Олег Константинович чуть заметно шевельнул обеими руками, явно предлагая мне согласиться.
Технически-то за нашу безопасность отвечала Римская империя. Передо мной приносили извинения в виде громадных денежных потоков и, что важнее любых ассигнаций, получить монополию на нефть в Римской империи, диктуя свою волю чужой стране. А вот расправиться с теми, кто так жестко унизил всю верхушку власти в Риме, должны сами римляне.
Я от такого положения дел ничего не терял. Мне ничего не мешало установить слежку за вербовочным пунктом «Мертвой головы», и прямо сейчас «Оракул» вел наблюдение за всеми членами организации в столице империи. Кто конкретно будет громить наемников — мне, по сути, без разницы, я все равно услышу и увижу все, что пожелаю.
Но был один момент. Я не желал делиться мощью искусственного интеллекта с деспотом. А потому мне понадобится законный повод покопаться в результатах допросов. Римская служба безопасности с этой техникой прекрасно знакома, как и любая другая подобная служба.
— Если вы, Марк Асиниус, лично предоставите мне копии всех документов, связанных с этим нападением, я согласен не вмешиваться в дела вашей службы безопасности против наемников, — озвучил я свое условие.
Сенатор, кажется, с трудом подавил улыбку.
— Разумеется, как пострадавшая сторона, вы получите полный доступ ко всему, что связано с этим делом, — легко пообещал он. — Более того, насколько мне известно, деспот намеревался пригласить вас лично наблюдать за проведением допросов. Чтобы ни у одной из сторон не возникло подозрений, что Рим кого-то покрывает, и никаких претензий в будущем не последовало.
— Ваш деспот очень прозорлив, — улыбнулся я.
— Именно так, Дмитрий Алексеевич, — кивнул сенатор, поднимаясь на ноги. — Полагаю, мы закончили. Если у вас нет никаких дополнительных просьб или пожеланий, я откланяюсь.
— Я бы хотел, чтобы мне предоставили неприметный, но защищенный транспорт, — тут же озвучил я. — Я давно мечтал побывать в Риме, а толпы зевак могут испортить впечатление от посещения достопримечательностей вашей прекрасной империи.
Марк Асиниус кивнул.
— Машина будет ждать вас через два часа у выхода. Водитель вам потребуется?
Я повернулся к Олегу Константиновичу.
— Ростислав Владимирович ведь умеет водить гражданские автомобили?
— Разумеется, князь, — чуть улыбнулся мне посол. — И я выделю одного шофера ему на смену.
— В таком случае, как я и сказал, машина будет вас ждать на парковке отеля, — подвел итог сенатор.
— Позвольте я вас провожу.
Посол уходить не торопился. И когда за Марком Асиниусом закрылись двери, Олег Константинович с улыбкой обратился ко мне:
— Князь, я надеюсь, что ваш автомобиль не будет связан с каким-нибудь кровавым делом. Прошу вас не забывать, что вы здесь — гость, — произнес он. — Вы пообещали сенатору, что не станете трогать наемников лично, но вы ведь не только «Мертвой головой» будете заниматься?
Я улыбнулся и развел руками.
— Что поделать, Олег Константинович, вы меня раскусили.
Посол несколько секунд обдумывал мои слова, после чего сказал:
— Храни вас Бог, Дмитрий Алексеевич. Если вам нужно будет любое содействие, помните, что на территории посольства Русского царства вы всегда будете защищены от любого преследования и вне юрисдикции Римской империи.
Мы попрощались, и посол покинул помещение, оставив меня наедине с самим собой.
Я не просто так отказался лично бить лица наемникам. Они — всего лишь исполнители заказа, и хотя мне интересно, как они все это провернули с технической стороны, но ответы нужно искать у других людей.
Вот ими-то я и займусь, как только пойму, кто конкретно настолько уверовал в собственное бессмертие, что осмелился бросить вызов мне. Уж после всех моих демонстративных расправ над сильными одаренными, на стороне которых были армии целых государств, надеяться на то, что ему удастся отсидеться, может только самоубийца.
Подняв трубку стационарного телефона, я дождался, когда мне ответят сотрудники отеля.
— Чего желаете, ваше сиятельство? — спросил приятный женский голос такой интонацией, которая сразу же должна сказать собеседнику, что его хозяйка готова на все, лишь бы исполнить все его прихоти.
— Организуйте мне кофе, — велел я, и после короткой паузы добавил: — И передайте Ростиславу Владимировичу Иващенко, что я жду его на ужин.
— Сейчас же все будет исполнено, ваше сиятельство, — отозвалась она.
* * *
— Князь, все готово, — доложил подполковник Лесной.
— Отлично, выдвигаемся, — ответил я и взглянул в зеркало заднего вида. — Ростислав, трогай.
Иващенко толкнул рычаг и вдавил педаль. Черный тонированный легковой автомобиль, предоставленный из личного автопарка сенатора Асиниуса, плавно тронулся, быстро набирая скорость.
Улицы ночного Рима впечатления на меня не производили. Если бы не вкрапления исторических памятников да брусчатка на некоторых улицах, на которой машина дрожала от неровностей, я бы и не отличил от любого другого крупного города.
— А вот и наша карета, — заметил Ростислав, сворачивая в темный переулок.
Здесь уже ожидал микроавтобус с парой бойцов царской разведки, переодетых в гражданскую одежду. За тонированным стеклом никому не разобрать, сколько пассажиров в автомобиле и кто конкретно сидит в машине. Но на всякий случай пара бойцов мелькнет перед камерами — так, чтобы не было видно лиц, однако было ясно, что в машине сенатора все так же два человека.
Поменялись мы быстро. Военные продолжили путь на нашем автомобиле, а мы с Ростиславом нырнули в микроавтобус и направились в обратную сторону. Водителем оказался младший лейтенант разведки. Маршрут он уже знал и вел машину уверенно.
— Надевайте, Ростислав, — велел я, вручая своему биологическому брату комплекс. — На этот раз полный комплект, подполковник постарался и добыл для вас личный доспех.
Сержант кивнул и с некоторым благоговением, но все же без промедления стал натягивать броню кремлевских гвардейцев. На самом деле без опознавательных знаков да в ночной темноте мало кто опознает, что это именно русское оружие. Конструкторские особенности у всех тяжелых доспехов похожи, а давать врагам время, чтобы разобраться, я не собирался.
Сам я надел легкий доспех с установленным внутри блоком невидимки, и тоже без гербов на броне. Не то чтобы я боялся обнаружения, однако возможность незаметно подкрасться к сенатору Квинту Овидию, собирающемуся покинуть столицу Римской империи, я счел полезной.
— Готов, князь, — уже по связи сообщил Ростислав.
— Выход через три минуты, — доложил младший лейтенант, заведя машину в порт.
Не знаю, взялись бы наемники за такой провокационный заказ, если бы сенатор Квинт Овидий не поклялся вывести их из-под удара. Однако факт оставался фактом — именно он передал «Мертвой голове» заказ на поиск и уничтожение выживших после катастрофы.
И пока служба безопасности Агриппы IV закончит ловить исполнителей, я задам Овидию несколько щекотливых вопросов. А пока мы будем общаться, машина сенатора
