на дом.
— И кто же её относил?
— Мой курьер.
— Вы можете его позвать? — улыбнулся я.
— Разумеется, — неторопливо кивнул трактирщик и с достоинством удалился.
Курьер оказался мальчишкой с нахальным взглядом. К тому же у него не хватало одного верхнего зуба.
— Ты относил заказы к господину Померанцеву? — спросил я.
— Ну, допустим, — согласился мальчишка,
— Так допустим или относил?
— А монетку дадите, ваше благородие?
Рассмеявшись, я достал из кармана монету и выложил её на стол.
— Носил я ему заказы, — подтвердил курьер, пряча монету. — Три раза в неделю.
— И что же он тебе говорил? — поинтересовался я.
— А ничего не говорил, — пожал плечами мальчишка. — Я этого господина Померанцева ни разу не видел.
— Как так? — удивился я. — Ты же отдавал ему заказ.
— А вот так, — цыкнул мальчишка через дырку от зуба. — Господин Померанцев зов хозяину пришлет, хозяин меня с корзинкой к нему посылает. Я прихожу, а на крыльце уже деньги лежат. Ну, я корзинку ставлю, беру деньги и обратно в трактир. А как следующий заказ приношу, на крыльце стоит пустая корзинка, а в ней деньги,
— И ты ни разу не видел самого господина Померанцева?
— Ни разу, ваше благородие, — покачал головой мальчишка.
Он переступил с ноги на ногу.
— Мне бежать надо, ваше благородие, новый заказ относить.
Я кивком отпустил мальчишку.
— Всё удивительнее и удивительнее, — сказал я, глядя на Мишу.
— Да уж, — вздохнув, кивнул Миша.
Выйдя из трактира, мы направились в почтовое отделение, которое располагалось в этом же доме. За стойкой скучал сухопарый почтмейстер, а за его спиной громоздились горы посылок.
— Добрый день, — поздоровался я. — Мне нужны сведения о господине Померанцеве.
Почтмейстер взглянул на полицейский мундир Миши и оживился.
— Слушаю вас, господа.
— Я хочу знать, приходили ли на имя господина Померанцева какие-нибудь письма?
Почтмейстер покачал головой.
— Ни разу, — ответил он.
— Совсем ни одного письма? — удивился я.
— Ни одного.
— Ну, хорошо. А сам, господин Померанцев, кому-нибудь писал?
— Нет, — снова покачал головой почтмейстер. — Он ни разу не был у меня в отделении. Я бы и не знал, что господин Померанцев здесь живёт. Да по службе обязан все адреса в квартале знать.
— Благодарю вас, — кивнул я.
— А вы загляните в продуктовую лавку, — предложил почтмейстер. — Хозяин как-то говорил мне, что господин Померанцев у него продукты заказывает.
Меня удивило, что почтмейстер говорит о Померанцеве в настоящем времени, как будто старый скульптор ещё жив.
— Заглянем в лавку, — кивнул я Мише.
Хозяин продуктовой лавки оказался добродушным, улыбчивым толстяком.
— Что желаете, господа? — приветствовал он нас. — Есть свежий хлеб, крендельки, конфеты.
Я покачал головой.
— Благодарю вас, продукты нам не нужны. Мы к вам за сведениями.
— С удовольствием помогу, — развел руками лавочник.
— Скажите, пожалуйста, не у вас ли заказывал продукты господин Померанцев?
— У меня, — подтвердил хозяин лавки. — Только я его ни разу не видел. Он всегда присылает мне зов, а я отправляю заказ с мальчишкой.
Я недоуменно нахмурился. Хозяин продуктовой лавки тоже говорил о Померанцеве в настоящем времени.
— И что же заказывает господин Померанцев? — поинтересовался я.
Хозяин лавки пожал пухлыми плечами.
— Хлеб. Краковскую колбасу. Постоянно её берёт — видно, она ему нравится. Я вам скажу, господа, колбаса у меня отменная, привозят прямо с фермы.
— Буду иметь в виду, — улыбнулся я. — А что ещё?
— Постоянно заказывает свежее молоко, — вспомнил лавочник. — В общем-то и всё. Я думаю, господин Померанцев один живёт.
— А почему вы так решили? — поинтересовался я.
— Потому что продуктов он немного заказывает, как раз на одного.
— И что же, господин Померанцев никогда не делал больших заказов? Может быть, гости к нему приезжали?
— Не думаю, — покачал головой хозяин лавки. — Я хоть господина Померанцева ни разу и не видел, а только по заказам многое можно сказать. Один он живёт и почти ни с кем не общается.
— Может быть, вспомните что-то ещё? — спросил я.
Хозяин лавки нахмурился, а потом радостно кивнул.
— Ну, конечно. Два раза в неделю господин Померанцев заказывает пирожные. Большую коробку. А иногда — торт.
— Значит, любит сладкое? — улыбнулся я.
— Очень любит, — согласился лавочник.
— Но у вас в лавке, господин Померанцев, ни разу не был.
— Не был, — покачал головой хозяин лавки. — Курьер ему заказы относит. Вот и сегодня отнес.
— Сегодня? — удивился я.
— Да, — как ни в чём не бывало, подтвердил лавочник. — Как обычно, господин Померанцев, прислал мне зов, заказал молоко и торт. Я всё упаковал, отправился с курьером.
— Курьер отнес продукты и принес вам деньги? — уточнил я.
— Именно так и было, — кивнул хозяин лавки. — Позвать его?
— Не нужно, — отказался я. — Если понадобится, я поговорю с ним позже.
Миша хотел что-то сказать, но я движением руки остановил его.
— Благодарю вас, — улыбнулся я. — вы нам очень помогли.
— Рад был помочь, — кивнул хозяин лавки.
Когда мы вышли на улицу, Миша снял фуражку, вытер со лба пот и недоуменно посмотрел на меня.
— Как ты думаешь, Саша, что всё это значит?
— Не имею ни малейшего представления, — улыбнулся я, — вот потому-то мне и интересно. Спасибо, дружище. Кажется, ты втянул меня в потрясающую историю.
Глава 3
— Что мы будем делать дальше, Саша? — спросил меня Миша.
— Расследовать это любопытное происшествие, конечно, — улыбнулся я, — тем более, что у нас есть сразу несколько ниточек. Посуди сам: адвокат Померанцев сказал, что его дядя был известным скульптором.
— Знаменитым, — поправил меня Миша.
— Тем более, — кивнул я. — Значит, в столице должны быть его работы. Кроме того, до сих пор живы люди, которые знали скульптора Померанцева в тот период, когда он еще не превратился в отшельника. Возможно, разгадка нынешней тайны кроется в прошлом скульптора. Я планирую посмотреть на его работы, познакомиться
