Читаем без скачивания Богом проклятый урман - Олег Колмаков

Отъехавший от сарая грузовик, который и привёз нас в этот проклятый Богом урман, припарковалась под высоким тентованным навесом, слева от нашего сарая. Где-то зашумел бензогенератор, и весь двор тотчас осветился несколькими фонарями, расположенными по периметру. Тут-то и открылся нашему взору внутренний пейзаж этого хуторка или заимки, окружённой со всех сторон густым лесом.

Двор был, в общем-то, небольшим. Примерно двадцать на двадцать метров. Прямо напротив нашего сарая, располагался бревенчатый дом с высоким деревянным крыльцом: не высокий, но, по-видимому, обширный – комнат этак на пять-шесть. Окна того дома были закрыты ставнями. Слева от нас (как я уже отмечал) был навес для техники. Грузовик, трактор, старенький автобус ПАЗик и «Жигулёнок» третьей модели. Этот «гараж» и был укрыт тентованной временной крышей. Справа – аккуратный сруб, напоминавший баню. И ещё одно сооружение, из нестроганых досок: то ли сеновал, то ли хлев для скотины.

Весь, представший нашему взору хуторок был обнесён высоким, чуть ли не в три метра, бревенчатым забором. И, по всей видимости, покинуть это злачное место, возможно было лишь через металлические ворота, одна створка которых, всё ещё оставалась открытой.

Не сказал бы, что во дворе наблюдалась некая суета. И, тем не менее (невзирая на столь поздний или напротив, ранний час), здесь непрерывно и со знанием дела двигались люди. У меня, даже сложилось стойкое ощущение, будто бы обитатели этой заимки, занимались какими-то приготовлениями. Из дома вытаскивались эмалированные тазы, какие-то оцинкованные ванночки, верёвки. Площадку перед крыльцом усиленно подметали. Из трубы дома потянулся лёгкий дымок – по-видимому, затопили печь. И если раньше, эти бородачи были для меня на одно лицо, то теперь я начал их различать. По крайней мере, я мог уже отличить «староверов», ехавших с нами в одном поезде; от тех, которых увидел впервые. Всего, насчитал я их, человек восемь. Среди которых были и две женщины: старуха и ядрёная молодуха лет двадцати-тридцати.

Ах, да. Чуть не забыл я упомянуть о той самой пленнице, которая пыталась спрятаться в будке. Её привязали к столбу, удерживавшему козырёк крыльца. Она уже не кричала. Пленница со страхом наблюдала за развернувшимися прямо перед ней приготовлениями.

Когда ж над свисавшими прямо во двор хуторка ветками деревьев забрезжил рассвет, обитатели заимки закрыли въездные ворота и собрались общим скопом возле крыльца. Похоже, все приготовления у них были уже завершены.

И тут началось такое…

Сразу скажу, что увиденное мною в то раннее утро, уж точно, я никогда не смогу вытравить из своей памяти. Потому как суждено мне было стать свидетелем жутчайшей картины. То действо, развернувшееся на наших глазах, не вписывалось даже в самые изощрённые и извращённые человеческие фантазии. Оно вовсе не укладывалось, ни в один мало-мальски соображающий разум.

Нашу бывшую попутчицу отвязали от столба. Затем сорвали с неё одежду и, ухватив бедолагу за волосы, подтащили её к широкому пню.

Когда ж в воздух взметнулся здоровенный топор и, блеснув своим остро отточенным лезвием, молниеносно опустился на шею прижатой к плахе женщины, все мы невольно отшатнулись от стенки.

Раздался глухой хруст, брызнул фонтан крови, и голова несчастной упала на землю. Подруга убитой, находившаяся с нами в запертом сарае, заорала так, что лишь от её крика по спине каждого из нас пробежали острые мурашки ужаса. После чего, похоже, дама и вовсе потеряла сознание.

Меж тем «палач-мясник» принялся кромсать обезглавленное тело на части. Хуторские бабы, как ни в чем не бывало, суетились рядом. Они собирали вылетавшие из-под топора куски, и наполняя той «расчленёнкой» заранее приготовленные эмалированные тазы.

На всё про всё у них ушло минут пять-семь. Тазы занесли в дом, место преступления посыпали опилками и смели их в кучу. Закончив уборку, все изуверы зашли в дом. Двор опустел.

Честно признаться.… То, что я увидел пятью минутами ранее, воспринималось мною в неком тумане. Словно созерцал я вовсе не реальные события, а приснившийся мне ночной кошмар или смотрел максимально приближённый к действительным событиям фильм. И только теперь, в этой воцарившейся тишине, пожалуй, и пришло ко мне осознание серьёзности случившейся беды, а так же трагичность нашего нынешнего положения.

– Похоже, я ошибался!.. – первым заговорил Валерий. – …Это вовсе не грабители или бандиты! Мы попали в лапы, самых настоящих людоедов! Мне как-то приходилось слышать о том, что в ранние времена, примерно в этой же самой местности проживали племена, промышлявшие каннибализмом! По-видимому, мы и имеем сейчас дело с их прямыми потомками! И если нам не удастся предпринять чего-то кардинального, то можете не сомневаться: все мы, рано или поздно, с лучком и перчиком будем поданы к их столу!

– Хорош жути нагонять!.. – возмутился бугай-шабашник. Тот самый, что пытался умыкнуть наш коньяк. Похоже, его разум просто отказывался признать очевидное. – …Каннибалы!.. Людоеды!.. Мелишь чё не поподя! Чего ж тогда нас сразу, прямо в поезде, и не убили?.. Если мы интересны им, лишь как куски мясо к обеду! Свалили б наши туши в свой фургон, а здесь уже и разделали! Сдаётся мне, что это обычные сектанты! Принесли жертву какому-то своему богу!.. Ну, там!.. Богу урожая, богу плодородия или богу солнца! Убили-то они, вовсе не мужика, а никчёмную бабу! Отработаем у них до зимы, и отпустят нас на все четыре стороны!

– Спрашиваешь: почему нас сразу не убили?.. – с ухмылкой переспросил бывший майор. – …А ты выгляни во двор! На улице жара и мясо, попросту протухнет! Холодильников-то, как я понимаю, у них нет, потому как нет электричества! Вот и будут они нас убивать по одному, по ходу окончания запасов провизии! Мы для них, ещё не мясо!.. Мы стадо, подготовленное на убой!..

Примерно через час, на крыльце дома вновь появилось некоторое оживление. Двое бородатых нелюдей подтащили к нашему срубу оцинкованное корыто, в котором плескалась некая жидкость и от которой исходил пар.

Один из них приоткрыл небольшое оконце, и заглянул в наш сарай.

– Живо подошли, и показали мне свои руки! – скомандовал он.

– Чё? Верёвки снимешь?.. – радостно предположил кто-то из шабашников. – …Правильно, давно пора! Кисти рук, буквально онемели!

– И не подумаю! Я лишь проверю, на сколь надёжно вы связаны! – равнодушно ответил бородач. – …Да узлы подтяну, у кого ослабли!

– Мужик, ты не охренел ли?.. – возмутился тот же шабашник. – …Часов шесть уже прошло, как вы нас скрутили! Ещё чуть-чуть и руки наши, просто отсохнут!

– Так они вам более ни к чему! Имею в виду, ваши руки!.. – усмехнулась торчащая в оконце голова. – …А жрать вы скоро, и без помощи рук, научитесь! Прямо из корыта! По собачьи баланду лакать будете!

– Ну, чмо!.. Дай-то Бог, до тебя добраться! – огрызнулся напоследок пленник.

– А вот за «чмо», ты мне, сука, вскорости и ответишь! Считай, что именно ты, боров пузатый, будешь следующим! Деньков через десять, лично отсеку тебе башку, да порублю тебя на мелкие кусочки! А ну, живо предъявили мне свои грабли! – вслед за устными угрозами, в оконце замелькал и конкретный ствол обреза.

Делать было нечего. Каждый из нас подошёл к нелюдю и, развернувшись спиной, показал свои путы. Убедившись в надёжности узлов, бородач кивнул своему напарнику. И тотчас, уже где-то снизу, приоткрылось ещё одно оконце. В него-то и был просунут принесённый хуторянами таз. После чего, оконце закрылось, и изуверы отправились восвояси.

Медленно и с некоторой осторожностью, пленники приблизились к переданной нам ёмкости. В ней было некое варево, мутно-подозрительного цвета.

– Чё за хрень они тут приволокли?.. – один из шабашников, с явной брезгливостью слегка ударил ногой по самому краю корыта и на поверхность мутной жидкости вдруг всплыл человеческий глаз.

Все отшатнулись, кое-кто и блеванул.

– Ну, что? Надеюсь теперь, никто из вас более не поверит в добрых «сектантов»?.. – Валера обвёл взглядом окружающих. – …Короче, нужно валить отсюда! И как можно скорее!..

Часть 4

Сказать: «нужно валить отсюда» – было, конечно, легко. А вот как это сделать – пока что, ещё никто из нас не знал.

В первую очередь принялись искать способ, как избавиться нам от злосчастных верёвок. Начали подбирать, за что б зацепиться, чем разорвать, эти чёртовы путы.

Поверхности стен оказалась ровно обтёсанными. Ни шляпки торчащего гвоздика, ни какой-либо металлической скобы, ни выступа, ни острого края какой-либо деревяшки. Попробовали развязать хитроумный узел, стоя друг другу спинами. И опять ничего. Да и онемевшие пальцы, практически уже не слушались.

И тут, как-то все вместе – мы вдруг обратили своё внимание на принесённое корыто. Валера опрокинул его верх дном. После чего, ударами ног начал плющить «посудину», и как бы выворачивать её в обратную сторону. Минут через пять упорной молотьбы по оцинкованной жести, на самом дне корыта проступила едва заметная трещина с острыми зазубринами. Обливаясь потом, бывший майор отошёл в сторону немного передохнуть. На смену ему пришли шабашники, уже увидевшие перспективу, поначалу казавшейся безнадёжной затеи.