Жилой сектор экипажа протянулся длинной полосой на палубе, огибавшей экватор сферического судна. Когда корабль совершал грузовой рейс, он вмещал восемьдесят членов судовой команды в двадцати маленьких спальных каютах, расположенных по десять штук справа и слева от кают-компании. По всей длине коридора на одинаковом расстоянии друг от друга зияли круглые люки, ведущие в спасательные капсулы, пришвартованные к корпусу корабля.
Рабочий кабинет Лунзи находился в самом конце левого крыла жилой секции экипажа.
Корабль сильно тряхнуло. Произошло ещё одно столкновение, на сей раз с большим осколком. Компрессоры и вентиляторы, обеспечивавшие подачу воздуха, заработали с максимальной нагрузкой, несмотря на то, что в корпусе судна образовалась пробоина. Весь свет в коридоре потух, только посреди внешней стены светилось ярко-красное светодиодное кольцо – вокруг люка спасательной капсулы, спиральная диафрагма которой была ещё открыта.
Лунзи рванулась к ней.
И застыла возле люка, вглядываясь в длинный коридор, чтобы не прозевать, если кто-нибудь ещё из членов команды подбежит, чтобы погрузиться на борт её спасательного судна вместе с ней. Её сердце колотилось от ужаса и бессилия. Диафрагма люка должна была закрыться через тридцать секунд после того, как кто-то зайдет внутрь, после чего спасательная капсула автоматически отсоединялась от аварийного корабля, и это заставляло Лунзи ждать. Она хотела убедиться, что в этой секции никого, кроме неё, не осталось, что никто не погибнет в терпящем бедствие судне в то время, как она одна улетит в капсуле.
Вдруг раздался оглушительный удар, по коридору прокатилось громоподобное эхо. Осколок камня размером с её голову пробил переборку всего сотней футов дальше по коридору, отрезав её от остальной команды.
Лунзи пригнулась, чтобы уберечься от осколков, и ухватилась обеими руками за край люка, потому что космический вакуум жадно высасывал атмосферу корабля сквозь дыру в корпусе. Крепко стиснув зубы, она отчаянно цеплялась за металлический бортик и с ужасом смотрела, как обломки мебели, одежда, кофейные чашки, чей-то скафандр исчезают в пробоине вместе с воздухом.
Воздух на глазах превращался в капли, которые тут же застывали на её очках, металлических «молниях» одежды, на губах, щеках и ресницах. Руки её свело от холода. Лунзи понимала, что долго она не протянет и космос всосет и её через пробоину. Она знала, что это смерть. И все-таки случилось чудо…
Лунзи услышала громкий треск: это письменный стол и кресло протискивались в дверной проем её кабинета. Вылетев в коридор, они, поочередно ударившись о противоположную стену, снова столкнулись в проломе корабельного корпуса. Торнадоподобный ураган моментально прекратился, мебель из медицинского кабинета перекрыла ему путь. Лунзи поспешила воспользоваться счастливой случайностью, чтобы спастись. Она юркнула в люк головой вперед, подтянула ноги и перевернулась, чтобы целиком оказаться внутри, между рядами надежно укрепленных сидений, с трудом встала на четвереньки и протянула онемевшую руку, чтобы захлопнуть дверь, после чего добралась до пульта управления, не ощущая себя в полной безопасности, пока её спасательный кокон не улетит подальше от потерпевшего катастрофу судна.
Капсула резко сорвалась с места и стала быстро удаляться от «Нелли Майн». Лунзи безжалостно швыряло в крошечной кабине. Она крепко ухватилась за поручни, сделала рывок, села в кресло пилота и зафиксировалась пристяжными ремнями.
Шарообразный космический корабль казался ещё одним астероидом на фоне звезд. На миг полоса жилого сектора «Нелли Майн», накренившегося у неё на глазах на четверть оборота, вспыхнула крошечными огоньками. Это остальные члены судовой команды покинули корабль в таких же капсулах, как и она.
Лунзи пожалела, что вместе с ней в капсуле не оказалось никого, и до тех пор, пока её не спасут, у неё не будет никакой компании, кроме пустого космоса. Когда зовет сигнал тревоги, ты бежишь. Или – умираешь.
Она ещё смогла разглядеть, в каком месте гигантский астероид врезался в «Нелли». Он попал как раз туда, где располагались жилые каюты судовой команды, с противоположной стороны от того крыла, где находилась Лунзи несколько минут назад, оставил глубокую вмятину и, изменив направление, полетел дальше.
Второй астероид, размером чуть ли не с луну, мог нанести гораздо более серьезные повреждения. Корабль, все ещё управляемый автопилотом, медленно поворачивался к нему, все вспомогательные ракетные двигатели с одной стороны работали, чтобы избежать лобового столкновения с угловатой глыбой и встретить удар бортом. Зачарованная величественным зрелищем, Лунзи с ужасом смотрела, как два исполина сблизились и впечатались друг в друга.
Её утлое суденышко с нарастающей скоростью несло прочь, но гораздо раньше произошел взрыв. Взрыв перегруженных внутренних двигателей разорвал листовую обшивку позади жилых помещений, взломал перекрытия и вытолкнул обломки из корпуса неуправляемого корабля. Куски раскаленной докрасна корабельной обшивки проносились мимо неё подобно пушечным ядрам, некоторые пролетали всего в нескольких ярдах от её капсулы. Планетоид не торопясь удалялся, столкновение лишь незначительно изменило его курс.
Лунзи облегченно вздохнула. Бедствие произошло так быстро! Всего несколько минут пролетело с тех пор, как по радио была объявлена тревога.
Её самодисциплина хорошо послужила – она действовала быстро и решительно.
Её наставники считали её одаренной от Бога, сумевшей многого достичь своими силами. А основное положение самодисциплины и предписывало медикам и командному составу офицерского звания и выше, особенно тем, кто уже бывал в критических ситуациях, делать больше, чем кажется возможным. За годы напряженных тренировок Лунзи достигла уровня настоящего мастерства. К сожалению, она не имела возможности продолжить свою преподавательскую деятельность с тех пор, как связалась с Тау Кита. Лунзи была благодарна инструкции, которая, по всей вероятности, спасла ей жизнь, но она осознавала, что её капсула находится по меньшей мере в двух неделях пути от рудной платформы. Она включила коммуникационную систему и склонилась над аудиопередатчиком.
– SOS, SOS! Говорит челнок «Нелли Майн», регистрационный номер НМ-СК-02. Повторяю, SOS!
Из динамика раздавался треск помех, который мешал ей расслышать слова.
Но вот треск постепенно начал стихать, и она отчетливо услышала мужской голос:
– Слышу вас, СК-02. Говорит капитан Косимо, СК-04. Это вы, Лунзи?
– Да, сэр. Спасся кто-нибудь ещё?
– Да, черт подери! Все налицо. Отвечайте, как вы? Мы боялись, что, возможно, потеряли вас, когда система слежения за повреждениями сообщила о пробоине в вашем крыле. Мы слышали дьявольский грохот. Я знал, что когда-нибудь это случится. Бедная старая «Нелли»… У вас все в порядке?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
