Фаомар удивленно вскинул брови и расхохотался. Курьер ожидал, что он разозлиться и даже готовился, в случае нужды, обнажить клинок. Но смех…
- Милости прошу, - бросил маг, отсмеявшись. - Докладывайте, господин Ла Тойя. Прекрасная выйдет шутка. Уверен, вы доставите моим коллегам пару веселых минут.
- И все же, - сказал Сигмон, чувствуя, как у него начинают гореть уши. - Раз вы не причастны к этим событиям, то почему бы вам не разобраться, что происходит в деревне? Вы же маг. Вам это будет легко, не так ли?
- Я ушел на покой. - Тихо ответил Фаомар. - Мне нет дела до деревни, Вента и всего королевства в целом. Мне нужен только покой. И даже тут, в этой глуши, я не могу найти его.
- Ничего странного, - заметил курьер. - Здесь не такая и глушь.
Фаомар косо глянул на гостя, но ничего не сказал. Взял кубок и отхлебнул вина. Сигмон последовал его примеру, надеясь, что удовольствие от гернийского смягчит горечь разговора.
Скрип половиц застал курьера врасплох. От неожиданности он дернулся, пролил вино и откинулся, нашаривая рукоять сабли… И замер. В дверях стояла женщина - уже не молодая, но еще сохранившая зрелую женскую красоту. Бледность ее лица, которое ничуть не портили высокие скулы, подчеркивали пышные черные волосы, аккуратно завитые по моде десятилетней давности. Ее большие темные глаза были чуть прикрыты, словно дама из вежливости не решалась смотреть прямо на гостя. Длинное платье, явно сшитое хорошим портным, хоть и вышло из моды, но смотрелось замечательно - подчеркивало все достоинства ее фигуры.
- Фимель, - тихо сказал маг и взглянул на Сигмона. - Моя жена.
Сигмон неловко поднялся, едва не опрокинув стул, и поклонился. Он никак не ожидал встретить тут женщину, и был поражен. Он думал, что ни дом, ни его хозяин давно не видели женской заботы. Но ему пришлось удивиться еще больше, когда из-за спины Фимель показалась черноволосая девушка лет восемнадцати. На щеках играл румянец, черные волосы ниспадали шелковистым водопадом на плечи, высокую грудь… Девушка смотрелась намного лучше, выглядела живее, да и платье у нее было намного откровенней.
- Это Лаури, моя дочь - сказал маг и Сигмон, онемевший от изумления, снова поклонился.
Лаури очень напоминала мать, казалась ее молодой копией. Те же черты лица, та же линия плеч… Вот только темно-карие, почти черные, глаза, рассматривающие курьера, похоже, достались ей от отца.
Девушка обожгла Сигмона таким взглядом, что ему стало не по себе. В глазах Ишки он сразу прочитал интерес, приязнь, а чуть позже -желание. А в этом взгляде не было ничего кроме холодного интереса. Лаури рассматривала гостя так, словно он забавное животное. И ему это не понравилось. Он бы предпочел, чтобы дочь мага смотрела на него так же, как дочь старосты.
- Лаури, Фимель, - сказал маг. - У меня гость. Поднимитесь наверх.
Мать и дочь послушно развернулись и вышли из комнаты, не сказав ни слова. Сигмон перевел дух, сел на стул, нашарил кубок с вином и сделал большой глоток. Ему вдруг захотелось обратно в деревню, к тем самым «темным» мужикам. На солнышко.
- Ну что ж, господин курьер, - промолвил маг, поднимая свою кружку. - Думаю, вы сказали все что хотели, и готовы продолжить свой путь.
- Да. Безусловно. - Отозвался Сигмон и одним глотком допил вино.
Намек мага он понял сразу, и даже обрадовался ему. Сигмону не терпелось побыстрее покинуть это странное место, он был по горло сыт и магом и его домом. Поэтому, поставив кубок, он сразу встал, отвесил хозяину поклон и вышел коридор.
Здесь он на секунду замешкался. В воздухе разлился странный аромат, напоминавший запах увядшей сирени. Именно - увядшей. Сигмон сразу подумал, что это духи Лаури. Такой запах подошел бы дочери, но не матери. Слишком игривый и фривольный, что бы его «носила» замужняя женщина. Но его нельзя было назвать приятным. Необычным, интригующим - да. Приятным - нет.
Из дома мага он вышел нарочито медленно, показывая, что ничего не боится, и вразвалочку пошел к диким яблоням. Пройдя мимо деревьев и добравшись до разросшихся кустов, Сигмон воровато оглянулся, и пустился бегом к воротам. Бормоча проклятия, он с разбега перемахнул через забор и прижался к Урагану. Оглянувшись, курьер окинул взглядом неухоженный сад, темный провал двери и дал себе слово, что, вернувшись в город, обязательно зайдет в городскую коллегию магов. Чтобы там не говорил Фаомар, - непременно зайдет.
Урагана даже не пришлось пришпоривать. Конь с места рванул в галоп, стремясь, как и хозяин, как можно быстрее убраться прочь от странного дома.
* * *
Полуденное солнце заливало дворы яркими лучами, припекало, - но уже не жгло. Все же, осень не за горами. Сигмон был этому только рад, - проезжая по опустевшей улице он нежился в солнечном свете, подставлял горячим лучам лицо в надежде, что они изгонят из тела и души неприятный холодок, оставшийся после посещения дома колдуна.
От свежего воздуха и тепла он разомлел и потому не торопился. Но все же, когда впереди показались знакомые ворота, Сигмон подхлестнул жеребца, надеясь, что староста не ушел на поля и дожидается гостя. Поттон действительно его ждал, хоть и не сидел без дела - поправлял покосившийся забор.
Завидев курьера, староста вышел к воротам. Сигмон бросил ему поводья, спешился и, не говоря ни слова, пошел прямо к колодцу, примостившемуся недалеко от дома. Набрав холодной как лед воды, он вволю напился, а потом окунул голову в ведро. Староста, тем временем, увел разгоряченного Урагана в сарай, служивший конюшней. Вернувшись, он встал за спиной гостя, наблюдая, как тот плещет себе в лицо водой.
- Ну, как? - спросил он.
Сигмон снова окунул голову в ведро. От визита к магу было не по себе, в душе остался неприятный осадок, как от неудачного свидания. Сигмону чудилось, что он пропитался сыростью и затхлостью, царившими в старом доме. Ощущение было на редкость неприятным, и курьер хотел избавиться от него. Холодная вода, увы, мало помогала.
- Поговорили, - бросил он старосте, утирая рукавом мокрое лицо.
- Прошу к столу. Перекусим, господин военный. За едой и расскажите, что да как.
Сигмон не стал отказываться, дорога его утомила, а завтрак, казавшийся таким обильным, таинственным образом полностью растворился в желудке.
Угощение, как и в прошлый раз, было простым, но сытным. К колбасе, овощам и каше добавился домашний рассыпчатый сыр и отменная похлебка из бобов, щедро заправленная обжаренным салом. Ишки и ее матери дома не было, - Поттон сказал, что они ушли на поля и вернутся только к вечеру. К счастью - подумал курьер, - они успели приготовить обед.
За едой он рассказал старосте о встрече с магом. Поттон слушал внимательно, не перебивал. Курьер не стал дословно пересказывать разговор, лишь в общих чертах поведал, о чем шла речь. Описывая мага, он понял, что уже не верит в его невиновность. Фаомар оказался подозрительным и на редкость неприятным типом. И если еще утром Сигмон был уверен в том, что маг-отшельник не имеет отношения к таинственным событиям в деревне, то сейчас он бы за это не поручился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
