Однако сейчас ему нужен только кофе. Кофе — и после этого он сможет здраво мыслить дальше.
Сварив чудесный напиток, Кэйн решил оставить чашечку Тейну — пусть ощутит его заботу, вдруг поможет расположить создание Нави к себе. Да, психологическая задачка досталась ему не из легких. Подкупить — нечем, заинтересовать не вышло, и все же он все еще в его номере, хоть мог проснуться где угодно или вообще не проснуться. Уровень эмоций повелителя теней колеблется где-то между единицей и минус единицей по шкале бесконечности. Кэйн понял, почему ни в Кетер, ни вообще где бы то ни было нет практически никаких сведений о таком виде, как повелители теней. Ему же абсолютно ничего от людей не надо! Взаимодействие сведено к минимуму. Просто ходит по планете, как призрак. Тоскливый и одинокий. Возможно, он даже не представляет, что люди могут предложить. Но что забавляло в повелителе теней больше все, так это его светское воспитание. И именно на этом воспитании, а также на затронутом интересе, Кэйн и решил сыграть.
Проснувшись, Тейн Алкайдэ не заметил в номере человека, и облегченно вздохнул. Вторым, что он приметил, была чашка кофе на столике рядом с ним, и записка, подложенная под эту чашку.
«Любезный господин, позвольте поблагодарить вас за ваше гостеприимство. Я смел нарушить ваш покой столь безобразным образом, прошу простить меня. Уверяю вас, обстоятельства, в коих мне не посчастливилось оказаться, вынудили поступить меня столь неблаговидным образом. Хотелось бы мне как-то искупить свою вину, и, если я способен что-то для вас сделать, сообщите мне об этом немедля. Еще два дня на то, чтобы успеть внести свои желания в мой список новогодних подарков. А если серьезно, мне жаль, что это вас не развлекает… А если уж совсем серьезно… Надеюсь, скука не кажется тебе пыткой, Тейн Алкайдэ. Благодарю, что не убил.
Доктор Фира Кэйн.
P.S. Ежели вдруг, по некому невероятному стечению благодушного твоего настроения, ты пожелаешь вновь меня увидеть (к примеру, чтобы подтвердить мой тезис, что наша встреча — судьба), ты сможешь найти меня на колесе обозрения до двух часов дня. В противном случае — прощай навек, мой интересный адский собеседник».
Тейн дочитал послание до конца и рассмеялся. Затем одернул себя удивленно. Он не слышал собственного смеха уже много сотен лет.
Повелитель теней отложил записку, пытаясь сосредоточиться на насущном. В городской афише сегодня три новых мероприятия в одно и то же время: на что бы сходить? Но мысли его раз за разом возвращались к Кэйну. Кинув взгляд на часы, он увидел, что до двух остались считанные минуты.
— Красивый вид, — произнес Тейн Алкайдэ, опускаясь на сидение напротив доктора Кэйна.
Кабинка на несколько минут зависла на самой верхней точке колеса обозрения. Фира Кэйн вздрогнул от неожиданности, когда повелитель теней соткался из тени.
— Я все же тебя заинтересовал?
— Скука и правда довольно утомительна, — наигранно посетовал Алкайдэ.
— Значит, договор? Ты помогаешь мне выжить в течении двух дней. Большего не прошу.
— Условий не будет. До тех пор, пока мне не станет скучно, ты можешь рассчитывать на мою помощь.
Фира криво усмехнулся. Что ж, это уже много.
— Тогда идем, — сказал он.
Тейн Алкайдэ остался сидеть на месте, с повышенным вниманием изучая вид за окном.
— Не собираешься перенести нас отсюда? Мы же спешим.
— Успеется, — протянул повелитель теней. — Очень красивый вид.
Признаваться человеку в том, что он не может из-за него пользоваться своей силой, Тейн был не намерен. А судя по реакции человека, тот понятия не имеет, что обладает столь странной особенностью.
Пришлось дожидаться, пока колесо обозрения завершит круг. А затем — вызывать такси.
Суюдя, бывший в настоящее время весьма крупным мегаполисом, не отличался столь уж богатой историей. Однако, в основном в окраинных районах, можно увидеть старинные особняки, насчитывающие не одну сотню лет. Некогда это были усадьбы, расположенные достаточно далеко друг от друга, но со временем разросшийся город поглотил их одну за другой.
Тейн с Кэйном оказались перед одним из таких особняков. Его крыша просела в нескольких местах, окна были забиты серыми досками. По центру под самой крышей — круглое чердачное окно, заколоченное досками изнутри. К крыльцу ведет аккуратная дорожка, усыпанная гравием. В сорной траве растут белые хризантемы, немногие из цветов, распускающихся в эту осеннюю пору.
Окинув особняк оценивающим взглядом, Кэйн удовлетворенно кивнул и в предвкушении потер руки.
— Идем, — скомандовал он.
Ступеньки на крыльце неприятно заскрипели, стоило Алкайдэ ступить на них.
— И что теперь?
Тейн заметил, что все окна покрыты толстым слоем копоти. Внутри особняка оказалось темно, как в подвале.
— Ты когда-нибудь охотился на привидений? — любознательно поинтересовался Кэйн.
— Нуууу… Не то, чтобы я специально на них охотился. Скажем так, некоторые из них переходили мне дорогу.
— Что, правда? — Кэйн обернулся и удивленно посмотрел на него. — Я-то просто для забавы спросил!
Тейн раздраженно отвернулся.
— Вроде бы наверх, — предположил Кэйн.
Когда они поднимались по широкой лестнице, ступеньки под Тейном вновь заскрипели.
— Так может, расскажешь, что мы тут ищем? Или, вернее, кого? Я…
Договорить Тейн не успел. Ступенька под ним подломилась, и он провалился по колено. С невозмутимым спокойствием он принялся высвобождать застрявшую ногу.
— Сейчас помогу!
— Не надо! — вскричал Тейн, но было поздно: Кэйн стал на ту же ступеньку, она не выдержала, и все трое (Тейн, Кэйн и разломившаяся надвое ступенька) полетели вниз, пробили ветхий пол первого этажа и упали в подвал.
— Хорошо, хоть на мягкое приземлился, — заметил Кэйн, приподнимаясь с Тейна. — Ты там жив?
— Порядок, — отозвался тот, скидывая Фиру в пыль.
Кэйн осмотрелся по сторонам. Они находились в узкой длинной комнате. Одну длинную стену полностью закрывал ветхий стеллаж с книгами, а на другой, через разное расстояние друг от друга, висели пустые подсвечники. Свет падал сквозь несколько маленьких окон под потолком.
— А тот ли это особняк? — задумчиво произнес Фира, заставляя повелителя теней нахмуриться.
Что-то в вопросе Кэйна ему определенно не понравилось.
— Опа, дверь! — Кэйн указал на дальний конец комнаты.
Коридор, в который вела найденная дверь, оказался искусственно освещен: электрические лампы на стенах пусть и тускло, но горели. Пол в коридоре был выложен черными и белыми плитами. Стены и потолок тоже. И хоть линии шли параллельно друг другу, создавалось впечатление искривленного пространства, будто коридор постепенно закручивался в спираль. В самом его конце, чуть видная на большом расстоянии и казавшаяся не больше спичечного коробка, находилась зеленая дверь.
— Нам везет, — заявил Кэйн. — В это место можно попасть только случайным
