года, а Ким уже носил титул «Великий Лидер». Появились его статуи, а историю принялись переписывать. Провальную речь 1945 г. в официальных биографиях подавали как потрясшее всех выступление. Слушатели «не могли оторвать глаз от [этого] пламенного оратора» и криками выражали «бескрайнюю любовь и уважение к своему великому вождю»[12]. Ким Ир Сен поспешил учредить Корейскую Народную Армию под командованием его товарищей по антияпонскому сопротивлению. Он разработал план захвата Южной Кореи и в марте 1949 г. в Москве пытался убедить Сталина поддержать военное вторжение, которое объединит страну. Сталин отказал – он не собирался развязывать войну против обладавшей ядерным оружием Америки – и сказал Киму, что разрешает северянам лишь отвечать в случае нападения. Но Ким и его генералы с завистью наблюдали, как в конце того же года китайские коммунисты изгоняли из страны лидера националистов Чана Кайши и его Гоминьдан. Ким непрерывно донимал Сталина планами похода на юг, особенно после того, как США вывели с полуострова свою боевую группировку, тем самым оставив его южную часть без защиты.
Через год после первого разговора о вторжении в Южную Корею Сталин наконец дрогнул и дал принципиальное согласие – при условии, если не будет против Мао Цзэдун. В мае 1950 г. Ким отправился в Пекин убеждать Мао, но Председателя больше заботили чанкайшисты на Тайване. Он изменил позицию лишь после того, как на него надавил Сталин[13]. Ким Ир Сен не упустил своего шанса. Ранним утром 25 июня 1950 г. Народная Армия Северной Кореи двинула на юг через демилитаризованную зону 150 советских танков T-34. Семь дивизий наступали на Сеул, а за ними шли соединения пехоты.
Северяне захватили всю страну, кроме участка вокруг южного порта Пусан. Казалось, победа будет легкой.
Генерала Дугласа Макартура, командующего американским контингентом в Японии, удар северян застал врасплох, но он отреагировал немедленно. В сентябре его солдаты высадились на топких берегах Инчхона, западнее Сеула, и отбросили армию северян назад. Китай, увидев, что операция идет не по плану, послал на помощь Киму войска.
Через шесть месяцев армия Севера стояла там же, откуда двинулась в поход, – на 38-й параллели. Следующие два с половиной года соперники стояли на этом рубеже, ни одна из сторон не могла продвинуться вперед.
Нельзя сказать, что США не пытались выбраться из тупика. Спустя всего пять лет поле чудовищного опустошения Хиросимы и Нагасаки Макартур вполне серьезно предлагал сбросить на КНДР атомную бомбу.
Ядерный вариант быстро отвергли. США перешли к тактике выжженной земли, сбросив на северную половину Корейского полуострова 635 000 тонн обычных авиабомб, тогда как за всю Вторую мировою войну на Тихоокеанском театре они сбросили на врага 503 000 тонн[14]. На Пхеньян было сброшено 200 000 бомб – по одной на каждого горожанина. Кёртис Лемэй, командующий стратегическими силами ВВС США, заявлял, что его пилоты «сожгли в Северной Корее каждый дом». Разбомбив все цели в городах, американские ВВС разрушили ирригационные и гидроэнергетические плотины, затопив сельскохозяйственные угодья и уничтожив урожай. Командование ВВС жаловалось, что у него больше не осталось целей[15].
После войны советские специалисты установили, что полностью уничтожено 85 % всей инфраструктуры Северной Кореи. По подсчетам историков, почти 3 млн человек – 10 % населения полуострова – погибли, пропали без вести или получили ранения. Лемэй оценивал безвозвратные потери северян в 2 млн[16]. В боях погибли около 37 000 американских военнослужащих. После такого опустошения и запоздалого понимания, что ни Север под покровительством СССР и КНР, ни поддерживаемый Соединенными Штатами Юг не смогут одержать решительной победы, воюющие стороны договорились о перемирии. 27 июля 1953 г. боевые действия прекратились. Но, поскольку мирный договор так и не был подписан, формально война не завершена. Режим Ким Ир Сена утверждал, что конфликт начался с вторжения южан при помощи американских союзников, и эту ложь в КНДР распространяют по сей день. Себя режим объявляет победителем. В Северной Корее этот конфликт до сих пор называют Победоносной войной за освобождение Отечества. В Пхеньяне есть музей, где бережно хранятся обломки сбитых американских самолетов. Таким образом власть старается сохранять память о той жестокой войне, держать население в постоянной тревоге и побуждать людей к сплочению вокруг династии Ким. После войны Ким Ир Сен укрепил свое верховенство в разрушенной стране, взявшись надзирать за масштабной программой восстановления, которую финансировали союзники КНДР. Кроме того, он провел «чистку» среди военных и партийных начальников, возложив на них вину за имущественный ущерб и человеческие потери, и тем самым задавил оппозиционные группировки. Пропагандисты изо всех сил старались раздуть восторг вокруг его личности. Советские аппаратчики, сами не понаслышке знакомые с культом личности, стали выказывать озабоченность теми способами, которыми Ким Ир Сен заставлял народ Северной Кореи себя почитать. В телеграмме, датированной 1955 г., работающие в Северной Корее советские чиновники отмечают, что среди высших функционеров Трудовой партии царит «нездоровая атмосфера лести и заискивания перед Ким Ир Сеном»[17]. К этому времени даже в Советском Союзе от такого вождизма отходили. Сталин умер, а Хрущев произнес секретную речь, осуждающую культ личности своего предшественника.
Новый лидер Северной Кореи также решил показать, что не будет ни китайской, ни советской марионеткой. Он стал изображать себя великим мыслителем, идущим во главе независимой нации, не принадлежащей ничьему лагерю[18].
Он создал туманную доктрину чучхе, что обычно переводится как самодостаточность.
Ее главная идея – полная самостоятельность Северной Кореи, и все достижения страны – плоды трудов «самой нации», что решительно игнорировало прямую зависимость государства от его коммунистических покровителей. Впрочем, в некоторых аспектах Северная Корея достигла определенного уровня автаркии, выработав относительно независимую внешнюю и военную политику.
В 1970-е гг. доктрина чучхе была закреплена конституцией как государственная политика. Ученый Брайан Майерс, говоря о безосновательности этого учения, любит напоминать, что в северокорейской энциклопедии статья о Башне Чучхе, монументе в Пхеньяне, в два раза длиннее, чем статья о самой идеологии.
До середины 1970-х гг. экономика Северной Кореи была мощнее, чем у южного соседа. Отчасти из-за того, что все природные ресурсы полуострова находятся на севере и Ким Ир Сену нужно было только восстановить тяжелую промышленность и горнодобывающий сектор, созданные еще японскими колонизаторами. Кроме того, свое марионеточное государство снабжал и Советский Союз, и Ким Ир Сен пользовался социалистическими методами привлечения рабочей силы. Южной Корее после войны пришлось начинать с нуля.
Ким Ир Сен, которому шел седьмой десяток, стал задумываться о своем наследнике и о том, как обеспечить продолжение основанной им тирании. В СССР и КНР новых лидеров производил партийный аппарат, но Ким Ир Сен хотел сохранить властную функцию за своей семьей. Сначала он подумывал передать корону младшему брату, но затем,
