почти танцующими, но за этой красотой скрывалась смертельная опасность.
— Они слабее, чем в прошлый раз, — крикнул турецкий джеззар, отрубая голову змее с человечьими глазами. Его кривой кинжал сверкнул в воздухе, и тварь рухнула на землю, извиваясь в предсмертных судорогах.
— Не радуйся, — пробурчал Атлас, раздавив сапогом паука размером с телёнка. Его броня скрипела под тяжестью шага, а топор, лежащий на плече, казалось, жаждал новой жертвы. — Это приманка. Они хотят, чтобы мы расслабились.
Сердцевина зоны оказалась чёрной сферой, висящей в двух метрах над землёй. Её поверхность переливалась, как нефтяная плёнка, отражая свет, которого не было. Она пульсировала, словно живое сердце, и каждый её удар отдавался в груди, как будто сама реальность сжималась и расширялась вокруг неё.
Я поднял руку, и артефакты на моих перчатках вспыхнули. Сложные узоры, выгравированные на металле, засветились голубым светом, и я почувствовал, как энергия всех шести стихий проникает в мое сознание, открывая передо мной структуру магии, удерживающей сферу. Око способствовало более детальному анализу.
— Пелена держится на шести узлах, — пробормотал я, всматриваясь в невидимые нити, связывающие сферу с землёй и другим миром. — Атлас, северо-запад. Аннаксандер, юго-восток.
Охотники двинулись без промедления. Аннаксандер вонзил свой меч в землю, и волна энергии, похожей на жидкий азот, вырвалась из лезвия, замораживая всё на своём пути. Твари, пытавшиеся приблизиться, застыли на месте, их тела покрывались инеем, а затем рассыпались в пыль.
Атлас ударил кулаком по земле, и ударная волна вырвала кусок грунта, обнажив пульсирующий кристалл-якорь. Его броня засветилась руническими кругами, и он снова ударил, на этот раз топором. Оболочка темного кристалла треснула, а из трещины хлынул поток тёмной энергии, но Атлас лишь усмехнулся, принимая удар на себя. Он держал на себе невероятный многокомпонентный щит, который быстро развеялся от смертоносной энергии. Пришлось спасать торопливого дурака… Я навесил на него свой световой барьер и властью отшвырнул в сторону.
Я вскинул клинок над головой, и мой голос прозвучал как гром:
— Разорвись!
Сфера лопнула. А вместе с ней и таинственные узлы Первых, что перетянули потоки энергии двух миров! Я ударил сразу в нескольких измерениях.
Взрыв был ослепительным. Волна энергии вырвалась из центра, сметая всё на своём пути. Твари, ещё оставшиеся в живых, испарились. Их тела превратились в пепел, который разнесло ветром. Земля вокруг сферы треснула, и трещины заполнились фиолетовым светом, словно раны, которые никогда не заживут.
Я стоял в эпицентре, а мои доспехи светились остатками энергии самого мира. Я чувствовал, как сила пульсирует в моей груди, напоминая о том, что я давно не просто человек.
— Приготовиться, — прошептал я, и армия зашевелилась за мной, готовясь к следующему шагу.
Портал открылся с грохотом, который невозможно было описать словами. Это был не просто звук — это был рёв самой пустоты, разрывающей ткань реальности. Сначала вырвался ветер. Он был не просто сильным — он был яростным, словно сама смерть выдыхала в лицо всему живому. Шлемы срывало с голов, даже Атлас, массивный и непоколебимый, пошатнулся, едва удержавшись на ногах. Воздух наполнился пылью, пеплом и чем-то ещё — чем-то, что жгло кожу и оставляло на ней следы, похожие на ожоги.
Потом послышался рёв. Это был не просто звук, а сама суть рёва, переломанная через десяток измерений. Он проникал в кости, в мозг, в душу, заставляя сердце биться быстрее, а разум — цепенеть от ужаса. Это был голос хаоса, голос тварей, которые не должны были существовать.
И они повалили волной.
Монстры вырывались из портала, как вода из прорванной плотины. Их формы были настолько чудовищны, что разум отказывался воспринимать их целиком. Клешни вместо голов, шестипалые гуманоиды с челюстями на груди, шары из сплавленной плоти, стреляющие костяными шипами. Они двигались с неестественной скоростью, их движения были резкими, порывистыми, словно они существовали вне законов физики. И еще… они были полны энергией мира монстров.
— Огонь! — заревел греческий командир, его голос едва был слышен над рёвом тварей и грохотом портала.
Танки Т-14 «Армата», стоящие на холмах позади, выплюнули первые снаряды. Они были с сюрпризом, ведь были созданы в российских лабораториях. Их начинка состояла из магических кристаллов, способных вызывать гравитационные вихри. Взрывы были ослепительными, но не от огня, а от искажения пространства. Монстры, попавшие в эпицентр, сплющивались в кровавые блины, их тела разрывались на молекулы, которые затем исчезали в пустоте.
Турецкие джеззары метали свои кривые кинжалы с невероятной точностью. Каждый удар вызывал локальные землетрясения, заставляя землю вздыматься волнами, погребая тварей под собой. Их голоса, полные решимости, звучали как шелест стали, а их движения были быстрыми и точными, словно они танцевали смертельный танец.
Русские «метатели» шли врукопашную. Их голые торсы, покрытые татуировками, светились магической энергией. Каждый удар их кулаков, усиленных рунами, пробивал броню тварей, как картон. Они бились с яростью, которая граничила с безумием, а лица были искажены гримасами гнева и боли.
— Левофланговый прорыв! — крикнул Аннаксандер, парируя удар монстра, похожего на скорпиона с человечьими руками. Его меч сверкнул в воздухе, и тварь распалась на куски, а тело исчезло в облаке чёрного дыма. — Поддержите греков!
Я не участвовал в битве. Я уже находился высоко в небе на воздушной платформе и с жадностью впитывал энергию чужого мира, что прорывалась через портал. Мои глаза были закрыты, но я видел всё — каждую смерть, каждый взрыв, каждый удар. Каждая смерть монстра отдавалась в моем сознании вспышкой, и я копил эту силу, чувствуя, как она наполняет мое тело, мой разум, мою душу. Я знал, что это только начало.
Первый «Император» появился без предупреждения. Это было не просто существо — это была катастрофа, воплощённая в плоти. Его появление не сопровождалось громким рёвом или вспышкой света. Вместо этого всё вокруг словно содрогнулось, как будто сама ткань реальности была разорвана. Воздух стал густым, тяжёлым, словно его можно было резать ножом. Земля под ногами затрещала, трещины разбежались во все стороны, как паутина, и из них повалил чёрный дым, пахнущий серой и гнилью.
Он был высотой с пятиэтажный дом, его тело покрывала толстая чешуйчатая кожа, которая переливалась, как нефть под лунным светом. Каждая чешуйка была размером с человеческую ладонь, и каждая из них дышала — то расширяясь, то сжимаясь, словно живая. Его форма была одновременно чудовищной и величественной — длинные, изогнутые конечности, заканчивающиеся когтями, которые оставляли глубокие борозды в земле при каждом шаге. Его голова была лишена рта, зубастые пасти находились на мощной груди монстра. Но большую часть тела зверюги покрывали сотни,
