день, как из Союза. Отца перевели из «Ташкента». Теперь вот хожу, словно неприкаянный, –ответил Виталий, затягиваясь дымом, как затягиваются куряки со стажем.
Виталий был из той категории парней, которые имели какое–то внутреннее обаяние, и с первой минуты располагали к доверительной беседе. Он сразу понравился Русакову. Он был в доску свой. Всего несколько слов: и было ощущение, что они ходили в один детский сад, учились в одной школе, выросли в одном дворе, и даже вместе воровали яблоки в одном саду у дяди Вани.
– А, заметно….
– Что заметно, –переспросил Виталий не понимая.
– Заметно, что ты с Юга! Рожа у тебя….
– Что рожа? –Рожа говорю черная- загорелая! Ты похож на Гойко Митича –из фильма «Последний из Могикан».
Ау меня рожа бледная. Моего старика с Дальнего Востока из Благовещенска, сюда перевели. Эх, у нас там сейчас снега по пояс, да морозы под сорок. Пацаны в хоккей рубятся, прямо на льду Амура. А здесь сырость слякоть и вечные сопли, – сказал Русаков.
– Да, ладно тебе! Какие твои годы – еще привыкнешь, –сказал Виталий, бросив окурок. –Человек камарад –это такая скотина, которая привыкает ко всему. Вот и ты привыкнешь….
– Эх, мне бы сейчас коньки, да в хоккей бы погонять. Обожаю я это дело….
– Что типа Харламов – еще не нагонялся, –спросил Виталик, без должного интереса. –А я –представляешь, ни разу на коньках не катался. В «Ташкенте» тепло – там яблоки и урюк! Там манты, самса и узбекский плов! Вкуснятина – мама моя дорогая!!!
– А что ты хочешь предложить, –спросил Русаков, –плова поесть?
– Что –что! Ты камрад, оглянись! Мы же с тобой за границу попали –это уже удача! Тут в Германии – тут столько возможностей – мама моя дорогая! Наведем с немцами гешефты! Будем менять рубли на марки, толкать фрицам транзисторные приемники, фотоаппараты. У нас появятся бабки. Оденемся с иголочки в импортные шмотки, и будем склонять местных фроляйн к первой и страстной любви.
– Ага, будем с тобой Родиной торговать, а на эти деньги содержать импортных шлюх! А потом нас с тобой особый отдел возьмет за жопу, –ответил Русаков. –В школе говорят, берут подписку, чтобы мы с немцами ни–ни….
– Какую, –спросил Виталий, удивленно. –Я что–то не слышал не о каких подписках. –Ну такую, чтобы с немцами не было никаких сношений…. Чтобы никаких с ними дел не иметь….
– Ну, так мы с немцами сношаться не будем – мы же не какие «голубые». Мы Санек, будем сношаться с фроляйнами, –сказал Виталий, и засмеялся.
– А «голубые» -это кто?
– «Голубые» камарад, – это такие специфические мужики, которые занимаются между собой любовью.
– Они самые…. А у тебя, как с этим делом? Всё работает или ты еще не знаешь, зачем Бог наградил тебя такой штучкой, которую он приклеил Адаму между ног?
Русаков слегка обиделся. Он уже давно по утрам стал ощущать «прелести» утренней эрекции, поэтому мысли о «продолжении рода», все чаще и чаще поселялись в его юношеской голове и ежедневно напоминали о том, что этот вопрос уже пора радикально решать.
– Как у каждого мужика стоит –по утрам….
– Вот видишь –ты Русаков, уже почти мужчина. Осталось нам найти себе тёлок и жизнь удалась. Нам с тобой, давно пора распрощаться с этим недостатком, как детство – засиделись мы с тобой камарад не целованными. Штука это Санек, приятная, и в жизни очень даже нужная, – сказал Виталий, расставляя приоритеты.
В тот момент беседы о женщинах к беседующим парням, подошла девушка в фирменном джинсовом костюме, лет шестнадцати. Она, кокетливо улыбаясь, представилась:
– Приветик мальчики! Чего сидим –кого ждем?
– Медитируем, -в унисон ответили парни.
– С вами можно помидитировать?
– Можно.
– Тогда я присоединяюсь! Меня Ленка звать. Я учусь в десятом классе!
– Вот видишь камарад -на ловца и зверь бежит, –сказал Виталий.
– Старуха, – ляпнул Русаков, расплываясь в улыбке. –Мы ведь еще малолетки!
– Какая, я тебе старуха? Чучело! Смотри чувак, я девушка в самом рассвете молодости….
– Что девушка в рассвете тоже из Советского Союза прикатила, –спросил Виталий.
– Такое ощущение, что тут собирается клуб любителей СССР. –Да уж! Папаню моего из Москвы перевели! А вы, что тут сидите, –спросила Ленка присев рядом.
– Что не видишь, кислородом через сигареты дышим. Мы с Санчелой мечтаем о красивой и счастливой жизни.
– А с вами можно помечтать о красивой и счастливой жизни?
– Мечтай! Мечтать ведь не вредно, –сказал Русаков.
– Вредно не мечтать, – буркнул Русаков.
– А можно с вами покурить? Угостите сиротинушку сигаретой, – сказала Ленка, выискивая повод для общения. – Хочу попробовать, что это такое….
– А у нас только «Охотничьи»…. Это тётя, такая дрянь -мама моя дорогая! Курить будешь? – спросил Виталий, протягивая сигарету.
– Других нет не мы еще не заработали, -сказал Русаков и с удивлением глянул на девушку, которая закурила.
После первой затяжки её глаза, округлились. Лицо сделалось красным, и она поперхнувшись закашляла, отплевываясь и вытирая слезы.
– Сдохнет, – спросил Виталий Русакова.
– Нет – не сдохнет, оклемается….
– Не дождетесь, – сказала Ленка, выкидывая окурок. -Тошнит меня что-то!
– Это хорошо что всего одну затяжку сделала. А вот американец в Трептов парке в Берлине, после третьей затяжки сдох.
– Ну, то американец! А я девушка русская. А мы русские бабы и коня на скаку остановим и в горящую избу войдем.
Русаков сделал умное лицо и выудив из-под коры головного мозга стих, стал декламировать его перед Ленкой подобно поэту.
– Есть девушки в русских селениях. Их бабами с детства зовут. Слона на скаку остановят и хобот ему оторвут. А грянет лихая година, и я не пытаюсь вам врать, научат любого мужчину с крыльца до сарая летать.
– Браво, – сказала Ленка, хлопая в ладоши. Ведь можешь, когда захочешь….
– Ну ты камарад даешь!!! С таким умищем пятерки можно лопатой в портфель складывать, – сказал Виталий.
– Брось Ленка – не кури, у тебя ведь детей никогда не будет. Эти сигареты солдаты «противозачаточными» прозвали. После третьей затяжки может быть выкидыш, – сказал Русаков.
– О как, -сказала Ленка. -Домой мне пора….
Виталий взглянул на девушку и сказал:
– Обиделась что ли?
– На что мне обижаться? Пора мне. Батька родный ругать будет….
– А мы думали пофлиртуем, -сказал Русаков шутя.
– Вон Саша, с другом своим флиртуй, пользы будет больше.
Русаков сделал вид, что обиделся, искусственно нагоняя напряжение обстановки.
– Больно надо! Да я на тебе даже по приговору суда не женился бы, – сказал Русаков. – Пацаны говорят, что флиртовать с курящей девчонкой, это равносильно лизать пепельницу.
– Вот и лижи, – сказала девушка, и улыбнувшись.
– Санчело, ты не зарывайся! Веди себя с дамами уважительно, пока я тебе по дюнделю не стебанул, – сказал Виталий. –Что ты к
