Все опрашиваемые как один твердили версию банального воровства и побега.
– Не поделили между собой добро, – усмехнулся Сандал.
Ещё днём следователь отправил своего помощника с обнаруженным телом в город, а сам остался в лагере. И теперь коренастый араб с чёрными глазами-точками беседовал в профессорском шатре с Лебедевым и бригадиром.
– Один укокошил другого и сбежал с награбленным? – Затушив окурок в банке из-под овощных консервов, он почесал за ухом и вперил в пожилого учёного колкий взгляд. – Вы сами-то в это верите, уважаемый Борис Анатольевич? Мне кое-что рассказали об этих двоих.
– Роджер Фила? – Демонстрируя сомнение, Буру поводил подбородком. – Я бы скорее в обратное поверил.
– В это и впрямь верится слабо, – обронил Лебедев, вспоминая рабочих. Худосочный Роджер с узкими плечами и слегка выпирающим пивным брюшком был жалкой копией своего жилистого, крепко скроенного дружка Фила.
– Хотя Роджер – парень достаточно проворный, – заметил Буру после недолгой паузы.
Профессор недоумённо развёл руками:
– Но почему следы ведут за лабиринт?
Сандал с кряхтением поёрзал на складном стуле, удобнее усаживая кряжистое тело.
– А вот тут и правда загадка, – выдохнул он. – Почему эти двое отправились вглубь пустыни. Там же ни одного населённого пункта. Голые пески. Заплутали? Забыли, в какой стороне дорога находится?
– Почему они ушли пешком? – подкидывал вопросы Буру. – Все автомобили на месте.
– Это как раз объяснимо, – ответил следователь. – Не захотели шум поднимать. Зачем будить народ, если задумали нечистое. Хотя решение глупое. Пешком бы далеко не ушли, и днём бы их быстро поймали. И всё равно не могу понять, куда они намылились.
– Может быть, их там кто-то ждал? – неуверенно предположил Лебедев. – Но из наших больше никто не пропадал.
Сандал упёр локоть в стол и уложил лицо на ладонь. Надув щёки и исподлобья глядя на профессора, он выдохнул со звуком сдувающегося шарика.
Снаружи послышались торопливые шаги, и полог отлетел в сторону. Сидящие за столом крутанули головами и устремили взгляды на вошедшего Ситника. В электрическом свете глаза молодого учёного лихорадочно сверкнули. Он бросил на пол два запылённых мешка. Те сердито звякнули, один развязался, и внутри тускло блеснул найденный у саркофага кувшин.
– Вот… – с трудом сглотнул Вадим. – Час назад обнаружили недалеко от места, где нашли Фила. Замело совсем, еле увидели. – Он повернулся к профессору. – Всё-таки лежали посмертные дары у саркофага.
Лебедев оценивающе оглядел плотно набитый мешок.
– Судя по известным захоронениям, как ты говоришь, этого слишком мало. – «Уж для такой фигуры, как правитель великого народа», – добавил он мысленно. – И всё же ты знаешь моё мнение. Я полагаю, что в отличие от представителей более поздних царств ато́ны не почитали жёлтого дьявола. Уж больно далеко лежит та эпоха. Практически за гранью времён, серьёзно обозримых цивилиографией[8].
Следователь медленно поднялся со стула и переплёл на груди смуглые руки.
– Так, – произнёс он с нажимом. – Всё это, разумеется, очень интересно. Но передо мной лежит задача дня сегодняшнего.
– Да-да, да-да, – повернулся к нему профессор.
– Ну и что мы в итоге имеем? – произнёс Сандал, скептически выгибая бровь. – По всему выходит, второй рабочий никуда не сбегал. Точнее, не сбежал. – Выдержав многозначительную паузу, он поглядел на ничего не понимающих собеседников. – Так куда же делось тело?
____________________
[8] Цивилиография – интегральная общественная наука о теории, истории и будущем цивилизаций.
Глава 5
Чуткий сон Буру оборвал посторонний шум. Африканец приподнял голову. Поводя глазами, прислушался и сразу определил – шум шёл со стороны сидящих на привязи собак. Животные явно беспокоились.
Темнокожий здоровяк выбрался из спальника. Не потревожив сон соседей по палатке, он с грацией, неожиданной для человека его роста и комплекции, выскользнул наружу.
Над Сахарой раскинулся фиолетовый бархат ночи. Буру вздрогнул от холода. На стоянке негромко хлопнула дверца автомобиля. Уха коснулось мягкое шуршание песка, и из тьмы выплыл силуэт человека.
– Что с собаками? – приглушённо спросил Сандал, входя в скудное пятно света от одинокого фонаря на столбе.
– Я как раз собирался это выяснить, – так же тихо ответил Буру. – Тоже хотите прогуляться?
– Что случилось? – начали раздаваться позади встревоженные голоса проснувшихся работников.
– Оставайтесь на месте! – распорядился Сандал, заставив всех разом умолкнуть. – А лучше вернитесь в свои палатки и не высовывайтесь наружу.
В его руке холодно блеснул пистолет. Включив фонарик, следователь направился к удалённому участку, где на огороженном пятачке под навесом отдыхали псины. Буру молча шёл позади. Внезапно тишину пронзил собачий визг. Сандал вскинул руку и послал вверх предупредительный. Грохот выстрела заглушил визг. Эхо разлетелось по ночной пустыне и медленно угасло вдали.
Шуршание в песках, громкое и стремительное, пронеслось от «собачьего» угла и исчезло за барханами. Буру крутанулся на месте, но не успел ничего рассмотреть. Только встретил сосредоточенный взгляд Сандала.
– Мать твою, что это было?! – спросил африканец, утирая вспотевшие ладони об обтянутую курткой грудь.
– Идёмте, – позвал следователь и двинулся к собакам.
Их встретили настороженные морды. От угла ограждения доносился тихий
