и много, как сегодня, я ела больше года назад?
И что тогда? Меня отправят в интернат, где, возможно, ещё хуже. А вывод будет такой: хотели, как лучше, а получилось, что получилось.
На самом деле, могло быть и хуже, многие дети, особенно в интернате начинают работать, как только научились обслуживать себя. Они отрабатывают средства, которые были на них затрачены, не на самых приятных работах.
Поэтому, спасибо, обойдусь от столь «интересного» предложения. Благими намереньями вымощена дорога для раннего ухода в энергополе.
– Миссис Бронина, моя мать, конечно, не претендует на почетное звание «матери года», но… всё нормально.
– Ладно, Лира, я понимаю, чего ты опасаешься. – Миссис Бронина решила не давить на меня, вот и прекрасно. – Не собираюсь тебя подставлять и вызывать органы опеки, хотела поговорить с Ниной и вставить ей мозги на место.
– Будто там есть, что вставлять. – Пробормотала я тихо.
И уже громче сказала.
– О, вот этого не нужно, ваш разговор может сделать только хуже.
Миссис Бронина решила не продолжать дальше разговор на неприятную тему и спросила о моих планах после окончания школы.
– Собираюсь попробовать пробиться в районную администрацию собирать документы на бирже труда или жилищно-коммунальный отдел, а возможно, мыть полы там… Не знаю, как получится, у меня достаточно неплохие отметки, – ответила я.
– Можно будет попробовать устроить тебя на ферме моего мужа.
– Спасибо, я подумаю. Ещё минимум два года думать, до окончания школы. В крайнем случае в магазине меня всегда рады видеть, там тепло и работа не такая сложная, как на ферме.
Миссис Бронина предложила забрать мне одежду, которая из-за значительно округлившегося животика стала на неё мала. И, как она сама сказала, эта одежда вряд ли налезет после родов.
– Уж очень муж балует меня сладким, – улыбнулась она.
Я была только рада забрать всё это богатство. Выбрала теплую куртку, несколько брюк, три блузки разных цветов и два свитера, несколько пар новых теплых носков, небольшой клатч и огромную сумку, в которую я влюбилась с первого взгляда.
Кажется, сумки были новыми, да и невозможно из них «вырасти».
Да и остальная одежда поношенной не выглядела, но не стала заморачиваться, если она посчитала возможным всё это мне отдать, спорить не буду.
Миссис Бронина всегда красиво одевалась, выбирая дорогую и стильную одежду, ни разу не видела её в стандартном сером комбинезоне. Параметры фигуры у нас не слишком отличались, ну… до её беременности. Поэтому в этой одежде я не выглядела глупо или как с чужого плеча. Оставалось ощущение, что весь этот клад был куплен лично для меня. Это как подарок на день рождения, только в сто раз лучше. Так неожиданно и от всей души.
От такой доброты у меня на глаза навернулись слёзы. А нос предательски хлюпать. Соберись, Лира. Сжала руки в кулаки, поблагодарила за столь щедрые подарки. И начала собираться.
Только предупредила миссис Бронину, что буду забирать вещи постепенно, чтобы не нарваться на проблемы с матерью. И попросила её не говорить маме, что она мне отдала вещи, неизвестно, на какую реакцию нарвемся.
– Лира, не переживай, я ничего не скажу. Но, если станет хуже, ты можешь пожить у меня.
Начали жечь глаза от непрошенных слёз. Как же давно я не чувствовала простого человеческого тепла и заботы!? Не слышала добрых слов и не чувствовала искреннего интереса к себе!? Нина уже давно не интересуется моими делами в школе, на работе. Мне так не хватает обычного общения, когда можно просто поговорить с близким человеком о чём-то незначительном, поделиться своими мыслями и чувствами. Кажется, я начинаю забывать, как это – быть нужной и любимой.
Пора бежать отсюда, иначе затоплю миссис Брониной весь дом своими слезами.
***
Разговор с мамой и глупые мысли не давали расслабиться и сосредоточиться на учебе. А еще не давала покоя мысль, как там неугомонная Крис. Написала ей, но в ответ тишина…
Эта особа с низким уровнем самосохранения не послушала меня, пошла всё-таки на эту сомнительную сходку. И влезет же в самое пекло, чтобы найти приключений на то самое неугомонное место. Посмотрела на время и решила пойти забрать ее.
Быстро надела свой неприметный комбинезон, волосы спрятала, погладила стены и шёпотом попросила:
– Домик миленький, выпусти меня так, чтобы никто не услышал и не узнал, что я уходила.
Тихонько выскользнула из дома.
Решила идти не по центральной улице, боялась, что кто-то меня заметит. Пошла в обход к парку, где должно было свершиться возмездие над энергоодарёнными.
Но свершится только избиение младенцев. Ну не верю я, что Питу даже совместно со всеми парнями из людского квартала удастся как-то уязвить одарённых. Я шла с возвышенности к парку, стали уже видны огни и толпа людей в парке.
Выкрики среди толпы: «Долой одарённых!», «Не дадим в обиду своих женщин!», «Убей их, Пит!».
О, энергополе, подружка моя, куда ты влипла?
Спряталась за дерево на холме, не решаясь подойти поближе. Пыталась найти взглядом Крис.
Нашла её довольно быстро в этой галдящей толпе. Потому что Крис стояла у самого импровизированного ринга, транслировала какую-то надпись с коммуникатора. С места моего обзора видно не было, что написано, но не думаю, что слова о том, как все рады встрече с одаренными. Взяла себя в руки, нужно пробраться через толпу и забрать Крис как можно быстрее. Потому что одарённые тоже пришли компанией, как я и подозревала. Ничем хорошим это не кончится.
Только решилась выйти из своего укрытия, как небо осветилось вспышкой света, на несколько минут мне казалось, что я ослепла.
Посмотрела на арену, одарённые стояли кругом и одновременно высвобождали энергию, чтобы нанести как можно больший ущерб людям.
Люди, стоявшие возле арены, лежали обугленными кучами, в которых с трудом угадывались тела.
Те, кто стоял немного дальше, кричали от боли, пытались ползти подальше от этого гиблого места. Их тела были обезображены ожогами, куски уцелевшей одежды намертво вплавились в кожу.
Я закрыла рот двумя ладонями, чтобы не начать рыдать. Ведь среди покалеченных и мертвых людей мои школьные знакомые, моя подруга, которой, скорее всего, нет в живых.
Одарённые стояли
