Приближалась ночь, долгая ночь; у нее еще было время вернуться на базу, не вызывая помощи, и теперь каждый день увеличивал опасность.
Она бежала дальше.
В следующий раз, когда она отдыхала и пополняла ресурсы, ее вызвала Кракен.
— Да, дорогая? — стиснув зубы, сказала она.
— Привет, — произнесла Кракен. Повисла пауза, и Дарти чувствовала, как она с трудом подавляет свои эмоции. Шаг. Шаг. Пока ноги несли ее, ничто не могло ее поймать. Эта боль в груди только от быстрого бега. — Замин говорит, что беспокоится о тебе.
Дарти фыркнула. Она проспала слишком долго, но теперь, возобновив бег, она почувствовала, что долгий отдых благотворно повлиял на ее состояние.
— Ты знаешь, о чем Замин хотела со мной поговорить? О тебе. Ты такая замечательная. Заботливая. Очаровательная. — Дарти выдохнула. — Как часто люди рассказывают тебе о том, что я замечательная?
— Ты, наверное, удивишься, — сказала Кракен.
— Очень сложно быть коллегой кого-то настолько совершенного. Когда тебе приходилось в последний раз бороться за что-нибудь? У тебя была замечательная жизнь, Кракен, от рождения до сегодняшнего дня.
— Вот как? Мне повезло, я не отрицаю. Но я работала в поте лица. Я многим поступалась. Ты считаешь меня идеальной, потому что видишь меня в промежутках между периодами, когда я ненавижу все, чем занимаюсь.
— Каждый видит тебя такой. Если в загробной жизни поют дифирамбы, будь уверена, ты их себе обеспечила.
— Я хотела бы, чтобы ты слышала, что люди говорят о тебе. Люди восхищаются тобой, милая.
Прыжок. Прыжок. Ритм бега успокаивал ее, как ничто другое. Она даже смирилась с постоянной сыростью между пальцами ног, ягодицами и потом, текущим за ушами.
— Они любят тебя. Меня они терпят, — возразила Дарти. — Никто и никогда не видел во мне того, что видела ты.
— Да, — ответила Кракен, — я-то не пытаюсь казаться совершенной. Ты, кстати, напомнила мне вот о чем: эта твоя необходимость доказать себе… это ведь патология, Дар. Я люблю тебя. Но считаю, что твое поведение нездоровое. Амбиции — это прекрасно, но ты выходишь за пределы амбиций. Все, что ты делаешь, достаточно хорошо. Но ты отрицаешь собственные достижения и раздуваешь успехи тех, кто вокруг тебя. Ты выросла в долине Афродиты, там тридцать тысяч человек на всей этой проклятой планете. Тебя не должно удивлять, что, как бы ты ни была замечательна, найдутся люди такие же способные и умные, как ты.
Шаг. Еще шаг.
Она смотрела вперед, даже когда спорила, хотя ее внимание было сконцентрировано не на дороге. Инстинктивная осторожность помогла ей удержаться на самом краю обрыва.
Перед ней, точнее, ниже ее круто обрывалась скала. Над долиной тянулись вверх прямые стволы. Но это не заросли джунглей, это настоящая чащоба, деревья здесь выше и стоят плотнее, чем где бы то ни было. Под покровом леса царил мрак, и, хотя Дарти слышала, как дождь барабанит по листьям, лишь малая часть капель проникала вниз.
Между стволами, там, где еще позволяла листва, Дарти могла видеть знакомые, в форме полумесяца, крыши жилищ венерианских аборигенов, некоторые из них терялись за скоплениями закопченных каменных башен, возвышающихся между деревьями.
Она стояла на краю утеса и смотрела на то, ради чего пролетела полмира, а потом пешком прошагала тысячу километров. Из-под пальцев у нее посыпались мелкие камешки, и она поднесла руку к голове, словно говорила с Кракен по телефону, прикладываемому к уху, а не по ментальной связи. Пещеристые руины тянулись дальше, чем она могла разглядеть, даже когда костюм подключил ночной режим видения. И в этом странном лесу было полно разноцветных летающих существ.
— Милая?
— Да? — спросила Кракен, ожидая.
— Я тебе перезвоню. Я только что обнаружила на Иштар затерянный город.
Дарти шла среди руин. Это было все, о чем она мечтала. И даже больше. По скале она спустилась дюльфером, ее ноги утонули в зеленом подлеске, и она побрела к городу в благоговейном молчании. Она отвернулась от сырой, заросшей лишайниками скалы, отполированной сотнями ног, и посмотрела вверх, на лес, с его гейзерами, фумаролами и деревьями, простирающийся на юг и на запад насколько хватало глаз. Позади нее высилась базальтовая скала — основание вулкана, терявшегося за туманами и поросшего лесом. Воздух был чистым, она давно уже не дышала таким чистым воздухом. Деревья высажены рядами, в определенном порядке, как столбы в огромном волшебном зале. Здесь жил король великанов, а Дарти была Джеком, за тем исключением, что она не поднялась по бобовому стеблю, а спустилась вниз.
Стволы не могли бы обхватить и десять мужчин, взявшихся за руки, а вершины их терялись в тумане. Высота деревьев ограничена капиллярными силами; как же эти гиганты способны поднимать влагу для листьев? Возможно, они поглощали воду как из почвы, так и напрямую из облаков.
— Ого, — произнесла Дарти. И голос ее отразился и усилился, звуча тонко и ясно. — Если бы Замин это видела!
Дарти вдруг поняла, что, если деревья окажутся новыми видами, она хотела бы дать им названия. Они были настолько огромны и так сильно поглощали падающий свет, что под ними почти не было других растений. Немного папоротниковых, немного мхов. Лохматые лишайники покрывали толстые стволы. Там, где одно из деревьев рухнуло, пробивалась стена света, и струйки дождя сверкали, как стеклянные бусы. Это была грязная лужица реального мира в этой стране чудес. Деревья стояли, словно древние боги, лица которых она не могла увидеть.
Дарти заставила себя перевести взгляд на строения. Их были десятки, если не сотни! И они из того же загадочного, непроницаемого полупрозрачного материала, что и развалины в долине Афродиты. Но здесь они были в шесть, десять раз больше любой из тех развалин. А может, и еще больше. Ей надо собрать команду. Она должна привести сюда экспедицию. Потребуется соорудить базовый лагерь недалеко отсюда. Этому месту нужно дать имя…
Ей необходимо вернуться к работе.
Она вспомнила, что следует задокументировать находку. Она не могла пока сказать, для чего предназначались те или иные здания, возможно, у людей с Земли вообще не было построек для тех целей, которые преследовали аборигены. Дарти разглядывала огромные здания — они разной формы и размера, выстроены в виде дуг или полумесяцев, иногда меньшая по размерам дуга находилась внутри большей. Вход в некоторые строения хорошо заметен, но она напомнила себе, что лезть внутрь неподготовленной — плохая идея. Это не только опасно для нее самой — она могла случайно разрушить ценные находки.
Дарти с трудом взяла себя в руки и осталась снаружи.
Костюм вел видеозапись, и теперь она
