– Он сразу же вступил в контакт. Пошевелил мозгами, так сказать, – одобрил адмирал.
– Малышка очень несчастна, – мягко произнесла монахиня.
– И весьма откровенна, – заметил монах. – В мое время люди были другими. Стерлинг собирается просить у нас аудиенции. Полагаю, мы должны его принять.
– Пусть будет так, – хором провозгласили святые.
В глубоких раздумьях Стерлинг какое-то время стоял на легком ветру возле дома Мариссы, укрываясь от медленно падающего снега. «Можно было бы что-нибудь выведать о ее отце и бабушке в городе, – размышлял он. – Но есть более легкий способ узнать, что случилось, правда, для этого потребуется разрешение Совета».
Брукс закрыл глаза. Не успел он произнести ни слова, как оказался в Небесной канцелярии, где с облегчением обнаружил святых наставников, наблюдающих за ним с осторожным одобрением.
– Вижу, вы попытались найти старую леди, нуждающуюся в помощи, – усмехнулся адмирал. – Парень, который вас опередил, сильно удивился. Я бы сказал, бабуля весьма колючая особа.
– По крайней мере, Стерлинг не стал тратить впустую ни минуты, – похвалила медсестра.
– Спасибо, спасибо, – покраснел Брукс. – Как вы уже поняли, я действительно не хочу упустить ни минуты. Полагаю, лучше всего сумею помочь Мариссе, если пойму причину ее бед. Отец и бабушка Мариссы перед Новым годом собирались сводить ее в Радио-Сити-Мьюзик-Холл. Но накануне что-то произошло. Они появились на рассвете и сказали ей, что должны на некоторое время уехать.
– Чтобы добраться до корня большинства проблем, необходимо покопаться в прошлом, – кивнул монах.
Молчавший до этого пастух внезапно произнес:
– Беды почти всех людей берут свое начало в прошлом. Видели бы вы мою семью. Как вы думаете, почему я стал пастухом? Потому что единственной возможностью обрести покой было уходить на холм.
Все рассмеялись.
– Обо мне и говорить нечего, – воскликнула королева. – Проблемы моей семьи обсуждало все королевство.
– Думаю, все мы понимаем вас, Стерлинг, – откашлялся монах. – И знаем, почему вы здесь. Вы хотите получить разрешение вернуться в прошлое и понять, почему отец и бабушка Мариссы покинули город.
– Именно так, сэр, – смиренно подтвердил Стерлинг. – Хотя, если вы считаете, что незаслуженно облегчите мне миссию, дав разрешение, то я не настаиваю.
– Лично я считаю, – усмехнулся матадор, – что никакие особые разрешения вам не помогут, ведь, окажись вы на ринге с двумя быками, а не с одним, то…
Монах шикнул на матадора, заставив того замолчать.
– А это уж забота Стерлинга – самостоятельно найти решение проблемы.
И нажал на кнопку.
Глава 6
«Быстро же они действуют, – размышлял Стерлинг, снова мчась сквозь Солнечную систему, но каким-то другим маршрутом. – Наверное, потому, что меня забрасывают в прошлое».
И в следующий миг осознал, что очутился на парковке очень симпатичного на вид ресторана, причем явно довольно популярного. Через окна разглядел бурное движение внутри. Чтобы сориентироваться, дошел до конца подъездной дорожки и прочитал табличку – «У Нор».
Отлично. Ресторан бабушки Мариссы. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять – следует зайти внутрь и осмотреться. Стерлинг пересек стоянку, поднялся по ступеням на крыльцо и открыл дверь.
«А ведь я способен просто проникнуть сквозь стену, – упрекнул себя Брукс. – Нет смысла выпускать тепло». Резкий бриз ворвался вместе с ним в помещение, где стройная дама лет шестидесяти, со светлыми волосами, небрежно поднятыми вверх гребнем со сверкающими камнями, стояла возле небольшого письменного стола, изучая книгу с бронированием мест.
Она подняла голову, на лоб упала непокорная прядка.
«Шикарная женщина и превосходно выглядит», – оценил Стерлинг.
– Могу поспорить, что плотно закрыла дверь, – проворчала Нор Келли, быстро подошла к Бруксу и решительно захлопнула створку.
– Присядь, Нор-Нор, кофе готов, – сообщил очень знакомый детский голос.
Стерлинг повернулся к обеденному залу. Стены обшиты панелями из красного дерева, столы накрыты накрахмаленными белыми скатертями и увенчаны толстыми красными свечами – все это создавало уютную и гостеприимную атмосферу. Под углом к бару располагался рояль. Рождественские гирлянды переливались на стенах и окнах, в фоновом режиме звучала тихая музыка.
– Нор-Нор, – снова позвал ребенок.
Стерлинг обвел глазами битком набитое помещение. У стола справа от двери стояла девочка и смотрела в его сторону. Марисса!
Она выглядела младше, чем он помнил, да и волосы чуть короче, но самое заметное отличие состояло в том, что она сияла от счастья. Глаза блестят, губы изогнуты в улыбке, и на ней ярко-красный костюм для фигурного катания. Рядом сидел поразительно красивый, голубоглазый, темноволосый мужчина в возрасте около тридцати.
«Билли Кэмпбелл, – догадался Стерлинг. – Вылитая кинозвезда. Хотел бы я на него походить, когда был жив, – позавидовал Брукс. – Хотя мне ли жаловаться».
– Иду, Рисса, – откликнулась Нор.
Марисса явно не замечала Брукса. Естественно, ведь они встретятся только в следующем году.
Стерлинг подплыл к столу и уселся напротив Мариссы. «Она совсем другая», – умилился он.
Отец и дочь заканчивали ужин. На тарелке Мариссы остались корки от сэндвича с сыром. «Я их тоже никогда не любил», – вспомнил Стерлинг.
– Папа, почему я не могу вместе с вами пойти на вечеринку? – спросила Марисса, играя соломинкой в стакане с содовой. – Мне очень нравится слушать ваше с Нор-Нор пение, обещаю, что не буду надоедать.
– Ты никогда нам не надоедаешь, Рисса, – ласково ответил Билли, взъерошив малышке волосы. – Но поверь, эта вечеринка совсем не для детей.
– Так хочется увидеть тот большой дом изнутри.
– Как и многим другим, – пробормотал Билли, подняв бровь. – Послушай, мы же пойдем в Радио-Сити в канун Нового Года. Там тебе будет гораздо веселее. Обещаю.
– Один мальчик в школе сказал, что владельцы этого дома похожи на персонажей «Клана Сопрано».
– Вот и еще одна причина, почему тебе не следует туда идти, детка, – рассмеялся Билли.
«Клан Сопрано»? – удивился Стерлинг.
– Не забудь, милая, – вступила в разговор Нор Келли, усаживаясь в кресло рядом с внучкой, – что на сегодняшний ужин в дом твоей мамы приглашена другая бабушка. Ты наверняка будешь рада с ней повидаться.
– Она пробудет здесь еще три дня. Успею завтра с ней пообщаться. Не хочу упустить шанс услышать ваше с папой пение.
– Ты еще слишком мала, чтобы быть ярой фанаткой, – блеснул глазами Билли.
«Фанаткой? Так много новых слов появилось», – задумался Стерлинг.
