амальгамы. Да, она была ослепительна!
– Если бы ты знала, Хитоми, как я хочу выйти замуж! – поделилась своим сокровенным желанием девушка.
Хитоми удивленно вскинула брови:
– Так рано? Тебе плохо в Адзути?
Юрико внимательно посмотрела на младшую сестру:
– Нет, отец и ты добры ко мне. Но… ты же все знаешь… Зачем спрашивать?
– Если ты понравишься знатному князю или сыну вассала – отец даст за тобой достойное приданое. Я не сомневаюсь!
– Мне бы этого очень хотелось. Я хочу стать хозяйкой замка!
– Да, конечно. – Хитоми прекрасно понимала сестру, которая тяготилась своим положением в Адзути, постоянно стыдясь матери. – Но мне не хочется замуж… Вернее, хочется, но позже… Я еще не разобралась в своих чувствах.
Юрико засмеялась:
– Ты влюблена?!
– Не знаю… Но я постоянно думаю об одном самурае, – потупила взор Хитоми.
– И кто же он? Если не секрет…
Хитоми замялась, но все же открыла причину своего замешательства:
– Хинокава Моронобу.
Юрико на мгновение задумалась, посреди ее лба пролегла сосредоточенная складка…
– Кажется, Хинокава-старший спас нашего отца во время битвы. Что ж, Моронобу – достойный юноша. Он честен, смел, красив, не беден, предан нашему роду. Интересно, Хинокава-старший прибудет на праздник в окружении своих воинов?
– Конечно, как того требуют правила этикета, – уверенно подтвердила Хитоми.
– Мне кажется, что отец не одобрит твоего выбора, – предположила Юрико.
– Почему?
– Ты – дочь одного из богатейших князей, вхожего к самому императору. Моронобу же – просто самурай, вассал нашего отца.
– Но… но… – Хитоми хотела возразить, но так и не успела.
В ее покои вошли служанки. Две из них аккуратно держали в руках праздничное кимоно фурисодэ[11], третья – нижнее кимоно, четвертая – небольшой сундучок, в котором лежали все необходимые аксессуары: пояса, брошь…
– Госпожа Хитоми, близится час Змеи. Мы должны причесать и облачить вас в праздничные одежды, – почтительно, согнувшись в поклоне, произнесла одна из служанок.
– Приступайте. Но не забудьте сделать Юрико прическу как у госпожи Омито, – распорядилась Хитоми.
– Она же украсила волосы перьями птиц! – воскликнула Юрико.
– Конечно. На тебе будет надето кимоно с журавлями, значит, твои пряди могут украшать перья этих прекрасных птиц, – констатировала Хитоми.
Служанки растерянно переглянулись:
– Госпожа, но у нас нет специально приготовленных журавлиных перьев…
– Досадно… Сколько у нас времени до начала празднества? – поинтересовалась Хитоми.
– Немного. Артисты уже прибыли из Киото. Думаю, у нас осталось немного времени. Господин Нобунага пожелал, чтобы к часу Лошади все было готово, – дерзнула ответить одна из служанок.
– Хитоми, не стоит из-за меня так беспокоиться. У меня есть три нити прекрасного жемчуга, они как раз подойдут под журавлиный наряд.
– Да, да… Если их вплести в волосы… – задумалась Хитоми, глядя в зеркало, – получится весьма изысканно…
Старшая служанка приблизилась к Хитоми, распустила ей волосы и начала расчесывать мягкой щеткой. Девушка закрыла глаза, ее воображение рисовало Моронобу: вот он скачет на коне в полном военном облачении; вот он – рядом с отцом Одой Нобунагой; а вот они просто идут по живописному берегу Бива…
…Девушка открыла глаза: на нее в зеркале смотрело лицо молодой женщины. Служанка смастерила ей высокую прическу, продела в нее декоративные шпильки, украшенные подвесками из драгоценных камней, набелила лицо, подвела черной краской глаза и брови, нанесла ярко-красный оттенок помады на губы…
Хитоми покачала головой, подвески всколыхнулись, переливаясь в дневном свете.
– Вы довольны, госпожа? – поинтересовалась служанка.
Девушка еще раз придирчиво посмотрела на себя в зеркало и ответила:
– Да, вполне…
Две молодые служанки, еще совсем девочки, наготове держали нижнее алое кимоно. Хитоми скинула простую рубашку, оставшись обнаженной, девочки тотчас же облачили ее в приготовленный наряд, затем подпоясали специальным поясом оби-ита, и только после этого старшая служанка поднесла госпоже праздничное кимоно цвета азалии.
После того как все пояса были завязаны надлежащим образом, а впереди на них приколота брошь – Парящий дракон и сзади к кимоно прикреплен длинный алый шлейф в виде замысловатого банта, наряд Хитоми стал выглядеть безупречно и вполне мог соперничать с туалетами первых придворных красавиц Киото.
Оставался последний штрих: молодая служанка опустилась на колени перед госпожой и надела ей на ноги изящные деревянные сандалии, специально расписанные художником.
Ода Нобунага появился в покоях Хитоми в час Лошади. Девушка стояла перед зеркалом, служанка аккуратно расправляла алый шлейф ее наряда. Князь придирчивым взглядом рассмотрел дочь: под гримом и на высокой обуви она казалась гораздо старше. Рядом с ней скромно стояла Юрико. Нобунага сразу же заметил, что Хитоми переуступила свое новое кимоно с журавлями старшей сестре. Он улыбнулся дочерям:
– Вы – просто красавицы. Гости сгорают от нетерпения увидеть вас. Кстати, Юрико, обрати внимание на Токинобу Такуми. Ему уже восемнадцать, и он подумывает о женитьбе. Его отец, киотский судья Токинобу Сабуро, – мой давний соратник и уважаемый человек. Конечно, этот род не отличается огромным богатством, но имеет в императорской столице вполне приличный дом и множество слуг. – Юрико поклонилась в знак того, что поняла желание отца. – Тобой же, Хитоми, – продолжил заботливый отец, – интересуется Хадано Кайтю. Его земли простираются на северо-восток от Киото. Насколько мне известно, род Хадано владеет двумя замками и тысячей воинов, что немаловажно.
Хитоми промолчала. Ей не хотелось думать о богатом князе, на данный момент ее интересовал только Моронобу.
– Я готова предстать перед гостями, отец, – покорно произнесла девушка и протянула руку родителю.
Так отец и дочь рука об руку, а вслед за ними – гости прошествовали в святилище Аматэрасу, где почтенный служитель культа испросил у божеств благополучия, процветания и счастья для рода Оды.
Хитоми волновалась: перед ней мелькало множество лиц, и кто из них князь Хадано Кайтю, она так и не поняла. Когда церемония в святилище завершилась, гости проследовали в чайный сад, где под сенью деревьев разместилось множество столиков, украшенных букетами полевых цветов, произраставших на берегах озера Бива. Вокруг столиков лежали циновки, дабы все могли расположиться в соответствии с их рангами.
Наконец Ода Нобунага представил свою младшую дочь князю и его матери, сохранившей остатки красоты пожилой женщине в богатом изысканном кимоно, расшитом крошечными драконами в китайском стиле. На ее поясе оби сверкала золотая брошь в виде лисы. Князь, которому с виду было около двадцати пяти лет, был облачен в темно-синее одеяние, на его груди ярко выделялся вышитый фамильный герб – опять же рыжая лисица. Такой герб Хитоми видела впервые.
– Хитоми, позволь познакомить тебя с моим соратником Хадано Кайтю, – произнёс хозяин, – и его матушкой госпожой Хадано Навари.
Гости поклонились Нобунаге, он
