все могло оказаться совсем иначе. Рамки были жесткие: или ты подходишь, или нет, и тут, в реальности, в обществе тысячи человек, каждый из которых уже доказал свою принадлежность колонии, новоприбывшим явно придется несладко. Кого-то сразу примут с распростертыми объятьями, а кому-то придется до самого последнего дня последней недели доказывать свое право остаться.
— Рональд Анна, — повторила она.
— Один из вероятных кандидатов, — отметила Северина. — Вечером можно посетить развлекательный центр, квадрат С-12, это рядом. Туда уйти можете в любое время, хоть сразу после работы, но в девять часов вечера вы должны быть у себя, то есть здесь. Это правило.
— Поняла, — сказала София. — Я полагаю, о правилах я еще узнаю?
— Часть их не отличается от стандартных на чужой планете. — Северина пожала плечами. — Ограничить перемещение в ночное время. Не контактировать с местной флорой и фауной без надобности. Ночью вокруг бродят хищники, но речь не о них. Колония и, в частности, электрическая энергия, которая вырабатывается станцией, очень привлекательна для птиц. Вы еще увидите. Ночью они слетаются, кажется, со всех концов планеты. Садятся на шпили электрополя, на крыши домов, на транспорт. Поле пришлось отключить, в том числе, и поэтому. Слишком много их гибло.
София могла представить.
— Северина, я хотела спросить о траве, — вспомнила она, когда та прошла в следующую комнатку, с мягким диванчиком напротив подвешенного на стене экрана, цветами в странных синего цвета горшках и голографической панелью с изображением земного водопада на стене. — А это зачем?
— Что касается травы, она не опасна, но выбраться достаточно трудно, — сказала Северина. — Что касается этой комнаты, здесь нет камер слежения, и сама комната наглухо заэкранирована от прослушивания, а оно у нас в первые семь недель обязательно. Это ваше личное пространство. Только здесь.
Она показала на очки, лежащие на тумбочке у диванчика.
— Виртуальная реальность. Программы, в основном, обучающие, но есть и развлекательные, в том числе, с контентом сексуального содержания. Если что-то еще будет нужно — скажете мне, найдем.
— Так, значит, трава безопасна, — уточнила София, когда они покончили с осмотром и вышли из экранированной комнаты в ту, что открывалась дверью в коридор.
— Я сказала «не опасна, но», — поправила Северина, останавливаясь. — И, как уже сказала, за пределы Базы лучше без надобности и, главное, без сопровождения не выходить. Какой курс подготовки вы проходили?
София назвала.
— Ну, в целом, за это время ничего не изменилось. Мы не развиваем науку и технологии, поскольку сосредоточены на главном, а главное у нас пока — полифир.
София приподняла брови, и Северина, судя по ее виду, приготовилась было рассказать, но тут на ее запястье тоненько пискнул коммуникатор, и она, извинившись, ответила:
— Север, в восемь вечера, — сказал мужской голос. — Убедись, что все проинструктированы.
— Иштван, как раз сейчас инструктирую последнюю прибывшую, — сказала Северина. — Не переживай, все в порядке, я все помню.
— Но время уже почти семь.
— Не волнуйся, сейчас разберемся с дресс-кодом, и я привезу прибывших на площадь сама.
— Начальник колонии нервничает. Они и так задержались.
— Он всегда нервничает. Все, не отвлекай меня.
Она сжала руку в кулак, и коммуникатор замолчал.
— Ну что же, Соня…
— София, — тут же поправила София.
— Да, София. Последний штрих — одежда. Новоприбывшие должны носить такую же одежду, как и остальные колонисты. Единственное исключение — сегодня. И вот тут…
Северина подошла к стене и движением пальцев заставила раздвинуться доселе невидимую панель. Как ни была против нарядов и прочей атрибутики «для красоты» София, она не смогла сдержать вздоха, когда из еще одного платяного шкафа на нее буквально хлынуло буйство цветов и фасонов. И везде платья, платья, платья — с открытыми плечами, короткими рукавами, декольте… Уже напечатанные, новенькие, готовые к применению.
— Нет, — сказала она, отступая. — Не пойдет.
— Это обязательно. Сегодня — обязательно, это тоже правило, — сказала Северина твердо. — В дальнейшем вас никто не заставит.
София подошла к шкафу и провела рукой по вешалкам. Платья были полимерные, конечно же, потому и было их так много — расточительство, по сути, но уже завтра их могут пустить на переделку, скажем, на запчасти для робота. Отходов никаких.
— Хорошо, — сказала она. — Я посмотрю.
Она ни за что не наденет платье, даже если ее уже завтра отправят обратно на Землю.
Впрочем, только абсолютная нереальность перспективы и позволила ей быть такой категоричной.
Северина напомнила — и вспомнила — о времени и убежала собираться сама, и София осталась одна. Приняв душ и высушив волосы, она со вздохом подошла к шкафу, в котором после долгих поисков все-таки отыскала что-то более или менее удобоваримое. Платье было длинное, закрытое, правда, такого яркого желтого цвета, что София сначала даже отложила его в сторону, но потом все же передумала и надела. Другие наряды были не менее яркими, но более откровенными.
Северина сказала, что придет за ней сама, так что от безделья София пока открыла шторку и стала смотреть в окно, за которым суетились разгружающие рободжип мужчины и мерцал центр колонии — голограмма, которую она обязательно рассмотрит поближе. Она бы могла и сейчас, но в платье чувствовала себя неудобно.
Хотя станет ли менее неудобно под взглядами тысячи человек?
Так что София решительно пристегнула к запястью заряженный коммуникатор и, дождавшись сигнала синхронизации с местной сетью, вышла из своих апартаментов в коридор. Там было пусто. Из-за закрытых дверей тоже не доносилось ни звука: изоляция здесь была хорошей. София прошла по коридору совершенно бесшумно и, дождавшись, пока дверь раздвинется и выпустит ее из здания, вышла наружу.
Там было почти жарко.
Закат уже побелил стену, и она казалась ослепительной. Серое покрытие под ногами на поверку оказалось каким-то голубоватым, и Софии почудилось даже, что эта голубизна как будто ходит, переливается под ногами, как иллюзия воды. Она с трудом удержалась от того, чтобы присесть на корточки и попробовать коснуться этого странного «моря» рукой.
Она прошла мимо мужчин, замечая на себе — на своем желтом платье — взгляды, но не позволяя себе обратить на кого-то внимание. Площадка осталась позади, и вот уже впереди заблестела голограмма. Она активизировалась при приближении — видимо, в покрытие были встроены датчики — и вот уже перед Софией, уважительно остановившейся чуть поодаль, развернулась панорама колонии.
Звука не было, и Софию это обрадовало: не хотелось стоять и слушать разносящийся по всей округе жизнерадостный голос, вещающий для нее одной. Голограмма, судя по всему, была создана уже после их отлета с Земли, и в ней наверняка содержались сведения о том, что
