Сигмону захотелось развернуться и убраться подальше от этого заброшенного дома. Сказать старосте, что тут давно никто не живет, отправиться в Пасам, и навсегда забыть об этой истории. Он даже остановился и взглянул на солнце, прикидывая, - успеет вернуться к обеду или нет.
В этот момент деревянные створки дверей распахнулись, и на крыльцо из темного проема шагнул человек. Сигмон подался назад, положил руку на рукоять сабли и замер.
На крыльце стоял маг, - в этом сомнений не было, никем иным хозяин дома и не мог быть. Правда, он больше был похож на булочника: невысокий плотный старик, с намечающимся брюшком. Но его глаза, - темные, почти черные, - смотрели так, словно готовились пронзить собеседника. Так, как смотрят глаза магов. А в остальном это был обычный старик: копна седых волос рассыпана по плечам, растрепанная борода свисает до пояса. Одет маг был в серый балахон, покрытый сальными пятнами. Неопрятный, неухоженный старик. Сигмону он сразу не понравился - с первого взгляда.
Длинный крючковатый нос хозяина дома указывал точно на курьера, словно маг прицеливался. Сигмон почувствовал себя неуютно и замялся, не зная, что сказать. Пауза затянулась до неприличия, и тогда хозяин первым нарушил молчание.
- Здравствуй, гость, - сказал он. - Что привело тебя ко мне?
- Здравствуй, маг. Я здесь проездом, но у меня есть к тебе разговор.
- Разговор? - Маг вскинул густые брови. - Ну что ж, в таком случае - проходи. Не часто ко мне заходят в гости с разговорами.
Отступив в сторону, маг поманил гостя рукой. Сигмон, на секунду замешкавшись, поднялся по крошащимся каменным ступеням и встал рядом с хозяином дома.
- Заходи, - пригласил тот, указывая на темный проем. - Позавтракаем. За столом разговаривается лучше всего.
От мага разило потом, луком и грязным бельем. Похоже, он не следил за собой, а позаботиться о нем было некому. Курьер нерешительно глянул на темный проем, - из него несло холодом и плесенью, как из склепа, - и подумал, что в другое время он бы и близко не подошел к этому дому.
Маг, видя замешательство гостя, пожал плечами и пошел в темноту. Переступив порог, он щелкнул пальцами и Сигмон чуть не вскрикнул, - в темноте разом зажглись десяток свечей, осветив длинный коридор с множеством дверей.
- Если хочешь поговорить со мной, - тихо произнес маг, - иди следом.
И он пошел вперед, даже не обернувшись, чтобы посмотреть, - идет за ним гость или нет. Сигмон сжал зубы и переступил порог, клянясь, что больше никогда не попадется в ловушку голубых глаз. Никогда и никому он не будет ничего обещать ночью, в постели. Никогда.
Коридор оказался длинным и узким, как нора змеи. Сигмон аккуратно ступал по скрипящим доскам, стараясь не упустить из виду сгорбленную спину мага. Ему бы не хотелось остаться одному в этом коридоре. Ни за что. За то время пока они шли, курьер успел покрыться холодным потом - ему чудилось что в спину кто-то смотрит, а стены коридора медленно сдвигаются, норовя раздавить незваного гостя. Поэтому когда впереди показалась большая дубовая дверь, Сигмон облегченно вздохнул.
Маг привел его в большую комнату с высоким потолком. В центре расположился длинный дощатый стол. На нем стояли большие бронзовые подсвечники, пара пустых глиняных тарелок, и поэтому курьер решил, что это столовая. Она была подстать дому: в углу зияла черная пасть потухшего камина, узкие окна занавешены тяжелыми лиловыми шторами - старыми, проеденными молью в десятке мест. Осмотревшись, курьер заметил, что на полу кое-где лежит мусор, углы затянуты паутиной, а деревянные шкафчики, расставленные вдоль стен - тронуты плесенью. Он подумал, что дом очень похож на своего хозяина - такой же грязный и запущенный. Похоже, магу все равно, - как он выглядит и где живет. Наверняка, проводит все свое время в библиотеке, роясь в пыльных фолиантах и составляя новые заклинания.
- Садись, - сказал маг, указывая на стул с высокой спинкой, стоявший во главе стола. - Будь моим гостем.
Сигмон послушно уселся на стул. Тот жалобно скрипнул, и курьер замер, опасаясь, что древняя деревяшка рассыплется в прах. Маг достал из шкафчика бутылку вина, два старых серебряных кубка, глиняную тарелку с хлебом и чуть подсохшей ветчиной. Все это он поставил на стол перед Сигмоном, а сам сел рядом.
- Здравствуй гость, - бросил он, откупоривая бутылку. - Меня зовут Фаомар. Я маг из Вибера, удалившийся на покой. Кто ты такой и какое дело привело тебя ко мне?
- Меня зовут Сигмон Ла Тойя, я курьер второго Вентского пехотного полка. Следую в Пасам с поручением.
Представившись, как того требовали правила вежливости, Сигмон замолчал. Не хотелось ему вот так, сразу, в лоб, в самом начале разговора бросать обвинения в колдовстве.
- Служба, значит, - проговорил маг, аккуратно разливая вино по кубкам. - Ну что ж, выпьем за второй пехотный полк.
Вино оказалось хорошим - сладким выдержанным гернийским. Катая терпкую сладость на языке, Сигмон удивлялся. Он и подумать не мог, что в этом захолустье встречается питье достойное графского стола. Маг с видимым удовольствием выпил вино, смакуя каждый глоток, а потом наполнил кубки по новой.
- Итак, - сказал он, - какой разговор у тебя ко мне, Сигмон Ла Тойя?
Сигмон сжал кубок, так что он едва не треснул, и решил, - будь что будет. Чем раньше начнется неприятный разговор, тем скорее он кончится.
- Речь о деревне, о Холмовицах.
- Вот как? - нахмурился маг.
- Да. Крестьяне жалуются, что в последнее время вокруг деревни пошаливает нечисть.
- И, конечно, обвиняют в этом меня? Дескать, балуюсь колдовством?
- А это не так? - резко спросил Сигмон.
Маг поставил кубок на стол, поднял взгляд на курьера и его борода воинственно встопорщилась. Он пожевал губами, причмокнул, но так ничего и не сказал. Сигмону почудилось, что маг собрался ответить грубостью, но все же сдержался.
- Деревенским мужланам часто мерещиться всякая дурь, - произнес, наконец, Фаомар. - Я этим не занимаюсь. Не мой стиль.
- А как же трупы? Староста говорил, что нечисть убивает крестьян, а это уже не шутки.
- Трупы видели? - перебил маг. - Померли двое мужиков, занедужила корова, скисло молоко, девку обрюхатили… И виновата, разумеется, в этом нечисть, а не пьянство, лень и деревенские лоботрясы.
- Они обычные крестьяне, - вступился за Холовицких Сигмон. - Не пьяницы и не бездельники. Трудолюбивые и работящие, самые обычные мужики.
- Вот именно, - холодно заметил Фаомар. - Обычные деревенские темные мужики. И мне странно, что вы, господин курьер, принимаете их домыслы за чистую монету. К тому же, как мне кажется, не ваше это дело, нечисть по деревням искать. Так?
- Так, - бросил Сигмон сквозь зубы, уязвленный справедливым замечанием. - Но по прибытии в Вент, я доложу о том, что здесь твориться. В городскую коллегию магов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
