и это заметно. Не понятно другое: почему вы до сих пор делает вид, что это не так, — сказала подруга.
— Может, потому что все ошибаются? — отозвалась я, подавляя очередной вздох. — Мы просто дружим…
— Пусть так, — хмыкнула подруга. — Ладно, если не возражаешь, пойду немного прогуляюсь, поболтаю с мамой Марка… Заведу, так сказать, выгодные знакомства. Поддержка свекрови лишней не будет.
— Только случайно не назови ее так, — усмехнулась я. — А то она будет в шоке.
— А вдруг нет? — Чарли весело повела плечами. — Вдруг Хиллари придет в восторг от таких перспектив?
— Иди уже, оптимистка, — отмахнулась я, смеясь.
— Не скучай, — подруга мне подмигнула и исчезла в дверях.
Конечно, мне было очень скучно одной, но заставлять кого-то развлекать меня было слишком эгоистично. Я попыталась подремать. Потом нашла у Чарли какой-то журнал и прочитала от корки до корки. Пару раз я подходила к окну, рассматривала двор и окрестности. Видела ребят, которым Хиллари показывала сад, и очень жалела, что не могу быть с ними вместе. А все из-за Риты! Не представляю, что буду делать, когда встречусь с ней в Академии. Но проучить ее очень хочется!
Когда сгустились сумерки, ко мне заглянула Хиллари:
— Диана, милая, как ты? Спустишься к ужину или тебе принести еду в комнату?
Я посмотрела в зеркало: пятна уже побледнели, но были еще слегка заметны. Поэтому я ответила:
— Если можно, я бы поела здесь.
Чарли так до сих пор не явилась, поэтому ужинать мне пришлось тоже в одиночестве. Еще через час я снова взглянула на себя в зеркало и наконец осталась довольна своим отражением. Пятен практически не было, а те, что остались, легко маскировала пудра. Ее я решила «одолжить» у Чарли, поскольку своей, купленной в каталоге, уже страшилась пользоваться.
Так, приведя себя в порядок, я все же вышла из комнаты в надежде присоединиться к друзьям, которые явно где-то развлекались. Но я лишь успела сделать несколько шагов по коридору, когда дверь напротив распахнулась, и из нее выбежала Чарли, вся красная и разъяренная. Я было бросилась к ней, но она остановила меня жестом:
— Оставьте меня одну! — и скрылась в нашей комнате.
Растерянная, я заглянула в приоткрытую дверь, откуда только что вылетела подруга. Это оказалась комната Марка, и сам он тоже находился там. Сидел на кровати, обхватив голову руками.
— Я могу зайти? — осторожно поинтересовалась я.
Он глянул на меня усталым взглядом:
— Заходи, конечно… Ты уже в порядке?
— Да, как видишь, — я чуть улыбнулась. — А ты, кажется, нет. Как и Чарли. Что у вас произошло?
Марк вначале протяжно вздохнул, затем проговорил:
— Я не ответил на ее чувства… Сказал об этом прямо.
— Она… Она призналась тебе в них? — спросила я, присаживаясь рядом.
Марк кивнул.
Ох, Чарли… Вот, значит, какой был у нее план…
— Я не смог этого сделать, понимаешь? — продолжил Марк между тем. — Даже на поцелуй ее не смог ответить… Чарли отличная девушка, красивая, но… Но я не хочу притворяться, хотя бы мог… Может быть и стоило попытаться, чтобы забыть… — тут он запнулся, нервно сглотнул. — Может, что-то бы и получилось… Но это нечестно… Нечестно по отношению к ней… И, наверное, к себе.
Марк вдруг подскочил на ноги, прошелся по комнате.
— Зачем она это сделала? Зачем? — бросил будто бы и не мне, а сам себе.
— Наверное, надеялась… — начало было я, но Марк перебил меня, заговорив дальше.
— Зачем она сошлась с ним? Зачем? — процедил уже с отчаянием. А потом с глухим рычанием смахнул с письменного стола все предметы. Навис над пустой столешницей и зажмурил глаза, борясь с гневом.
— Ты о Каролине? — поняла наконец я.
О Каролине, а не о Чарли…
— Зачем она связалась с этим Деккинсом? Назло? Что хотела доказать? — Марк посмотрел на меня, и его глаза были полны боли. — Она ведь его не любит… Не может любить… Так быстро…
— А ты с ней говорил? — тихо спросила я.
— Я не хочу больше с ней говорить. Уже все сказал до этого, — ответил Марк сдавленно, жестко. — Все объяснил. А она повторяет раз за разом: мы не можем быть вместе, это неправильно… Я старше тебя, говорит, — он печально усмехнулся. — А у нас только два года разницы! Два ничего незначащих года! «Я преподавательница, ты студент»… А то, что следующим летом так уже не будет? Осталось подождать каких-то полгода и можно послать все правила в Бездну! Она всегда противоречит сама себе. Ее поцелуи противоречат словам, ее объятия… А теперь появился этот Деккинс со своим предложением…
Я не знала, что сказать на все эти откровения, не знала, как успокоить. Еще и мысли о том, что параллельно где-то в другой комнате плачет Чарли. И как тут разорваться? Как всем помочь?
— Может, Каролина не согласится на его предложение, — проговорила я, поднимаясь и подходя к Марку. — Мне показалось, оно тоже застало ее врасплох.
— Ты так думаешь? — Марк посмотрел с надеждой.
Я на это лишь пожала плечами.
— Не знаю, честно, — ответила почти шепотом. — Мне очень хочется тебе помочь, но я не знаю как. Все мои советы, наверное, сейчас будут бессмысленны… Слова мало утешат. Могу хотя бы просто обнять, — я чуть усмехнулась.
— Не откажусь, пожалуй, — Марк тоже слегка улыбнулся и первый раскрыл свои объятия.
— А ты хитрый, — хмыкнула я, обнимая его вокруг талии.
— А ты классная, — отозвался он, прижимая меня крепче. Его подбородок уткнулся в мою макушку. — Прости, что слил на тебя свой негатив…
— Если от этого слитого негатива я снова не покроюсь пятнами, то все в порядке, — отшутилась я.
На что друг тихо рассмеялся и еще сильнее стиснул меня в объятиях.
— Не помешал? — голос Александра заставил меня отпрянуть от Марка.
Алекс стоял в дверях, и его взгляд был также холоден, как и тон.
— Смотря в чем, — Марк сразу вернулся в свой привычный образ. Меня он при этом продолжал держать в кольце своих рук. — Хочешь присоединиться к обнимашкам?
— Пожалуй, пропущу, — отозвался Александр. — Я просто услышал шум,
