владыкой, который поставил на колени перед собой всю страну. «Если господин Хидэеси решит двинуться на Китай, прощай моя родная земля, моя семья и все, что я знал до этого», - думал он, не слыша разговор между его отцом и тайко. Вдруг прозвучало его имя и он поднял глаза.
Хидэеси смотрел на него как на диковинку, разглядывая каждую мелочь.
- Ваш отец говорит, что вы очень смелый и умный человек. Вы самурай высокго ранга, а такие как вы мне сейчас нужны.
- Господин, мой отец преувеличивает. Я не сделал и половины того, что сделал Хиро-Мацу-сан.
Хидэеси был шокирован искренностью этого человека. Все молодые самураи и дети аристократов старались показать себя, любили, когда о них говорили хорошее. А этот человек… Тайко понял, что Бунтаро ему нужен. Он сразу увидел в нем настоящего воина с острым умом и бесстрашием духа.
- Я решил идти на Китай со своей огромной аримей, - начал Хидэеси.
Хиро-Мацу и Бунтаро вздрогнули, а затем посмотрели друг на друга. Единственное, чего они опасались, свершилось. Война. Снова надо будет покинуть дом, семью, брать оружие и идти на противника. Снова придется убивать людей, видеть, как погибают свои люди. Может быть, погибнуть самим.
- Когда мы будем наступать, господин? – спросил Бунтаро.
- Скоро. Думаю, что через год.
- А почему так скоро? – спросил Хиро-Мацу.
- Я даю вам слишком ного времени. За это время вы и все другие самураи, генералы и даймё должны собрать как можно больше войска. Я планирую сначала высадиться в Кореи и попытаться ее переманить на нашу сторону. Если не получится, то покорим Корею, а затем двинемся на Китай.
- А не будет ли это слишком рисковано?Если Китай объединит все свои силы, нам никогда не справится. Мы будем разбиты, а наши имена опозорены.
- Вот поэтому, чтобы этого не случилось, я назначаю вас, Хиро-Мацу-сан, встать во главе моего войска и разгромить Китай, а китайского императора привести ко мне в цепях.Старый генерад вздохнул. Он знал, что китайское войско намного сильнее и многочисленнее. Они раздавят его войско как муху или сотрут в порошок. Попыток на победу практически не было.
- А вы, Бунтаро-сан, - продолжил Хидэеси, - так как еще молоды и неопытны, будете жить со своим войском в Корее. Если корейцы начнут войну, сражайтесь. Если поднимут бунт, илквидируйте его. Я собираюсь высадиться в Корее в 1592 году.
Молчавший до этого молодой человек сказал:
- А если на нас с запада пойдут племена монголов и казахов?
Хидэеси громко рассмеялся и ответил:
- Бунтаро-сан, неужели вам не известно, что монголы кочевники-пастухи? У них даже нет современного оружия, как у белых варваров. Эти монголы даже не умеют читать и писать, а уж воевать с такой страной как Япония, им и в голову не прийдет.
- Но, господин, вспомните тот век, когда эти же самые безграмотные пастухи захватили полмира.
- Тогда у них был хороший правитель, который смог из обычных бродяг сделать воинов. Я знаю, что мне далеко до Чингиз-хана и его внука Бату, но всё же стоит попытаться. Тем более, что монгольское иго было уничтожено в 1480 году.
- И всё же это очень рисковано идти на Китай, - сказал Бунтаро.
Тайко устремил свой взгляд на Хиро-Мацу и торжественно воскликнул:
- Я первый раз слышу такого смелого человека как ваш сын! Только поистенне смелый человек сможет отстаивать свою точку зрения перед своим господином. Старый генерал склонил голову, Бунтаро тоже. Оба увидели, как Хидэеси позвонил в серебряный колокольчик. Седзи тут же раскрылись и в комнату вошел слуга, низко поклонился.
- Принеси два позолоченных соловья. Быстро! – скомандовал тайко.
Слуга еще раз низко поклонился и выбежал из зала. Через две минуты он снова вошел в зал приемов, держа в руках двух позолонечнных соловьев, сделанных с таким мастерством, что ни каждый скульптор смог бы сделать таких же.
Слуга подал тайко птичек и, низко поклонившись, покинул комнату. Некоторое время Хидэеси держал в руках птичек, поглаживая их. Затем тихим голосом сказал:
- Эти соловьи были сделаны в Китае из позолоты. Мастеру потребовалось десять лет, чтобы создать такое чудо. Эти птички такие хрупкие. Говорят, если их подарить кому-нибудь, то тот человек станет счастливым, - помолчав, продолжил, - я принемаю вашу идею, Бунтаро-сан. Сейчас действительно не стоит воевать с Китаем… Но мы всё же двинемся в Корею, но не воевать…
Хиро-Мацу облегченно вздохнул, но не Бунтаро. Он знал, что корейцы встретят их враждебно и поэтому всё равно не удасться избежать кровопролития. Неужели тайко не в силах этого понять?
- Я хочу подарить вам этих птичек, пусть они принесут вам удачу, - сказал Хидэеси, протягивая своим гостям подарок.
- Извините, господин, но мы недостойны такого внимания. Великий человек не должен равнять с собой простых смертных, - ответил спокойным голосом Бунтаро.
- Нет, вы должны принять мой дар или вы нанесете мне удар в само сердце. Если я солнце, то вы мои лучи, направляющие путь моего света, - тайко кротко улыбнулся.
Хиро-Мацу и его сын бросились в ноги своего господина, восхваляя его мудрость.
Когда Хидэеси их отпустил, они направились к выходу, но столкнулись с чиновником, которого видели раньше. Тот почесал затылок своим накрашенным ногтем и спросил:
- Будет война или нет?
- Пока нет. Но наши войска отправятся в Корею, - ответил Хиро-Мацу.
- ЗначитЮ будет война. Но вы могли бы уговорить нашего господина остаться на месте, не так ли?
- Каким образом?
- Ну… подкупить лестью или еще чем-нибудь, - чиновник увидел кинжал Бунтаро, - или подарить ему дорогой подарок.
- Неужели вы думаете, что великий тайко нуждается в наших скромных дарах, когда его сокровищница набита доверху золотом? – поинтересовался генерал.
«Конторская крыса! Грязный подкупщик и лжец!» - подумал Бунтаро о чиновнике.
Хиро-Мацу молча пожал плечами и вместе с сыном вышел во двор. Там им подали коней и они со своим обозом тронулись по направлению к гостинице. Ехали молча. Каждый думал о своем. Бунтаро слышал, как сильно бьется его сердце и как кипит в нем ярость. Раньше он так никогда не злился, но сейчас придется готовиться к войне, чтобы ни обещал Хидэеси.
Вот показались ворота гостиницы. Слуги уже сбежались встретить приезжих, все низко поклонились. Хиро-Мацу первым слез с лошади и приказал одной из служанок позвать сюда хозяина гостиницы.
Хозяин
