взяла с ее колен маленькую девочку. Малышка вроде накуксилась сперва, а потом принялась теребить светлые кудри гостьи. У Турана вдруг отчаянно забилось сердце.
Вид длинноногой красавицы невероятно взволновал. «Наверно, ее друг подойдет позже, она просто не может быть одна – веселая, быстрая, с гибким стройным телом, с загорелыми изящными руками, которые могут жарко обнимать…» Туран стремительно сорвался с места, чтобы умчаться дальше от этого волнующего зрелища.
Этой ночью он впервые за несколько месяцев снял напряжение надежным способом, к которому старался прибегать как можно реже, не желая потакать своим слабостям, избегая постыдной зависимости. Но пока одна его рука быстро двигалась, в голове ясно стоял образ рыжеволосой Богини в белой футболке с открытыми рукавами и в коротких шортиках, выставляющих напоказ стройные загорелые ножки.
Еще Туран представлял, как подходит к ней сзади, чтобы она не видела его обезображенного лица, как кладет руки на мягкие холмики ее грудей, на ее нежный животик, как ладони его скользят по шелковистой коже выше под футболку, а может, одна рука его даже опустится наоборот ниже, в шортики, а там… в сокровенной тесной глуби таится тот самый, безумно манящий женский рай, недосягаемый для него – отщепенца.
Ох, как много представлял себе Тигр, понимая, что это лишь обычные мужские грезы, а восхитительная девушка, увиденная им сегодня, никогда не будет даже сидеть рядом с таким уродом, как он.
* * *
Тори прожила в «Северном» всего-то неделю, но отношение к ней старожил было уже неоднозначным. Больше всего за короткое время она сблизилась с Хати – Иваном, – схожие по взрывному характеру, они быстро нашли общий язык, что не могло не вызывать недовольство у Кати Пермяковой.
А вот Лиза подругу успокаивала, советовала относиться проще к сложившейся ситуации.
– Ну, что ты себя зря накручиваешь? Вика просто озорная девчонка, у нее нрав игривый. Пусть себе смеются, дурачатся. Хати никогда тебя на нее не променяет, уж поверь мне, я твердо знаю. Вика для него «свой парень», они подружились, а к тебе у него глубокие чувства, вы близки по-настоящему.
– Я уже смотреть не могу, как она об него трется, меня это раздражает! – негодовала Катя.
– Ну, так вырази свои чувства! Хочешь, я с ней поговорю?
– Не надо, Лиза, тогда получится, что я истеричка ревнивая. Может, ты права, я больше себе напридумывала, а на молодежь наговариваю.
– Нет повода для беспокойства. Хотя, понять тебя могу. Девчонка она аппетитная, конечно… но, сама подумай, вы с Ваней не будете же до старости в лесу куковать, когда-то вернетесь в большой мир, а там много симпатичных девиц.
Лиза не успела закончить мысль, как Катя перебила ее новым вопросом.
– А если бы она так перед твоим Володей вертелась?
– Убила бы сучку… – ласково улыбнувшись, прошептала Лиза. – Шутка такая, а вовсе не руководство к действию.
Вот и пойми – дразнит или серьезно. Катя вздохнула и снова начала жаловаться.
– Я себе последнее время места не нахожу, все раздражает, какое-то беспокойство. Плакать хочется.
Лиза проницательно посмотрела на подругу.
– А дни твои женские вовремя приходят?
– Да я сюрпризов вообще не жду. С Антоном полгода жили, а что толку? Нервы себе только истрепала.
– Ты про бывшего забудь! Нашла еще кого вспоминать – озабоченного извращенца!
В это время беззаботная Вика, напевая вполголоса популярную песенку, шла на берег озера, чтобы позагорать и искупаться, благо погода в первые дни августа еще позволяла. Также она планировала почитать какую-нибудь «высокодуховную» литературу и очистить ум от житейской суеты.
Дело в том, что еще в подростковые годы, Тори пристрастилась к изучению брошюрок по самосовершенствованию тела и души. Много было времени зря потрачено на пустые, банальные книжонки о развитии в себе экстрасенсорных способностей, «просветлению разума» и «Вселенской любви», но как-то ей в руки попались любопытные книжечки А. Свияша, а потом бухгалтер – коллега Аллы, помешанная на Индии, подарила маленький томик Ошо.
Вика просто влюбилась в индийского мудреца. Читать его рассуждения было легко и приятно, они лились в неопытную душу словно медовые реки, оставляя свежее терпкое послевкусие. Свобода от авторитетов, вседозволенность и раскрепощенность, особенно в любви.
Что еще хотелось знать шестнадцатилетней девушке, которая считала себя гадким утенком за свою угловатую фигуру, высокий рост и веснушки?
Чуть позже, досыта хлебнув этой самой свободы, Тори на время забросила сладкоголосые проповеди индийского философа и обратилась к доброжелательным увещеваниям Луизы Хей. Надо сказать, книги последней и в самом деле помогли. У них с Луизой оказалось много чего общего. Например, беспокойное детство и насилие…
Истории чужой стойкости позволили Тори поверить в себя, принять себя, и дали надежду – жизнь, какой бы она не получалась, в восемнадцать лет уж точно не заканчивается, и впереди может принести еще множество приятных приключений.
А вот как раз приключения она любила и предвкушала. Одно время ее любимым фильмом был «Пираты Карибского моря» с гламурным Джеком Воробьем. Вика и сама себя порой воображала этакой отчаянной пираткой-хулиганкой, ловко взбирающейся по корабельным снастям, одной «левой» одолевающей вооруженных до зубов головорезов.
В реальности же головорезы были куда более жестоки и опасны. И уж ей одной с ними точно было не справиться.
Но, кажется, все неприятности и страхи остались позади в шумных городах, а сейчас Тори – Виктория собиралась отдыхать под расщедрившимся в конце сибирского лета солнцем.
Оказавшись на низком берегу озера со сказочным названием Дубровное, Вика отложила книжку в сторону, скинула с себя платье и, оставаясь в раздельном купальнике, подставила небесам юное тело, и без того обласканное городскими соляриями.
А из-за деревьев в сорока метрах от нее, незаметный за ивами, стоял Туран. Он будто остолбенел, просто глаз не мог оторвать от открывшегося ему роскошного зрелища. Рыжеволосая богиня сейчас стояла к нему спиной и была так искусительно близко, что можно было почуять тонкий аромат ее слегка вспотевшей кожи.
Она словно нарочно дразнила его, откидывая руками волосы, покачиваясь из стороны в сторону всем телом, прогибаясь назад и вперед, выполняя гимнастические упражнения, а потом…
Туран даже закрыл глаза, не в силах поверить, что все это происходит с ним не во сне. Девушка вдруг отбросила в сторону тряпочку, прикрывавшую грудь, и вышагнула из маленьких трусиков, оставшись совершенно голой. Потом засмеялась и подпрыгнула, вытягивая вверх руки.
Сейчас Вика и впрямь напоминала древнюю языческую богиню – неукротимую, страстную и невероятно притягательную для покоренных мужчин. Туран желал бы и дальше любоваться этим прелестным виденьем, но охотничий инстинкт заставил насторожиться.
Далеко в кустах молодого ивняка забеспокоились мелкие пичуги, заверещала сорока, а значит,
