такое. Она увлеклась очередным экспериментом, заснула. Горничную и вовсе убили по ошибке. Хотели ее, Каролину, но перепутали с наглой девицей, позарившейся на чужую еду и постель. Пусть братец разбирается, это его обязанность.
Принцесса живо представила спектакль, который разыграет. Немного слез, немного крика — все так натурально.
В дверь постучали, настойчиво забарабанили.
Каролина упала на колени, быстро сунула письма в тайник под полом, и только тогда отозвалась:
— Что вам угодно?
Голос ее звучал заспанно и недовольно.
— Ваше высочество, отоприте!
Принцесса нахмурилась. Начальник стражи. Но улик никаких, ей нечего бояться.
На миг екнула сердце. Вдруг там, на руках солдат повис избитый Арчибальд, вдруг его кинут ей под ноги? Но нет, Арчибальд не предаст. Пожалуй, только на него Каролина могла в полной мере положиться.
Щелкнул замок.
По ту сторону оказалась целая делегация. Сколько знакомых лиц, как помпезно! Не хватало только Квентина. Каролина против воли усмехнулась. Прежде ее персоне не уделяли столько внимания.
— Хвала небу, вы живы! — выдохнул «дядюшка» Элис Формор.
Именно так, в кавычках, хотя по крови он действительно приходился братом ее отцу.
— Что случилось?
Принцесса потерла глаза, будто стук в дверь разбудил ее.
— Беда, ваше высочество. Герцог Эра убит.
И ни слова о покушении на нее. Занятно! Хотя все они только обрадовались бы, если бы ненавистной принцессы не стало.
— Вот как… — задумчиво протянула Каролина, сжала и разжала пальцы. Переигрывать нельзя, никто не поверит, будто гибель канцлера ее опечалила. — И кто же посмел? Преступник пойман?
— Ищем, ваше высочество, — ответил начальник стражи, вечно мрачный барон Утрех.
Слишком пристально он на нее посмотрел, принцессе это не понравилось.
— Надеюсь, найдете. Что-то еще?
Скажут или нет?
— Да, племянница. — Племянница! Ее чуть не стошнило от лживого слова. — Отныне вам надлежит постоянно находиться под присмотром. В свете последних событий…
Каролина заливисто расхохоталась.
— Полноте, Элис! На вашем месте я бы отправила меня гулять в темном лесу глубокой ночью.
Герцог — после гибели старшего брата титул перешел к нему — заскрежетал зубами.
Принцесса снисходительно улыбнулась:
— Я не слепая, дядюшка, нo готова сделать вам приятное. Εсли вам так легче расследовать убийство бедного канцлера, я готова терпеть заунывный вой Памелы, который она по ошибке называет чтением.
Каролина опасалась упорствовать. Οна понимала, дело не чисто, приказ запереть ее отдал братец. Он что-то заподозрил, надеется, сестра выдаст себя. Только Каролина умнее.
— Тогда позвольте сопроводить вас в покои. — Успокоившийся Элис подставил племяннице локоть. — Я лично позабочусь о том, чтобы вы ни в чем не нуждались.
Дверь заколотит и голодом заморит? Нет, пока остережется, ведь он надеялся выдать Каролину за своего родственника. Дальнего, седьмую воду на киселе, ведь Илон, дядя предполагаемого жениха, ему только кузен, хотя тоже член Совета.
В покоях Каролины ничего не напоминало о разыгравшейся ночью трагедии. Тело горничной исчезло, постельное белье сменили, остатки пищи выбросили, а ковер тщательно почистили. Служанки опускали глаза, старательно изображали, будто покушение — плод воображения принцессы. Но она умела чувствовать страх, тот самый, липкий, густой, который исходил от канцлера перед смертью. Он пах кислыми яблоками.
И, разумеется, никакого Арчибальда.
Каролина закусила губу. Без лорда Трайда она свихнется от скуки. Пяльцы, рыцарские романы, беседы о погоде — и так час за часом…
Принцесса забеспокоилась, когда Арчибальд не появился ко второму чаю. Она нервно сжимала ручку чашки, каким-то чудом умудрившись ее не сломать. Делала глоток за глотком — напрасно.
Внутри, где-то в животе, закручивалась ледяная спираль.
Ему ничего не грозит, его не казнят.
Не выдержав, с напускным безразличием Каролина поинтересовалась у старшей фрейлины:
— Α где же лорд Трайд? Неужели он бросил нас посреди кошмара?
— Ваш брат счел необходимым ограничить ваше общение с юным лордом, — сухо, обронила придворная дама.
Ручка таки треснула. Хрупкий фарфор — против заключенной в клетку ярости.
— Вот как? — Сквозняк обжег лица сидящих, заставив вспомнить покойную королеву. Когда та гневалась, лопались стекла, вьюга завывала в камине. — Он не соизволил объяснить почему?
— В свете вашей будущей помолвки, ваше высочество, — грозно глянула на нее леди Энкс. — Дабы не поползли слухи.
Каролина отставила пострадавшую чашку и откинулась на спинку кресла.
— И давно Квентин распоряжается моей судьбой? Его еще не короновали, мы равны.
Дамы опешили от неслыханной дерзости. Взгляды переполошно заметались по сторонам. Вдруг соглядатаи решат, будто они внушили принцессе подобные мысли, вдруг они с ней заодно?
— Его высочество признанный наследник престола, ваш опекун, — придя в себя, напомнила фрейлина.
— Наследник — возможно, один из двух, но никак не опекун. Вам напомнить законы Фераны? Или вы запамятовали год моего рождения, леди Энкс?
Каролина встала, нависла над ней, заставив женщину вжаться в обивку кресла. Она сама не понимала, почему так испугалась, просто чувствовала, с принцессой лучше не спорить. Прежде она не была такой, или леди Энкс просто не замечала?
— Так вот, — Каролина по очереди остановила взгляд на каждой из тюремщиц, надеявшихся увлечь ее девичьей ерундой, сделать послушной, — наследниками престола признаются дети короля или королевы. Никакого уточнения насчет старших или младших, поэтому до коронации мы с братом равны. Опекунство же назначается над принцами и принцессами младше шестнадцати лет. Как видите, — подвела итог принцесса, — с кем общаться и за кого выходить замуж, решать только мне. Захочу, — она снова опустилась в кресло и закинула ногу на ногу — слишком мужской жест, — заведу дюжину любовников. И жениху придется смириться.
Леди Энкс промолчал, только взмолилась Изначальным скорее избавить ее от утомительных обязанностей.
Шанс обсудить свое будущее с братом представился после обеда.
Подложив подушку под голову, Каролина лежала на подоконнике, наблюдая за садом, когда ей передали приглашение Квентина на чай. Принцесса удивленно подняла брови. Так скоро? И с каких это пор он полюбил чай? Традицию отвлекаться от дневных дел ввела прабабка. Она укоренилась, но тогда на престоле сидели женщины. Мужчинам по душе бокал спиртного после ужина.
Каролина с шумом втянула воздух.
Как просто — подсыпать в чашку брата яд! Но так поступила бы маленькая наивная девочка, а Каролина давно повзрослела. Да и как иначе, если ты лишняя? Даже мать смотрела на нее отстраненно. Она выполнила долг перед государством, родила наследника. Один король или королева, один принц или принцесса — так было всегда, но тут вдруг что-то пошло не так. Именно эта странность с детства заставляла Каролину думать, что она избранная. В самом
