Женщина боролась с этими и подобными мыслями с тех самых пор, как к ней пришел капитан Дикстра и сообщил о крушении «Испанской леди», боролась, несмотря на свои старания попросту не обращать на них внимания. Но когда она увидела высокие зубчатые скалы Гибралтара, то все чаще и чаще стала ловить себя на том, что шепчет слова молитвы и просит Господа уберечь Ригана от гибели, сохранить его живым и здоровым…
— Госпожа! — подошла к Сирене фрау Хольц. — Если вы намереваетесь все-таки сойти на берег, то пора бы уже начать одеваться. Вам не следует болтаться по городу в этом платье, оно не подходит людям с вашим положением.
Сирена бросила взгляд на темно-коричневое шерстяное платье, которое кое-как набросила поверх блузки и обрезанных брюк, когда «Рана» входила в порт.
— Пока я буду переодеваться, Ян, ты прогуляйся до пристани и попробуй там разузнать о корабле Ригана. Я не уйду с «Раны», пока ты не вернешься и не отчитаешься. Понял?
В то время как Сирена стаскивала через голову свой нарядный кружевной лиф, надеваемый обычно поверх корсета, фрау Хольц занималась ее туфлями и легкими, словно паутина, чулками.
— Вы думаете, Ян что-нибудь узнает о местонахождении господина ван дер Риса? — спросила экономка, и Сирена заметила, что женщина отвергала даже самую возможность гибели Ригана вместе с пошедшей на дно посудиной.
— Да, вполне уверена. Я сказала Яну, чтобы он заглянул к начальнику порта. Это надежней всего. Если хоть кто-то знает о судьбе «Испанской леди» и ее экипажа, то чиновникам это тоже известно. Думаю, теперь это только вопрос времени, и скоро мне придется встретиться с мужем лицом к лицу.
Сирена попыталась придать голосу по возможности небрежные интонации, но тревоги в глазах, увы, скрыть не смогла.
— Йа, йа, — согласилась фрау Хольц, — конечно, начальник порта должен знать. Но могу я поверить в то, что вы уже не думаете больше, будто менеер ван дер Рис вас дурачил?
— Да, можешь. Я провела много времени в раздумьях над всем этим и убедилась, что Риган не стал бы искушать судьбу, представляя дело таким образом, будто его корабль пошел ко дну. Скорее всего, «Испанская леди» действительно затонула. Но вместе с тем я уверена, что сам Риган жив и здоров. Он слишком опытный моряк, чтобы так вот просто стать жертвой несчастного случая. Кроме того, он постоянно хвастался, что живуч как кошка.
* * *
Прошло три дня, но ни Сирена, ни ее команда не смогли найти никаких сведений относительно Ригана. Известно было только, что «Испанская леди» действительно затонула, причем недалеко от берега, уже направляясь в Кадис.
Всякий раз, когда Сирена отправлялась на поиски информации, касающейся Ригана, у нее поднималось настроение и почему-то возникала уверенность, что наконец удастся выведать у кого-нибудь о теперешнем местонахождении супруга. Однако каждый вечер она возвращалась на корабль еще более подавленной, чем день назад. Вся команда рыскала по городу, надеясь добиться хотя бы слова о Ригане ван дер Рисе, но тоже возвращалась назад без новостей.
Оптимизма у Сирены сильно поубавилось. Она пыталась разыскать синьора Тео Эстевана Арройю, управляющего делами семейства Кордес, но опять-таки тщетно. Сирена, без сомненья, догадывалась, что если бы Риган приехал в Кадис, то обязательно попытался бы встретиться с Эстеваном Арройей и обсудить возможность передачи ему, ван дер Рису, состояния семьи Кордес. Но, увы, Тео Эстеван находился сейчас где-то в Саламанке и должен был появиться в Кадисе не раньше чем через полгода.
Поначалу Сирена всерьез подумывала отправиться в Саламанку и попробовать найти там Тео Эстевана, но возможность разминуться с ним где-нибудь на пути отпугнула ее. Кроме того, никто из служащих в конторе синьора Арройи не смог обнадежить Сирену в том смысле, что их хозяин, например, не отправился в Италию, чтобы навестить дочь, недавно вышедшую замуж за какого-то миланского банкира. Что ж, сидеть сложа руки в Кадисе и ждать, пока объявится поверенный?! Нет, такая перспектива не улыбалась Сирене. Сердце ее разрывалось на части. Надо что-то делать, хоть что-нибудь, несмотря на то, что, по всем признакам, Риган действительно вместе со своим кораблем отправился на дно моря…
— Фрау Хольц! Якоб! Ян! — громко позвала Сирена, с силой распахивая дверь каюты. — Готовьтесь к отплытию. Мы идем в Голландию!
ГЛАВА 4
— Господин ван дер Рис, — властно проговорил заведующий пансионом при школе. — Надеюсь, вы уже извещены о том, что в комнате для посетителей вас ожидает дама. И меня вам проигнорировать не удастся, как это вы сделали с нашим юным посыльным из дортуара, — строго предупредил пожилой ученый. — Настоящий мужчина никогда не заставляет женщину ждать. Так что ступайте немедленно, прежде чем она подумает, что вам, к сожалению, недостает воспитания.
Калеб нахмурился:
— У меня нет желания встречаться с кем-либо… После визита Ригана — а с тех пор прошло уже несколько недель — юноша держался в стороне от общества своих школьных товарищей, с которыми раньше веселился напропалую. Он полагал, что сегодняшняя посетительница была всего лишь очередной сестрицей кого-нибудь из друзей, явившейся немного пофлиртовать с ним и развеять мрачное настроение, которое владело им в последнее время.
— Правильно ли я расслышал вас, молодой человек? — спросил заведующий. — А, вижу, что правильно! Конечно, я не могу заставлять вас идти к ней, но с вашей стороны подобное поведение будет особенно неучтиво, поскольку эта дама говорит, что проделала огромный путь с Явы только для того, чтобы увидеться с вами.
Калеб порывисто вскинул голову, в глазах вспыхнул огонь.
— Вы сказали Ява, менеер?
Не дожидаясь ответа, юноша сломя голову помчался в приемную.
— Сирена! — неистово прокричал он. — И это в самом деле ты?
Калеб с силой обхватил ее и даже немножко поднял над полом.
— Мысленно удирал отсюда, как только заканчивался очередной семестр, и возвращался на Яву. Дни тянулись за днями, и я уже думал, что никогда тебя не увижу. Ты прекрасно выглядишь! Как, интересно, ты добралась сюда? Неважно, я и так знаю! «Рана», да?
Тут вдруг воодушевление Калеба резко спало, он поставил Сирену на пол в некотором отдалении от себя.
— Ты слышала, — сказал он тихо, — и поэтому приехала. Ты получила известие от отца…
— Риган! Ты знаешь, где он?
Калеб кивнул. Радость Сирены была столь полной, что она обвила своими тонкими руками шею юноши и горячо обняла его.
* * *
— О, как я счастлива тебя видеть! А Риган, где же он? Боже, я не могу больше ждать той минуты, когда увижусь с ним снова и скажу, что это была моя ошибка, моя вина, что это были поступки глупой женщины, которая безумно его любила и любит! Он в порядке? — спросила Сирена тревожно. — Где он? В Англии?
