леса. Оглянулась, всмотрелась в темень между деревьями. Ничего — лишь тихая трель птиц. Кажется, я становлюсь параноиком…
Часть 7
— Чего ты хотел, Финн?
Кузнечная мастерская напоминала разваливающуюся хижину и держала соломенную крышу на честном слове и благодаря каменной печке. Под ногами рассыпан гравий, уголь и желтая трава. Множество неизвестных мне инструментов раскиданы на столе, от них пахнет железом. Тяжелый молот лежал в уголке с другими, поменьше. Как вчера помню свой восторг, когда увидела, как кузнец поднимает эту громадину и обрушивает её мощь на еще податливый металл.
Финн отличался от отца всем — он никогда бы так не смог. Худой, тонкий, лишь высокий, почти под два метра. Напоминал мне соломинку, что легко сломать, не прилагая усилий. Уже не такой красный он встретил меня с улыбкой. Я надеялась, что мы навсегда забудем о неловком инциденте в бочке.
— Тала… — замер он, будто поразившись, что я пришла. Он оглядел меня и с придыханием произнес: — Ты… самая красивая девушка в деревне.
Я звонко рассмеялась. Я была симпатичной — спорить с этим не буду. Россыпь темных русых густых волос, что чаще всего заплетены в неряшливую косу, милое овальное личико и глубокие голубые глаза. Стройная, по меркам местных — они, вероятно, считали меня не лучше Финна. Бабушки стремились накормить и все причитали, как я буду рожать с такими узкими бедрами.
— Спасибо, Финн. Ты только ради этого заходил?
Финн сделал ко мне шаг и оказался совсем рядом. Я заморгала, предчувствуя его цель.
— Тала… Талиса, я.… Хотел бы, чтобы стала моей женой.
Мои плечи тяжело опустились.
— Финн, я же говорила…
— Мне все равно. Я полюбил тебя с первого взгляда. У нас хорошая семья — моя мать и отец благословят наш союз… Мы ничего с тебя не попросим, я помогу тебе с хозяйством, достроим твою избу…
— И будем жить у меня?
Финн покраснел:
— Я младший сын…
И всего должен добиваться сам, добавила я про себя. Старший сын обычно наследовал все хозяйство, был за главного, второй после отца. Остальные же представлены сами себе — их не гнали из дома, но рассчитывали, что они найдут хорошую жену с приданым и построят свое жилье сами.
Старший сын кузнеца был видный мужик в деревне, я редко его видела лишь по той причине, что он часто уезжал в город и занимался торговлей. В остальное время он помогал отцу — в отличие от Финна, которого я ни разу не видела в кузне за работой.
Финн добрый и милый парень, но не мужик, на которого можно положиться.
Я и не хотела — мне было хорошо одной.
Если бы могла, предложила ему просто… Секс. Легкую разрядку по вечерам и хорошую компанию. Но тут так нельзя…. А становиться примерной женой и рожать детей я пока не собиралась.
И точно не от Финна.
— Финн, ты знаешь мой ответ, — осторожно и мягко произнесла. — Я погружена в работу — я еще не готова стать чей-либо женой.
— Или моей женой? — запыхтел Финн.
— Дело не в тебе…
Я хотела коснуться его щеки, но он резко ударил меня по руке. Я удивленно отшатнулась.
— Мне уже двадцать пять — мне нужна жена! — закричал он. — Ты должна быть благодарна, что я готов взять тебя! У тебя ни семьи, ни приданого! Я готов обеспечить тебя всем этим!
— Обойдусь, — отчеканила я, косясь по сторонам.
Финн подходил все ближе, а народу в деревне нет. Подними я шум — услышит ли кто? Столярщик, вероятно, уже уехал на ярмарку вслед за семьей.
— Как же, — Финн зло усмехнулся. — А когда я всем расскажу, что ты порченная? На тебя ни один мужик не посмотрит.
— Порченная? — не поверила своими ушам.
— Я видел, что ты делала, — зашипел он. — Моя мама называет таких блудницами.
— Я просто мылась, Финн…
— Я видел твое лицо — тебе было приятно! Признайся — никакая ты не вдова, а просто шлюха!
Моя рука сама дернулась и огрела сына кузнеца пощечиной. Его голова мотнулась в сторону, он покачнулся.
Хотелось еще добавить, плюнуть ему в лицо — и это он оскорбляет меня, после того, как я вылечила его отца, мать от горячки! Гаденыш, он мерзко подглядывал за мной, а блудница тут я! След от моей руки остался на его щеке, и я решила, что с него хватит. Собиралась развернуться и уйти прочь, но Финн схватил меня за плечо.
— Ты, сука… — зашипел он. Его лицо исказилось, и я поняла, что вся его доброта и слова про любовь были лишь фальшью.
Он развернул меня, и я увидела в его руке дубину. Я закричала, а он замахнулся — я успела лишь закрыть голову руками.
— Не спеши, малыш. У нас к ней дельце.
Раздался хруст, я открыла глаза. Дубинка рассыпалась в щепки в зеленых руках.
Развернулась и обнаружила над собой… Кэла и Рэга!
— Вы! — воскликнула и улыбка сама появилась на лице.
— Орки! — вскрикнул Финн, испуганно отбежав в сторону. — Вам сюда н-н-нельзя!
— Бить баб тоже нельзя, — Рэг угрожающе достал свой топор.
— Я вовсе не…!
— Заткнись, Финн! — прикрикнула на него. — И убирайся, пока я тебя снова не огрела!
Подняла руку и состроила злую мину. Финна и след простыл, хотя понятное дело, что испугался он вовсе не меня.
— Ох, спасибо большое… Чуть не отметелил меня, гад, — пробурчала я. — А вы тут какими судьбами?
— Чего-то ты больно рада нас видеть, — подметил Кэл.
Я невинно пожала плечами.
— Вы меня, все-таки, спасли.
— Ошибаешься, — расплылся в нехорошей улыбочке Кэл. — Мы пришли тебя похитить.
Часть 8
Мы пришли тебя похитить.
И они ни капли не соврали.
Рэг бесцеремонно закинул меня себе через плечо, как мешок с картошкой. Я завопила в тот же миг, но кто меня спасет? Финн⁈ Я стала бить кулаками по спине орка, но он лишь смеялся, будто я его щекотала. Позади шел Кэл, насмешливо поглядывая на меня.
— Что вам нужно⁈ — выкрикнула я.
— Помнишь, мы говорили, что вернемся?
— Я помню лишь то, что
