Центр магазина представлял собой открытую шахту (за исключением первого этажа), а каждый этаж походил на балкон, с которого можно было наблюдать за входящими посетителями. Такая планировка была очень практичной, позволяя Ленор добираться до этажей за несколько секунд. В углах стояли лампы и удобные кресла, где можно было свернуться в клубочек с детективом или последним триллером. Магазин также имел очень удачное расположение напротив кафе «За кружечкой у Джо», и многие посетители делали перерыв в чтении, чтобы перекусить у Джо, а затем вернуться к Ленор. Гармония в бизнесе в их городке была просто необходима. Ленор оглядела свою маленькую империю, но думала она о полученной от Джо новости. Она надеялась, что к ней в самом скором времени заглянет Вера.
Глава 4
В это самое время Вера Виксен находилась в редакции газеты. Она действовала очень быстро после того, как рассталась с Орвиллом. Она понеслась в темную комнату для проявки фотопленок, которая находилась в подвале. Теперь лиса сидела, склонившись над своим письменным столом и изучая только что проявленные черно-белые фотографии места преступления. Орвилл выглядел очень решительным и разгневанным, когда доставил тело Отто на берег, поэтому, как считала Вера, медведь приложит все усилия, чтобы найти убийцу. Однако она больше верила в его намерения, чем в компетентность.
На самом деле Вера не сомневалась, что именно она имеет самый большой опыт в проведении расследований в Тенистой Лощине. Она работала в отделе по борьбе с преступностью в большом городе на юге страны перед тем, как выбрать более спокойную жизнь в Тенистой Лощине. Немногие соседи знали про ее прошлое, и Вера не собиралась ставить об этом в известность всех остальных. У нее были свои тайны, и она предпочитала, чтобы они оставались тайнами.
– Вера! – кричали из задымленного кабинета главного редактора.
Вера вздохнула и закатила глаза, а затем аккуратно подсунула фотографии под вчерашнюю газету. После этого она встала из-за стола и поспешила в кабинет главного редактора. В клубах дыма просматривались только очертания его фигуры.
– Да, Че-Бе? – спросила она.
Че-Бе Стоун был упитанным, но энергичным пожилым скунсом. Сейчас он гневно смотрел на Веру, сидя за массивным дубовым столом.
– Что с убийством? – спросил он, вертя сигару.
– Я работаю по этому делу, Че-Бе, – заверила его Вера, кашляя, оттого что мерзко пахнущий дым заполнил ее легкие.
– Я только что услышал о нем от сержанта – как там его? Орвилл? Он хочет разместить в газете заявление, но не желает за него платить!
– Но он же заместитель начальника полиции, Че-Бе. А мы не берем денег с полиции за публикацию официальных заявлений, – терпеливо объяснила Вера.
– Не берем? Да это преступление! – рявкнул Че-Бе, при этом его сигара чуть не выпала из пасти. Он очень болезненно относился к вопросам оплаты. – В любом случае это большая новость. Огромная. Судьбоносная! Работай по этому делу, Вера. Я хочу получить броский заголовок и статью на всю полосу к закату солнца!
– Мне нужно вначале раздобыть факты, и только потом я смогу о них написать, Че-Бе.
– Ну, тогда иди! Иди, иди! И пиши черным по белому! – заорал он.
Вера помчалась со всех лап из задымленного кабинета и остановилась у своего письменного стола только для того, чтобы схватить фотографии. Все будет в черном и белом цвете и черным по белому. У нее задергался нос. Ей не требовалось, чтобы Че-Бе говорил ей, что это большая новость.
Через несколько секунд лиса уже оказалась на улице, посмотрев по сторонам перед тем, как перебежать через дорогу. Конечно, переходить улицу в Тенистой Лощине было совсем не опасно. Жизнь здесь текла медленно и неторопливо. Но Вера чувствовала, как в воздухе изменилось настроение.
Те спокойствие и тишина, которые раньше царили в городке, исчезли. Жители стояли в дверных проемах и переговаривались друг с другом, позабыв о своих обычных делах. Но поскольку убили ворчливого отшельника Отто Зумпфа, с шоком от его смерти все существа должны были справиться быстро, переключившись на сплетни об убийстве.
Лиса перебежала на затененную сторону Главной улицы и секунду спустя вошла в кафе «За кружечкой у Джо». Она огляделась. В кафе было полно посетителей, все болтали, выстраивая версии, и выглядели обеспокоенно. Казалось, будто в городе отмечали какую‑то особенно мрачную дату.
– Вера! – Джо заметил ее и уже наливал черный кофе, который она обычно брала. – Вот, возьми. Похоже, что ты уже в курсе событий.
– Значит, ты тоже слышал? – Это был глупый вопрос. Если в городе происходило что‑то заслуживающее внимания, то Джо обязательно слышал эту новость.
– Глэдис залетала примерно полчаса назад, чтобы выпить что‑нибудь бодрящее и смочить горло. Сегодня утром оно у нее полностью пересохло.
Несмотря на мрачную тему, Вера быстро улыбнулась Джо, сверкнув зубами.
– Бедные твои уши.
– Вообще это ужасно, – серьезно сказал Джо. – Это неправильно – то, что случилось с Отто.
– А убийство хоть когда‑нибудь бывает правильным? – задала она риторический вопрос.
Джо молчал какое‑то время, затем заговорил, очень медленно произнося слова:
– Иногда оно бывает оправданным. – Казалось, он говорил сам с собой. Затем Джо покачал головой, и его ветвистые рога поцарапали потолок. – Но Отто никому не приносил зла.
– Он много спорил и ругался с жителями города, – заметила Вера. Она, как и все остальные, прекрасно знала репутацию жабы, хотя и не жила всю жизнь в Тенистой Лощине.
Джо снова покачал головой.
– Но это были только слова! Да, он был ворчуном. Но его споры с соседями были развлечением. Он так забавлялся! Он же никому не навредил. Если кто‑то и страдал, то он сам, живя в полном одиночестве. Из-за его чудачеств все держались от пруда подальше.
Вера кивнула и достала блокнот.
– Я могу тебя процитировать?
Вера попросила Джо поделиться информацией об Отто Зумпфе. Что он еще про него знал? Лось вспомнил несколько историй, связанных со сварливым обитателем пруда. Похоже, Зумпф приехал откуда‑то с крайнего севера, где очень длинные ночи и холодные зимы заставляют некоторых существ по полгода прятаться глубоко под землей. Джо подозревал, что привычка Отто жить отшельником даже в относительно мягком климате лесов, окружающих Тенистую Лощину, объяснялась сильно развитым инстинктом самосохранения.
Самец жабы жадно пил кофе при каждой возможности, поэтому Джо часто его видел. Но в последние годы Зумпф стал более молчаливым и все больше времени проводил в одиночестве. Он редко разговаривал с кем‑либо в городе. Даже добродушному Джо нечасто удавалось услышать от него хоть слово. Самые длинные разговоры Отто (если их вообще
