Через десять минут Черный Дрозд сидел в палатке Худого Лося в окружении знаменитых вождей не-персе. Джозеф, Зеркало, Воттолен, Хаталекин, Лысая Голова, Белая Птица и Тухулхулзоте были их имена. Первым слово взял Джозеф, когда юный оглала донес лидерам горного племени послание Вихря.
- Вождь Мийача ждет нашего ответа у Форта Безжалостного. Думаю, его люди и лошади набрались сил, им будет под силу прибыть на берега Миссури к двадцать третьему солнцу сентября. Мы, наверное, будем там к этому числу. Мийача и не-персе вместе одолеют дорогу до земли Красных Курток.
- Ничего не имею против этого, - кратко высказался Белая Птица.
- Прерийные Волки будут нашими союзниками, - поддержал его старинный друг Тухулхулзоте. - Это хорошо. Я за то, чтобы объединиться с оглала.
- Оглала были нашими врагами, - сказал религиозный лидер горного племени Лысая Голова. -Храбрыми врагами. Мое сердце радуется, что мы с ними больше не враждуем.
Хаталекин и Воттолен были также немногословны и проголосовали за объединение с Мийача. Один Худой Лось, дорожный вождь отступающего племени, проявил осторожность.
- Может быть, Мийача и не-персе встретятся, а может быть, и нет. За нами гонятся Длинные Ножи, за ними, я уверен, тоже будет погоня. Положимся на обстоятельства, мои вожди. Но вот мои слова Татекахомни: поезжай на север, не-персе желают тебе успеха!
После совета Черный Дрозд, пообедав в жилище Желтого Волка и дружески распрощавшись с ним, отправился на восток, к своему вождю.
И Вихрь услышал отклик храбрых Проткнутых Носов.
ГЛАВА 7
Задолго до рассвета в форте Питилисс царило необыкновенное волнение. Солдаты, разбившись на многочисленные группы, оживленно переговаривались, то и дело бросая тревожные взгляды на майора Трабла и двух других офицеров.
Те стояли рядом с канцелярией в окружении маркиза и сержантов, приглушенно обмениваясь репликами.
- Когда же очухается Бергман? - слышалось среди солдат.
- Над ним колдует док Флинч.
- Здорово ему досталось?
- А ты постереги разгневанного краснокожего, которому пообещали кнутов и тогда поймешь!
- Надо же, вождь прихватил с собой и Патрицию!
- Хитрая бестия!
- Но как же он умудрился освободиться от пут?
- Дьявол его знает!
- Эй!.. Вон, кажется, и Бергман.
Упомянутый кавалерист, у которого была перевязана голова, в сопровождении доктора подошел к командиру форта.
Трабл в нетерпении схватил его за руку.
- Что произошло, солдат?
- Сэр, ничего не могу сказать. Меня здорово оглушили возле тюремной двери, вот и все.
- Кто оглушил?.. Старик, юноша, девушка, белый, индеец или сам черт?
- Подкрались сзади, сэр. Я ничего не понял.
Трабл чертыхнулся и отослал солдата прочь.
- Ладно, теперь поздно выяснять кто это сделал. Вихрь на свободе, и бог знает из-за этой темноты, куда он повел Мийача. Придется ждать рассвета.
Впервые за последнее время на ночном небе не было видно ни луны, ни звезд. Задул ветер, облака низко плыли над землей.
- Капитан Уинтон, чтобы с первым проблеском рассвета твой эскадрон был готов к выезду. Не упусти ничего. Боеприпасы, пайки, палатки - все должно быть в норме... Клянусь, я сам лично или верну Мийача назад, или уничтожу их всех. Мы зададим им жару, Уинтон!
Лейтенант Уайт порывисто подступил к Траблу и что-то прошептал ему на ухо.
- Вот как! - майор удивленно вскинул брови. -Это меняет дело... Капитан Уинтон, ты со своим эскадроном останешься в форте. Со мной поедет лейтенант Уайт с эскадроном "А". У нашего молоденького офицера, оказывается есть личная заинтересованность в этом деле. Не так ли, Уайт?
Лейтенант смущенно опустил голову и стал торопливо поправлять форму.
- Хорошо, хорошо, - сказал майор, похлопав подчиненного по плечу. - Не будем об этом... А Патрицию мы выручим из беды, или я плохо себя знаю... Подготовь эскадрон к выезду, Уайт... Уинтон, ты останешься здесь за командира. Мне же нужно срочно отправить рапорт в форт Кью.
Полковник Нельсон Майлз в это прохладное сентябрьское утро с заметным удовольствием наслаждался его долгожданной свежестью. Он бодро мерил шагами свою уютную комнату, иногда выглядывая из окна, чтобы удостовериться, что подготовка к походу шестисот кавалеристов идет без проволочек. Его офицеры работали слаженно, и это радовало сердце опытного военачальника.
Майлз на мгновение остановился, вспомнив о своих былых баталиях. Да, это были дикие времена. Войны с команчами, шайенами и кайова выковали из него настоящего бойца. Гуана Паркер, знаменитый предводитель- метис из квахадов, уважал и боялся его как никого из военных. Сатанта, Одинокий Волк и другие кайова отзывались о нем с нескрываемым почтением. Покойный Бешеный Конь уже совсем недавно на своей шкуре узнал, кто такой Медвежий Плащ, когда отчаянно сражался с ним в предгорьях Волчьих Гор. Безумный шаман из хункпапа Сидящий Бык, и тот не мог не признать, что Нельсон Майлз - крепкий орешек для любого немирного племени. Они все помнили, что он мудр, справедлив и не любит бессмысленных военных действий, но, единожды сев на коня, он становился грозой для индейцев.
Теперь вот его снова зовет в бой великий Шерман - прославившийся походом через всю мятежную Джорджию к морю. Горное племя каких-то не-персе, Проткнутых Носов, осмелилось бросить вызов армии Соединенных Штатов, уйдя из резервации в штате Айдахо, чтобы добраться до границы с Канадой.
Полковник саркастически улыбнулся. Слово "каких-то" здесь было явно неуместно. Проткнутые Носы показали многим генералам и полковникам, что они из себя представляют. Это были отважные люди, не раз громившие армейских преследователей. Несколько дней назад они прошли, словно прогуливаясь, через Йеллоустонский национальный парк и сейчас продвигались по Монтане дальше на север. Однорукий генерал Говард, тащившийся за ними из самого Айдахо, ничего не мог поделать с маленьким, но непобедимым племенем, в котором насчитывалось не более трехсот воинов.
- Однако они должны быть остановлены, - решил Майлз. - Должны, иначе это будет позором.
Он продолжил ходьбу по комнате. Затем вспомнил, что его штабной связной, лейтенант Стинг, года два назад служил у Говарда, в окрестностях резервации не-персе. Он позвал его, усадил на стул, а сам опустился в кресло.
- Я больше сражался в прериях, лейтенант, и не смыслю в горных племенах, - начал Майлз. - Что за народ эти Проткнутые Носы?
Лейтенант Стинг, молодой подтянутый человек с голубыми глазами и едва пробивающимися усиками, закивал головой.
- Французы прозвали их Проткнутыми Носами, а себя они называют "нимипу", что означает "люди". Не-персе считаются самыми многочисленными среди сахаптинов. Лет двадцать назад они занимали огромные территории в Айдахо, Орегоне и Вашингтоне и насчитывали около 1800 человек. По условиям договоров 1855 и 1863 годов они уступили свои земли правительству и поселились в резервации. На реке Клируотер проживали Асотины вождя Зеркала. По верхнему течению Лососевой реки кочевали Сэмон-риверы вождя Тукулхулзоте, Резкого Звука, и Белые птицы вождя Пеопео Хихха, Белой Птицы. Самым значительным кланом не-персе является Уаллоуа вождя Джозефа. Лидеры всех этих кланов, включая Хаталекина, Бизоньего Охотника и Хасисасиша Кьюта, Лысую Голову, и ведут теперь племя в Канаду.
Лейтенант, немного помолчав, добавил:
- Джозеф у них вроде главного племенного вождя. Довольно мрачноватый тип. не-персе его зовут Ин-мут-ту-уа-лат-лат, Несущийся-Через-Горы-Гром. Я его видел. Действительно, странный, замкнутый индеец с какими-то неизбывно печальными глазами. Вообще-то, он, как и его отец, Старый Джозеф, старались хранить мир с белыми. В 1874 году я был вместе с агентом Монтейтом из Лапуая на переправе Камиа через Клируотер, где Джозеф долго говорил о том, что не-персе всегда хорошо относились к американцам. Он вспомнил, как на Совете в Уолла-Уолла в 1855 году все присутствовавшие племена - уаматиллы, якимы, палусы, споканы, кордалены - не подписали договорных бумаг. Только не-персе тогда стояли за мир.
- Отчего они взбунтовались, лейтенант?
- Монтейт, мне кажется, слишком жестко пресекал их передвижения. Он без конца твердил им, что не потерпит постоянных кочевок со скотом, что индейцы должны жить как белые люди и обучать своих детей в школе. И постоянно пугал их солдатами...
Стинг вдруг умолк и едва заметно ухмыльнулся.
- В чем дело, лейтенант? - спросил полковник.
Стинг покачал головой из стороны в сторону.
- Можно понять не-персе, сэр. Ведь им было несладко с тех пор, как президент Грант разрешил белым поселенцам занимать племенные земли. Повсюду творилось беззаконие, это уж точно. Изнасилования, грабежи, воровство скота, убийства, продажа виски стали обычным делом в резервации. И надо отдать должное Джозефу. Он как мог сдерживал не-персе. Похоже, в этом году их терпение лопнуло.
Майлз нахмурил брови. Он и сам догадывался, что неспроста Проткнутые Носы ринулись прочь из родных мест.
